Подопытная (ЛП) - Хёст Андреа К. - Страница 5

Дейз

Только во второй половине дня я поняла, что Дейз (Дейз Канлан, один из младших археологов) пытается со мной заигрывать. То есть заигрывать всерьез, а не в шутку флиртовать, как Нилс из второго отряда, который, похоже, включает обаяшку просто на автопилоте. Дейз и Ката спросили ислен Даффен, могут ли они рассказать мне о том, чем занимаются, и, как ни удивительно, она согласилась, так что теперь я вроде как учусь «полевой археологии». Интересно, где тарианские археологи проводят раскопки? Сомневаюсь, что на Таре осталось много мест со времен заселения планеты, не занятых новыми мега-зданиями.

В общем, пока знаки внимания не стали очевидны, я просто наслаждалась общением с людьми, которые не находятся круглые сутки «при исполнении». И лишь когда мы пошли на обед, Дейз начал расспрашивать о моей семье и о том, как мне живется на Таре, а еще чересчур много улыбался. Он не был напористым, не подсаживался слишком близко или типа того. Дело скорее в неких флюидах.

Теперь даже забавно вспоминать, как сильно я смутилась. Будто никогда ни с кем не встречалась. И Дейз не какой-то там слюнявый идиот. Конечно, не фантастический красавчик, как сетари, но с милой взъерошенной челкой, падающей на глаза. Ему, наверное, года двадцать два или двадцать три. Не очень большая разница, хотя я по-прежнему считаю, что для меня такие парни слишком взрослые. По шкале Орландо Блума я бы дала ему семерку. И он правда милый. И немного серьезный.

Крайне непросто решить, как реагировать на чьи-то ухаживания, когда знаешь, что на вас смотрят. Но самое главное, что Орландо Блум получил бы лишь семерку по моей шкале Каорена Рууэла. И Рууэл сидел за соседним столиком. Хорошо еще лицом в другую сторону, хотя не удивлюсь, если он краем глаза следил за «психологическими аспектами». Я ведь все же часть служебных обязанностей сетари.

В итоге я постаралась увести разговор на общие темы и активно вовлекала в него Кату, притворяясь, будто не замечаю намеков Дейза. Черт, может, он просто дружелюбный, а я чересчур мнительная. Однако остаток дня я гадала, как бы все восприняла, если бы не зациклилась на Рууэле.

Нелегкое это дело, и внутри меня разгорелся раздражающий спор на тему «стоит ли узнать Дейза получше, ведь так глупо отталкивать славного парня из-за неразделенных чувств к другому». Но тут уж ничего не попишешь. Влюбленность либо пройдет, либо нет, но сейчас мне интересны ухаживания только одного человека.

При этом моей фантазии не хватает, чтобы представить флиртующего Рууэла.

[1] Big Yellow Taxi - Joni Mitchell

[2] Одно из значений слова Glade – вырубка.

Зонт Апокалипсиса

Рууэл бесцеремонно разбудил меня на рассвете типично коротким сообщением: «Шлюз на корме».

Не зная, срочное ли дело, я подняла крышку своей капсулы и приказала наножиже как можно быстрее закрыть мне ноги и руки. Нормальную одежду я с собой не захватила, но в постель проще надевать нанокостюм, как раз на такие вот случаи. Хотя, наверное, я носила его, скорее, чтобы не бегать по кораблю в пижаме, когда все остальные в форме.

Рууэл с Марой и одним из зеленых костюмов стояли снаружи на небольшом пандусе из утрамбованной грязи. Рууэл коснулся моей руки, затем повернулся и вперился взглядом в предрассветные сумерки.

– Вероятно, ложная тревога, – пояснила Мара, с извиняющейся улыбкой сжав мое плечо. – Мое видение битвы не выявило ничего особенного, но я не могу отделаться от ощущения, что там что-то есть.

Оказывается, ночью дежурила Мара. Она разбудила Рууэла, а тот уже меня, потому что тоже не смог сказать ничего определенного. Я посмотрела на туманные очертания уложенных штабелями деревьев и бесконечные белые стены зданий. Холодный ветер слегка шевелил листья. Больше ничего.

– Птиц нет, – заметила я.

В это время пернатые уже должны бы подавать голоса, но город словно затаил дыхание.

Рууэл оглянулся на меня и кивнул Маре:

– Что-то приближается. Оно еще в околопространстве.

