А завтра лёд растает (СИ) - Сивер Рина - Страница 35

Парень застыл. Я хотела ещё что-то сказать, но вдруг поняла, что сморозила. Мою фразу можно было понять весьма двулико.

— Так вот в чём дело, — выдохнул парень, одарив меня таким взглядом, что у меня мурашки забегали по коже. — Ты что, всё знаешь? Ясно. По глазам вижу, что знаешь.

— Вольт…

— Мне нужно забрать кофе, — парень поднялся с места.

— Стой, я не то имела ввиду! Вольт! — в нашу сторону вновь недовольно обернулось несколько человек.

— Я же сказал, кофе заберу. Не ори ты так, — передёрнул плечами оборотень.

Ходил за кофе Вольт подозрительно долго. Я же сидела спиной к стойке и старалась не оборачиваться.

Через десять минут я не выдержала и, обернувшись, оглядела кофейню. Конечно, Вольта нигде не было. Наверняка, он сразу же ушёл. Я вздохнула. И надо же мне было такое ляпнуть! Я поднялась с места и, придвинув стул, покинула заведение. Посетители проводили меня удивленными взглядами.

Как только распахнулась дверь кофейни, я пулей вылетела оттуда и, не оглядываясь, сбежала вниз по ступенькам. Улица была пуста. Лишь большой тёмный кот сидел на ограждении и поджимал лапы от холода.

Я перевела взгляд на кота. Тот тоже уставился на меня не мигая. Я протянула к нему руку. Кот недовольно взглянул на неё и, отодвинувшись подальше, снова стал меня разглядывать.

А что? Я же не знаю, в кого превращается Вольт. Может, это он и есть? С какой бы стати обычному коту так заинтересованно смотреть на меня, сидя на холоде?

И всё-таки кот был огромным, раза в полтора больше, чем все нормальные коты в моём представлении. Серый, с густой лоснящейся шерстью, по которой так и хотелось провести рукой. Однако повторять попытку я не стала. Вряд ли Вольту нравится, когда его просто так трогают руками.

— Извини, я не то имела ввиду, — сказала я. — Я хотела сказать, что ты сегодня ведешь себя как-то странно. Я правда не хотела ничего такого и не думала, что ты обидишься…

Я продолжала нести какой-то бред, извинялась и всячески старалась избегать слова «оборотень» в своём несвязном монологе. Кот понимающе смотрел на меня и будто бы кивал, подтверждая мои слова.

Наконец я остановилась — слова кончились, а я задумалась, чего бы ещё такого придумать, чтобы убедить кота меня не игнорировать.

— Позволь спросить, чем ты занимаешься? — поинтересовались у меня.

Я недоуменно уставилась на кота. С оборотнями я кое-как смирилась, но вот говорящие оборотни в моё понимание не входили никак. Собственно, оборотень в облике зверя- то же животное, с человеческими мозгами, но ротовая полость у них к речи всё равно не приспособлена…

— Ты что, ещё и разговаривать умеешь? — спросила я у кота.

— Да, довольно давно, между прочим. Лет так с трех точно.

— А как? — не въехала я.

Кот потянулся и, перестав обращать на меня внимание, принялся демонстративно вылизываться.

— Ну, как тебе объяснить, — ехидно продолжил голос. — У речевой системы есть несколько центров. Функция первого — преобразование слуховых сигналов в нейронные коды слов, которые активируют…

Тут меня словно током ударило. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Боясь своей догадки, я обернулась. Разумеется, Вольт стоял прямо у за моей спиной и надменно улыбался.

— Твой кофе, — протянул он мне бумажный стаканчик.

Я нехотя приняла его и покрутила в руках.

— Ты давно тут стоишь?

— К началу спектакля успел, — ухмыльнулся парень. — А теперь объясни, почему ты разговариваешь с кошкой Джека и называешь её моим именем?

Я ещё больше смутилась, а моя и без того несвязная речь окончательно превратилась во что-то непонятное.

— Ну, я подумала, что ты это… — я взмахнула рукой и жестом показала на кошку. — Того, в общем.

— Содержательно, — улыбаясь, согласился парень. — Ладно, допустим, я и вправду «того», но Рика, не в кошку же!

Я лишь развела руками. Вольт тяжело вздохнул и провел рукой по волосам.

