Мы больше не проснемся (СИ) - "Arvey" - Страница 255

-Что? Хочешь сказать, что с радостью бы столкнул Реддла в ту реку? - губы призрачного двойника скривились в усмешке. - Велика же твоя любовь.

-Ты все врешь! Я никогда не думал убить Тома!

-Глупый маленький Гарри, понадеялся на свои светлые чувства, посчитал их достаточным оружием для устранения тьмы в его сердце. - ЛжеПоттер скривился от жуткой ухмылки. - А не было никакой тьмы. Лишь безумие и память о нескончаемой злобе. Ты потакал его сумасшествию, оставаясь рядом, привязывая его к себе. Он не умеет любить. Он не знает такого слова. И его отношение к тебе основано на инстинктивных желаниях, хоркрукс Волдеморта никогда не полюбит тебя как обычный живой человек.

-Знаешь, а ведь меня тоже с трудом можно называть обычным человеком. - глухо откликнулся Гарри, отступив назад. - Что он должен был делать? Звать на свидания? Глупые поцелуи под луной? Бессмысленные ежедневные признания в любви?

-Это у тебя нужно спросить. - Повторил свои недавние слова двойник. - Ты все еще споришь сам с собой. Хоркрукс знает, что делает. Он придерживается четкой линии поведения, следуя за собственными приоритетами, согласуя свои действия с каждым своим решением. А ты? Заплутал в дебрях своего же разума, пытаешься переспорить свои же мысли, оправдать свои же чувства. Кто ты сейчас? Ты Гарри Поттер?

Парень вздрогнул, услышав совсем рядом свист вскипевшего чайника. Он поднес руку к глазам, не обнаружив на указательном пальце никакой занозы. С тихим вздохом волшебник кинул в бокал пакетик зеленого чая, тут же заливая его кипятком. Он приходил в отчаяние от своих мыслей. И он действительно говорил сам с собой. Горячий чай немного привел его в чувства, а бледное лицо озарилось легким румянцем. Собственные размышления еще больше запутывали, рождали все новые вопросы и противоречия. Зачем ему это? Зачем ему решать загадки собственных желаний, если ответы могут причинить сильную боль? Если ответы окажутся совсем не тем, что он ожидал услышать?

-Это называется бегством от реальности, Поттер. - Возвестил знакомый голос.

Реддл медленно попивал чай из собственной кружки, разглядывая растерянного волшебника перед собой.

-Тебе хочется найти легкий и простой путь, получить доступные решения, которые не станут отягощаться угрызениями совести, не так ли?

-Так этого каждый человек хочет. - Пробормотал Гарри, совершенно не готовый к очередному потоку нездорового самоанализа. - Почему Я не могу хотеть этого? Почему я не могу быть как все?

-Может, потому что ты убийца? - непринужденно и слегка коварно улыбнулся Том. - Каждый преступник должен понести свое собственное наказание. Даже если этим преступлением является потеря самого себя.

-Тогда мне и целой жизни не хватит расплатиться за все то дерьмо, что я успел натворить.

-У тебя впереди целая вечность страданий, такой расклад тебя удовлетворит?

-Конечно же нет. - Возмутился Гарри, с громким стуком обрушив на пыльный стол кружку. - Кого это может удовлетворить?

-Раскаявшихся. Тех, кто прочувствовал свою вину до конца. Тех, кто осознал, что свершил.

-Ты хочешь от меня покаяния?

-Этого хочешь ты сам.

Поттер с еще одним тихим вздохом встал с пола, намереваясь протереть разлитый рядом чай. Плечо и висок сильно болели. Похоже, он знатно ударился, когда упал в обморок. Ему несказанно повезло, что не обжегся. Убрав осколки бокала в мусорное ведро, Гарри от греха подальше расположился в гостиной, устало вытянув на диване ноги. Все казалось ненастоящим. Холодные серые лучи нового дня, вдыхаемая пыль, нелепый наряд священника, который Гарри так и не снял, мертвая тишина дома.

-Очень надеюсь, что я не вздумаю отключаться, когда вернется Том. - Высказался Поттер, мысленно пригрозив сам себе кулаком. - Надеюсь, он прикончит меня сразу, а лекции станет читать потом. А то, не дай Мерлин, заметит, что я его не слушаю, и совсем взбесится.