Затем дал сигнал общей тревоги и пошел обратно на корабль.

– Быстро чем-нибудь перекуси, – посоветовала мне Мара, не совсем дружелюбно зыркнув Рууэлу вслед. – Только одну тварь мы можем ощущать в околопространстве. Придется нелегко.

Гигант. Именно это заявил Рууэл, когда собрал на канале всех сетари, зеленых костюмов и цел Онару для краткого совещания.

– Отходим, – тут же заявила цел Онара.

– Некогда, – возразил Мейз. – Раз мы его чувствуем, значит, он вот-вот нападет. «Диодел» недостаточно маневренный, чтобы увернуться от атаки при взлете, даже если мы поднимемся в воздух прямо сейчас.

Я рванула прочь, но не за едой, а в туалет и умыться. Мейз послал оба отряда наружу, но тут Мара сказала:

– Тревога. Седьмая метка, почти прямо над нами.

Восемь отрядов. Вот о чем я думала, пока бежала обратно к шлюзу. При последнем сражении с гигантом понадобилось восемь отрядов, и жена Мейза погибла. У нас не было ни единой чисто боевой команды, и пусть я знала, насколько увеличиваю возможности сетари, все равно почувствовала себя букашкой, когда выскочила на пандус и ощутила то, что над нами нависло.

Ощутила не каким-то паранормальным образом, а так, как сознают передвижение чего-то крупного, например, когда над головой летит «Литара». Вот только то, что опустилось рядом с парком, было больше «Литары». Никогда не видела ничего необычнее: черная здоровенная центральная часть почти у самой земли и два высоко висящих по обе стороны от нее «вспомогательных» сегмента с пучками длинных тонких ног, которые напомнили мне спицы зонта. На моих глазах одна из этих штуковин обманчиво-медленно подхватила что-то с земли, затем подтащила к центральной части и кинула сверху.

– Сперва уведем гиганта от «Диодела», – решил Мейз. – Спел, Гейнер, Эйз, Халла, оставайтесь у корабля и будьте готовы его сопровождать.

– Судя по данным первичного анализа, стихии гиганту не страшны, – спокойно сообщил Рууэл, раздавая всем стандартные батончики из патоки. Мне тоже один вручил.

Мейз поморщился, но вроде не особо удивился. Он первым коснулся моей руки, подавая пример остальным.

– Пролетим над гигантом. Учитывайте радиус досягаемости его рук.

Восемь человек. Вместо восьми отрядов они собирались попытаться сразиться с тварью ввосьмером. И пусть сетари хранили на лицах супер-серьезные выражения, похоже, все-таки не считали миссию невыполнимой, поэтому, когда Аурон притянул меня к себе, я лишь покорно обхватила его рукой за плечи.

Мы пулей взмыли вверх. От холодного воздуха глаза заслезились. Внизу раздался треск – это обрушилось одно из зданий, на которые взгромоздился гигант. Даже белый камень не выдерживал его веса. Увидев раз сверху это жуткое подобие венериной мухоловки, я больше не рискнула на него смотреть.

– Выше – он может до нас дотянуться, – скомандовал Рууэл, и мы немедля подчинились.

Несколько похожих на пучки щупалец «спиц» кинулось нам вдогонку. Мейз обжег кончик одной из них, Рууэл окликнул Сонн, она быстро забросила в глотку «зонта» шаровую молнию, и мы отскочили прочь.

– Крупное здание на девятой отметке, – приказал Мейз, и мы плюхнулись на крышу длинного одноэтажного дома.

По моим меркам двигались мы слишком быстро. Когда тебя тащат вручную, а не переносят с помощью левитации, подобные рывки пугают.

– Пикировщики на двенадцатой метке, – сообщил Рууэл. – Приближаются быстро.

– Кеттара, Сенез, цели ваши. – Мейз заново усилился, опять запуская цепь для подчиненных. – Какова реакция гиганта на молнию?

Рууэл всмотрелся в тварь широко распахнутыми глазами:

– Лишь боль причинили.

Оно двигалось к нам гораздо быстрее и проворнее, чем полагалось такой большой и несуразной штуке. С той стороны, куда переместились Мара и Лон, вспыхнула световая стена. Гигант издал булькающий вой, затем что-то тяжелое оторвалось и проехало по улице внизу.