Полет над бездной (СИ) - Махомет Анастасия - Страница 22

Он был уже пьян и, что скрывать, ничего не соображал. Он был одержим теми звуками, что роились в его голове, но они затихали, как все то, что мы рисуем в своем воображении.

Он встал, одним рывком запрыгнул на сцену и несмело коснулся клавиш рояля. Он вспомнил все ее движения, все ее жесты, каждый изгиб пальцев. Он закрыл глаза и любовался ее игрой, играя сам, подобно сумасшедшему, влюбленному в собственную иллюзию.

Он играл снова и снова, улыбаясь ее образу в своей душе. Но чем больше он играл, тем больше чувствовал, как отличается от нее, как многому не успел научиться, а ее нет. Ее больше НЕТ! И как бы он не хотел больше не будет.

Он остановился, будто разогнав наваждение. Он закрыл глаза, поднял голову вверх, просто пытался забыться.

― Кто здесь? — донеслось до него.

Сэт обернулся. В зал вошел сторож, явно услышавший его игру. Он грозно осматривал зал, светя перед собой фонариком, но почему-то все еще не находил Сэта. Юноша улыбнулся и, как не в чем не бывало, продолжил играть.

Фонарь быстро отыскал нарушителя по звуку.

― Кто вы? И как сюда попали? — спросил мужчина, но его не собирались даже замечать. — Вы слышите меня?

Он подошел к сцене.

― Прекратите немедленно. Это инструмент консерватории и вы не имеете права…

Тут мужчина замолк, от грозного взгляда молодого нарушителя. Он перестал играть и уверенно выпрямился во весь рост.

― Я не имею права, а всякие идиоты, которые тут брымкали весь вечер имеют? — грозно уточнил Сэт.

― Побойтесь потока. Здесь сегодня отдавали дань памяти величайшей женщине, а вы…

― А что я? — спросил Сэт. — Они по-вашему лучше меня? Тогда вы такой же идиот, как и они. Что толку от болтовни и восхищений?! Все восхищались ей. Все считали ее гениальной и неповторимой, но никто… Заметьте! НИКТО не спас ее. Все стояли и глазели на пылающий автомобиль, зная кому он принадлежит. Все стояли, обсуждали и НИЧЕГО не делали. Она умерла из-за нелепой болтовни, а вы мне говорите: «Побойтесь потока»! Как я могу его бояться, если он логичней вас вех!

― Тогда почему вы не спасли ее? — спросил спокойно сторож.

― Меня там не было, — прошептал Сэт, отвернувшись. — Я был далеко от туда и ни о чем даже не догадывался. Как я мог ее спасти?

― Меня там тоже не было. И тех, кто играл ради нее сегодня, тоже там не было, поэтому никто из нас просто не мог ее спасти, понимаете?

Сэт виновато опустил голову и просто молчал.

― Если вы так любили ее, то почему не пришли пару часов назад и не выступили, как остальные?

Сэт растерянно посмотрел на него.

― Вы должны уйти, иначе я буду вынужден принять меры.

Сэт спокойно пошел к краю сцены.

― Но сначала, доиграйте до конца, а еще лучше. Сыграйте все от начала до конца, а я послушаю.

Он посмотрел на него и вернувшись к инструменту, вновь коснулся клавиш. Он вновь играл, но бережно и нежно, как играл бы для матери, а не назло ее гибели.

7

«Мы не алкоголики»

Часы пробили одиннадцать… двенадцать… час, а Сэта все еще не было дома.

Илья сидел в гостиной, крутил в руке мобильный телефон и смотрел на входную дверь. Он звонил воспитаннику каждые полчаса, но безрезультатно. Лира уснула прямо на диване, не вытирая слез с лица. Ник ходил по комнате с бутылкой пива.

Ожидание в каждой минутой становилось мучительней.

― Может он в аварию попал? — предположил Ник, утомленный настороженной обстановкой.

― Нам бы сообщили, — неуверенно отозвался Илья.

― Не знаю…

Как тревожная сирена в тишине, зазвенел телефон Вересова. Илья невольно вздрогнул и тут же ответил:

― Да. — Да, Остин. — Ург? — Он у тебя? — С ним все в порядке? — Извини. Я приеду за ним.

Илья отключил телефон и тяжело дышал, пытаясь унять гнев.

― Он нашелся? — нетерпеливо спросила, проснувшаяся Лира.