“Я хочу его увидеть, но и не хочу. Боюсь. Я жалею, что стер память друзьям, но этот поступок был правильным. И не единственным ли по своей правильности за все эти два года? Я люблю Тома… Как же я его люблю. Всего. И его безумие, и его гнев, и его жестокость… Это все он. Делает его таким, какой он есть. Делает его Томом Реддлом. И в то же время я хочу вырвать эти ужасающие качества из этой неполной души, заменить их на всепрощение, миролюбивость или… Что там еще может сделать “Хорошим Человеком”? Возможно, об этих противоречиях я и думал, когда говорил сам с собой? Желание получить искупление и наказание одновременно? Умереть и продолжить жить? Сбежать от Лорда Волдеморта и остаться с ним навсегда? Или страдания и есть моя расплата?”

Гарри вздрогнул от неожиданности, выныривая на поверхность реальности, когда защитные чары гулко завибрировали. Кто-то аппарировал на территорию дома. Он попытался соскочить с дивана, но тяжелые и будто налитые свинцом ноги не желали слушаться. Выругавшись, волшебник одним единым рывком скинул себя на пол, плюхнувшись в ледяную воду. От неожиданности и боли, Поттер едва не захлебнулся, пытаясь вынырнуть на поверхность, с трудом двигаясь в одуряюще холодных водах. В ту секунду у него не было никаких сомнений в реальности происходящего. Разве иллюзия может причинять такую боль? Так сильно сдавливать грудь, не позволяя вздохнуть? Разве этот темный цвет воды может быть вымышленным? Поттер чувствовал лишь непреодолимое желание глотнуть воздуха, заставить онемевшие конечности двигаться, не пойти ко дну как пресловутый Титаник вместе со всеми абсурдными дневниками и чокнутой Ирис Мракс.

Поттер с громким хрипом втянул в себя воздух, резко распахивая глаза в теплой освещенной гостиной. Грудь тяжело вздымалась, а все тело оказалось покрыто потом - очередной приступ галлюцинаций отразился лихорадкой. Краем глаза уловив какое-то движение, Гарри испуганно вжался в спинку дивана. Очки пропали, и разглядеть темный силуэт в дверях не было никакой возможности. Звук шагов, чье-то присутствие совсем рядом. Лба коснулась большая холодная ладонь.

-Ты весь горишь.

-Том? Это ты? Это на самом деле ты?

-Давай, проглоти это. - К губам Поттера приставили флакончик с зельем. - Ну же.

-Это что, яд? - слабо улыбнулся волшебник, на что услышал лишь вздох.

-Через несколько минут станет легче.

Рука сменилась нежным поцелуем, встревожив дыханием спутанные темные волосы. Через пару минут к Гарри вернулась способность мыслить. Ему тут же водрузили на нос очки, явив взору уродливо-прекрасное лицо Тома Реддла. Он пристально разглядывал подростка, не спеша завести разговор, а по выражению лица не было возможности угадать о чем же тот размышляет. Поттер медленно протянул руку, коснувшись плеча волшебника, пытаясь убедить себя в реальности происходящего. От Волдеморта пахло гарью. Кровью, безумием, страшной злобой. В ушах звенели крики заживо горевших магглов и сумасшедший хохот Беллатрисы, злобные ругательства Сириуса и холодное безразличие ко всему происходящему Крауча. Гарри видел все это в бордовых глазах, видел куда больше, чем хотел. И руки, что сейчас обхватили его слабую ладонь, прижав ее к сухим холодным губам, несли одну лишь смерть.

-Ты реален? - вновь спросил Поттер, - ты действительно здесь?

-Да. - Просто ответил Том. - И ты здесь, со мной.

-Это хорошо. - Гарри прикрыл глаза, улыбнувшись. Никаких глупых вопросов на вопрос. Это на самом деле его Том. - Что происходит?

-У тебя бред. Нехватка крови, перенасыщение магией, умирающее тело - ты выжат и крайне слаб. - Спокойно сказал Темный Лорд, присаживаясь на край дивана и сжав руку Поттера чуть крепче. - Нет смысла больше откладывать.

-Я думал, ты возненавидишь меня за мой поступок. Я думал, что очнусь избитым, без рук и ног.

-И без языка. - Грубовато закончил за него Реддл. - Я… безумно хотел этого. Проучить тебя как следует, наказать за самодеятельность, за эту нелепую привычку искать неприятности и лезть куда тебя не просят. Более того, я бы действительно смог заставить тебя остро пожалеть, что на свет родился. Но я никогда не смогу тебя возненавидеть.