А завтра лёд растает (СИ) - Сивер Рина - Страница 24

Мы неспешно бродили меж сосен и разговаривали.

С Вольтом было легко. Он мог поддержать любую тему. Я и не заметила, как проболтала с ним ночь напролёт. Но вместе с рассветом приходила и неловкость, а я всё чаще возвращалась к тому поцелую на вершине башни. Его руки, прижимающие меня к себе. Мои губы, шепчущие его имя. Пальцы, запутавшиеся в шелковистых длинных волосах. Зачем? Я не чувствовала к Вольту ничего, кроме дружеской симпатии. Но тогда всё казалось таким верным, таким правильным. Будто иначе и быть не может.

— Что будет дальше? — спросила я, повернувшись к парню.

— Неловко, правда? — сказал Вольт. — А представь, если бы всё зашло чуть дальше…

Он улыбнулся, причем, как мне показалось, через чур жеманно.

— Заткнись! — я привстала на цыпочки и отвесила парню подзатыльник.

— Ау! За что? — поинтересовался он с наигранным возмущением, округлив при этом глаза.

Я захихикала, и парень, спустя несколько секунд, ко мне присоединился.

— А если серьёзно, то ничего, — сказал он, отсмеявшись.

— Ничего?

— Этот остров действительно обладает какой-то магией, заставляющей людей совершать немыслимые поступки. То, что произошло на острове остается здесь и не имеет смысла за его пределами. Сейчас ты коришь себя за то, что поддалась желанию. Но тогда, наверху, нам обоим хотелось этого, ведь так? Лучше сожалеть о том, что мы сделали, чем о том, чего не сделали.

— Значит, просто друзья? — с облегчением уточнила я.

— Конечно, — пожал плечами он. — А теперь давай поспешим. Мне бы хотелось поспать ещё пару часов перед школой.

* * *

Когда я вернулась домой, меня снова ждала засада. Евгения стояла в знаменитой позе «руки в боки». Взгляд также не сулил ничего хорошего. Под глазами размазалась тушь, отчего женщина стала немного напоминать енота. Большого и грозного енота. Это сходство великолепно подчеркивала полосатая серая пижама. На голове красовалось гнездо, из чего можно было сделать вывод, что любимая родственница всю ночь просидела на диване в гостиной, специально поджидая меня, дабы закатить истерику.

— Я хочу с тобой серьёзно поговорить! — заявила она тоном, не терпящим возражений.

— Поговори с кем-нибудь другим, — зевая, ответила я и задумчиво окинула взглядом комнату, предполагая, куда дальше направиться- на кухню или сразу в спальню. Решив, что есть всё-таки хочется больше, выбрала более подходящее направление. К моему разочарованию, Евгения направилась за мной.

— Не смей меня игнорировать!

Я молча достала продукты из холодильника и принялась нарезать колбасу для бутербродов, попутно потягивая апельсиновый сок. Да, нельзя цитрусы на пустой желудок, но сейчас меня мало волновал данный факт- есть хотелось жутко.

— Аурика, почему ты со мной не разговариваешь?

«Ага, — отметила про себя я. — Как быстро меняется постановка предложения».

— Если тебе так хотелось со мной поговорить, то могла бы заехать в больницу, — резко ответила я, перекладывая наспех сделанные бутерброды на тарелку.

— Я была на работе.

— Всю неделю? Круглосуточно?

Евгения не нашла, что на это ответить, а я прошла мимо неё, намереваясь пройти в свою комнату. На лестнице я столкнулась с Владом.

— Я всё слышал, — сказал он мне.

— Мои поздравления. Прости, я не в настроении выслушивать, какая я сволочь.

Я прошла в комнату и плюхнулась на кровать. Влад прошёл следом.

— Ты была права, — заявил он.

Я лишь пожала плечами, заталкивая в рот кусок бутерброда.

— Знаешь, — выдал Влад. — А ты кое-чему меня научила. Этот поступок Евгении с больницей окончательно расставил все точки над «и». Прошлое не изменить. И люди тоже не меняются. Просто ты поняла это раньше, чем я. Всю нашу жизнь Евгении было не до нас. И сейчас тоже. Пара хороших поступков не загладят двадцатилетних ошибок. Я имею ввиду, что если человек сам по себе дерьмо, да и в этом особо не раскаивается, то он нисколько не изменится, сделав что-то хорошее.

С этими словами Влад вышел из комнаты, оставив меня на едине с бутербродами. Я отставила в сторону тарелку. Есть как-то расхотелось.