— Ладно, — сказал он. — Извини, я повёл себя глупо. Не знал, как реагировать. Тебе… Тебе Крис сказал?

— Нет, сама догадалась.

Подставлять Криса не хотелось, да и в моих словах была доля правды. Рыжий не говорил, а так скажем, намекнул — с остальной загадкой я справилась сама.

— Кстати, что на концерте-то случилось? — поинтересовался Вольт.

— О, ты просто не поверишь, что там было…

* * *

— Ну ничего себе! — только и смог выдать парень, после моего рассказа. — Говоришь, папаша Кошака вас чуть не прикончил? И рыжий сейчас со шрамом на всю морду ходит?

Мы вновь вернулись в кофейню, а немногочисленные посетители изредка на нас поглядывали. Кажется, им порядком надоели наши крики и хождения туда-сюда.

— Может на морду, а может, и на лицо, — пожала я плечами. — Кто ж его знает.

— То есть, он прямо при тебе перекинулся, а ты даже не побежала с воплями прочь? Вот это выдержка!

— Высокого же ты обо мне мнения! — возмутилась я.

— А потом ты ещё и оборотня чуть не прирезала. Ножом с примесью серебра! У тебя что, совершенно отсутствует инстинкт самосохранения?

— И это говорит мне человек, который сам превращается в мохнатую зверюгу.

— Я бы попросил! — теперь возмущался уже Вольт. — К тому же, не в мохнатую, а в пернатую.

— Зато блохи не кусают, — не растерялась я.

На это парень не нашёлся, что ответить, а я быстро взяла ситуацию в свои руки:

— Ну вот, я тебе всё рассказала? Всё. А теперь книгу показывай.

— Ты меня эксплуатируешь, — отозвался Вольт, но книгу всё-таки достал. — Я тут кое-что нашёл, думаю тебе будет интересно. Текст на древнескандинавском, а я не очень хорошо его знаю, так что попробую пересказать то, что понял. В общем, был один ученый, некий Рудольф… Даже не ученый, а так, скажем, эксперт по сверхъестественным явлениям. Он жил лет так восемьсот назад — люди ещё тогда верили во всякую дребедень, богов и монстров всяких… Да ладно, ладно, зачем так прямо намекать, — Вольт поймал мой скептический взгляд. — В общем, он писал о живых домах. Якобы, есть такие дома, которые и не совсем дома, а скорее, живые организмы. Как в фильме «Дом монстр», но с тем учётом, что в подвалах никого не замуровывали. В таких домах, по его словам, любили ведьмы жить. Ведьма могла контактировать с домом, а дом помогал ей в её ведьмачьих делишках. Но, конечно, чаще в таких домах жили люди, и им знатно так от этих домов влетало. В общем, дом мог контролировать довольно много процессов, происходящих внутри его самого. Передвигать предметы, к примеру. Даже сознанием человека управлять немного, но только в минуты уязвимости — когда он спит или устал, к примеру.

— А откуда такие дома появлялись?

— Понятия не имею, Рудольф об этом ничего не написал, — пожал плечами парень.

— Это всё? — спросила я.

— Нет. Ещё он писал, что поскольку эти дома — живые, то у каждого обязательно должен быть свой центр, сердце, так сказать. Даже картинка есть.

Вольт открыл книжку и показал. Рисунок был сделан от руки и, видимо, позже перекопирован и вклеен в книгу. Неровными линиями был набросан то ли сундучок, то ли шкатулка с резными узорами по бокам. Внутри лежала некая сфера, чем-то напоминающая драгоценный камень.

— А если эту шкатулку разбить, то что дальше будет?

— Не знаю, говорю же — Рудольф больше не написал ничего. Он переключился на другой вид нечисти. Да и какая разница, это же просто сказка!

— Оборотни тоже, — отозвалась я. — Тоже сказка.

— Как видишь, я перед тобой. Живое доказательство, — возразил Вольт. — А такой знакомый дом у тебя есть на примете?

— Пока не уверена, но по всем параметрам соответствует.

— Что ты имеешь ввиду?

Дверь кофейни открылась. Зазвенели колокольчики, оповещающие о новых посетителях. Я оглянулась — в кафе зашли пара светловолосых подростков — парень и девушка. На них были одинаковые синие куртки и вязаные шарфы. Близнецы что, всегда носят одинаковую одежду?

Ребята заметили меня и, улыбнувшись, направились к нашему столику.