― Да, — злобно отозвался Илья. — С ним все в порядке. Ложитесь спать.

Он встал и быстро удалился.

― Он зол, — тихо прошептала Лира.

― Он очень зол, — исправил ее Ник, осушая бутылку.

Илья Николаевич хлопнул дверью своего кабинета. Малая стрелка часов застыла на четверке. Большая едва минула двенадцать.

― Ну? — спросил ждавший его Ник.

― Что «ну»?! — отозвался Вересов и, отобрав у друга бутылку, залил гнев алкоголем.

― Они с Ургом, — продолжил он, рухнув рядом с Ником на диван.

― Да понял я, что они с Ургом! Он сильно пьян?

― Ты даже не представляешь на сколько!!!

Повисло нелепое молчание.

― А ты? — тихо спросил Ник.

― Пока просто принес домой. Он как бревно.

― А утром…

― Проспится, и я ему напомню, что такое дисциплина и здоровый образ жизни. Мало не покажется!!!

― Может не стоит. Он не от хорошей жизни пьет, — сказал Ник, понимая состояние молодого человека.

― Ну, уж нет! Он у меня завтра по первое число получит!

― Ну-ну, добей мальчика. Ты сделаешь ему больно, и он зальет эту боль алкоголем, а ты снова сделаешь ему больно. Это замкнутый круг.

― А что ты предлагаешь?

― Простить его…

― Простить!? Нет! Ты забываешь: у него нет тормозов. Я прощу его сегодня и он будет думать, что я прощу его завтра. Это тоже замкнутый круг.

― Решай сам, — буркнул Ник, отбирая бутылку.

Илья долго смотрел на друга, а затем несмело предложил:

― Может вам обоим стоит лечиться от алкоголизма?

― Мы не алкоголики, — буркнул Ник и поспешил оставить Илью одного. Но у двери замер. — Есть проблемы, которые невозможно решить. Есть вещи, которые можно лишь простить, а если это не под силу, остается лишь забыться. Вот почему мне нужен постоянный градус и вот почему он хочет того же…

Солнце давно встало. Ник один сидел на кухне и готовил. Готовка была его страстным увлечением, но как бы он не был увлечен едой, от бутылки виски его ничто не могло отделить.

На кухню вошел Сэт. Вид у него был мягко говоря, не самый лучший. Длинные волосы были спутаны. Губа разбита. Кожа белая, а глаза едва приоткрыты.

― Что очухался, — иронично спросил Ник.

Сэт ничего не ответил и, пряча глаза, сел за стол.

― Есть будешь?

Сэт отрицательно покачал головой и обессилено рухнул на стол. Он такой жалкий и замученный не мог даже говорить. Ник посмотрел на него и понимающе улыбнулся. Он хорошо знал, что такое похмелье, после вчерашней вечеринки. Он молча достал стакан, налил в него виски, не жалея, до верху, из собственной бутылки и поставил его перед Сэтом. Провинившийся ученик обессилено взглянул на стакан, но выпил все, до дна. Ник довольно улыбнулся и хотел налить еще, но Сэт все так же молча перевернул стакан дном к верху.

― Вы меня потом не остановите, — спокойно пояснил он.

― А это правильно. Тебе молодому человеку с перспективами завязывать надо.

― Угу, — не вникая в смысл сказанного буркнул Сэт. — А кто меня вчера домой привез?

― Илья.

Ник сел возле Сэта. Лицо у парня изменилось: он явно боялся услышать это ответ.

― Он очень злиться?

― Очень, но ведь он отходчивый, ты же знаешь.

― Угу, — тихо буркнул Сэт.

― Ты, что боишься? — поразился Ник своей собственной догадке.

В кухню вошел Илья, но никто его не заметил и он замер на пороге, желая послушать этот разговор.

Сэт тяжело вздохнул.

― У Ильи Николаевича злость бывает разная…

― К чему ты клонишь?

― Чем сильнее он злиться, тем хуже контролирует себя.

― Ты что побоев боишься? — продолжал недоумевать Ник.

― Если бы, — усмехнулся Сэт. — Это еще так, ерунда, а вот… главное что бы он меня не выгнал. Ведь он имеет на это право.

Сэт закрыл лицо руками и тяжело дышал.

― Я не боишься, что он тебя убьет? Может ведь. Имеет право.