* * *

Спалось мне плохо. Я то и дело просыпалась, ворочалась и никак не могла успокоиться. Перед глазами вновь вставала картина моего недавнего ночного кошмара.

Крис, весь в металлических кольцах. И этот ужасный, невидящий взгляд глаз, скрытых бельмами. Я уже поняла, что существо в моем сне вовсе не было Крисом. Оно было той тварью, которая жила в доме.

Оно сумело достать меня и за пределами дома. В кошмарах. Но тут, в самом особняке, оно было реальным. Особенно если верить Моргане. Но почему оно пришло именно как Кристиан? Ответ я знала- психологическое воздействие. Я боялась Криса, а оно взяло тот образ с поверхности, который внушал мне ужас. И изменило его под себя.

И что же мне делать? Сдаваться и бежать, подобно прошлым хозяевам, я не намерена. Значит- действовать. Что там делали герои из фильмов ужасов? Вызывали священника и расставляли по дому иконы? Я вспомнила несколько икон, найденных в комнатах. Прошлым хозяевам они не особо помогли.

Сначала нужно дочитать дневник, а потом я решу, что делать дальше. Я взяла с тумбочки тетрадь и раскрыла на нужной странице.

24 мая, вторник. 1:15 после полудня.

Теперь и отец признал, что с домом что-то не так. Он тоже напуган, хоть и не показывает. Сегодня утром он привёл священника. Разумеется, тот ничего не почувствовал, но прочёл пару молитв. Так, на всякий случай. Ничего не произошло. Я всегда знала, что они шарлатаны. Но мы только разозлили это. Скоро что-то будет. И, кажется, лучше мне пока не знать о том, что случится.

25 мая, среда. 8:42 после полудня.

Вчера ночью я вновь проснулась от кошмара. Оно больше не было в углу. Теперь оно стояло у кровати. Темный силуэт. Я не смогла разглядеть его, да и не пыталась. С криком выскочила из комнаты. Отец зашёл проверить, а вернулся бедный, как привидение. Тем не менее, утверждал, что там ничего нет. В комнату не пустил ни меня, ни Кайла. Ночевали мы в гостиной на диване. Сейчас я пишу и плачу. Пишу и плачу. Как же мне страшно.

26 мая, четверг. 11:57 после полудня.

Когда я только приехала в этот дом, мне показалось, что я видела свет в окошке башни. Кстати, вход в неё мы так и не нашли. Наверное, он за одной из множества закрытых дверей. У нас даже руки не дошли их открыть. Теперь я знаю, что там. Там живёт оно. Я почти уверена в этом, но проверять не буду. Я не буду больше с ним связываться. Мы сейчас же уедем.

Мы не можем больше здесь находиться, после этого. Оно чуть не убило Кайла.

Мы снова сидели в гостиной. Брат решил прогуляться на кухню за чаем. Мы с отцом остались в комнате. Через минуту мы услышали звук бьющейся посуды. Когда мы вбежали внутрь, мы увидели Кайла. Он висел в полуметре над полом и держался за горло. Оно душило его. Отец кинулся к нему, но Кайла подняло ещё выше к потолку. Он задыхался. Отец кричал, бился и пытался снять брата оттуда. А я словно оцепенела. А потом мне в голову пришла мысль- ведь оно хочет, чтобы мы ушли. И я сказала:

— Отпусти его. Мы уезжаем. Ты победил.

Кайл на миг замер, а потом рухнул на землю. Он дышал.

Я оставлю этот дневник в спальне. Надеюсь, его найдут. А тому, кто прочтёт, могу дать лишь один совет. Бегите отсюда. Бегите и не оглядывайтесь.

На этой фразе дневник кончился. Далее шла лишь пара выдранных листов. Я захлопнула тетрадь и убрала её обратно на тумбочку. Ответов я не получила, только дополнительные вопросы. Но кое-что я все-таки узнала. На священников и иконы эта штука никак не реагирует, а значит, последовать примеру героев из фильма ужасов не получится. Правда, те в конце обычно умирают.

Однако, эта тварь разозлилась и чуть не придушила паренька. Значит, у меня всего одна попытка. Ошибусь- и я труп. Очень приятная перспектива.

Ну и что же мне делать?

Раздался стук в дверь. Я подскочила на месте и в ужасе уставилась на вход в комнату. Дверь приоткрылась, и в комнату зашёл Влад, недоуменно воззрившись на мою испуганную физиономию.