Сбитый ритм (СИ) - Филатова Майя - Страница 26

Я села в указанное кресло и для верности подложила руки под себя — очень уж соблазнительно выглядел дротик.

— Мать Селестина, что это?

— Это Чёрный дротик, которым тебя ранили, его метнули иллюзию. Парня из труппы тоже задело, но иллюзию создала ты, поэтому ты и заболела лихорадкой теней. Храмовый дротик, заешь ли, бьет в корень, а не в листья… Руки бы повыдёргивать тем, кто языческие артефакты у себя держит! Чем только Инквизиция занимается…

— Инквизиция?

— Ну не войска же! Гвардии и кражу скотины-то доверять страшно, а тут Высоких потрошить надо, чтобы добро еретическое сдавали… Ладно. Давай лучше расскажи, какие тени к тебе приходили сегодня.

— Э-э-э… Тени? Вы о чем?

Селестина поджала губы. Я поняла, что лучше не выпендриваться.

— А, тени. Да… да так. Люди какие-то… непонятно даже, кто…

— Да ну?

Селестина наклонилась вперед и взяла меня за руку. В голове против воли замелькали весьма неприятные воспоминания.

— Да простит тебя Великий Апри, — отстранилась настоятельница, — такая молодая, а душа уже мается в стране вечной осени… Впрочем, в канун Полносолнция прощается и не такое. Так что не будем терять время.

Селестина оказалась всего на треть головы выше меня, и примерно такая же худощавая. Мы вышли из беседки и поли в неосвещённую часть сада, благоухавшую цветами и росой.

Настоятельница скользила впереди, её белые одежды служили единственным ориентиром в густой тьме. Но ориентир не фонарь, кочки не показывает.

Селестина резко остановилась — так резко, что я чуть не налетела на неё.

— Хватит сквернословить! Дай руку. Теперь закрой глаза. Сосредоточься. И ощущай пространство. Внимательнее смотри, внимательнее…

Стоило нашим ладоням соприкоснуться, как в голове опять замелькали образы, но на сей раз их наполнял свет. Между зеленых контуров деревьев пролегла золотистая дорожка. С каждым вздохом картинка становилась всё объёмнее, будто окружающий сад пустил корни в мою грудь. Внезапно поняла: любое движение теперь будет осознанным. Все повороты известны, все ступени сочтены.

— Спасибо… не знала, что так можно.

— Получилось? Хм. Воистину, Великий Апри открывает многое, — задумчиво сказала Селестина, отпуская мою руку, — но и… скрывает… хм… немало…

В груди опять разлилось жжение взгляда.

— А обычный источник-то не про тебя, Селия. Ну что же. Тогда на ближайшей развилке направо. Движемся в тишине!

Приказные нотки в голосе настоятельницы затолкали вопрос обратно в глотку. И всё же… Снова монастырь, и снова родовое имя моей матери в чужих устах, как будто так и надо…

— Мать Селестина? — не удержалась я, — а почему вы назвали меня Селией?

— Потому что это твоё имя по праву рождения. А теперь помолчи, пожалуйста!

И тебя туда же. Да уж, похоже, местные жрецы читают книги душ получше наших… Да и монторп бы с ними, только как бы теперь неприятности не начались. Даже если вспомнить, что мой мир и мир Мерран — осколки единого государства, и Высокий язык остался в обеих культурах, всё равно называть Зрячую полукровку «истинным солнцем» при местной религиозной озабоченности граничит с ересью. Версия «простая акробатка Аделаида» меня больше устраивает. Уж точно не сожг… ай!

Откуда он возник, этот дверной косяк?! Вот что значит слишком много думать! Шишка теперь будет наверняка.

За тяжёлой дверью оказался крохотный павильон, едва освещенный лампадой. Строго по центру помещения в полу зияла дыра, в ней виднелись рубленные ступени. Из узкого хода тянуло сыростью, плесенью, и замкнутым пространством…

— Селия? — настоятельница обернулась с середины лестницы.

— Э-э-э… я л-лучше тут пос-стою…

Селестина фыркнула, поднялась обратно и крепко взяла меня под локоток.

— Пойдём, дитятко. Никто тебя не съест, кроме самой себя.

Мы сошли в промозглый коридор, тёмный и довольно узкий. Я судорожно щупала свободной рукой гладкие и холодные стены и потела каждый раз, как касалась макушкой потолка. И это при моём-то росте… Это каменный мешок! Саркофаг! Саркофаг под горой! Слепая стерва решила похоронить меня заживо!..

Когда я вдохнула, чтобы заорать от паники — бежать, бежать обратно в сад, лучше сдаться на растерзание теням, только бы убраться на воздух — настоятельница толкнула скрипучую дверь. Глаза резанул свет. Ну наконец-то! Наконец-то открытое пространство! Ой…

Сы очутились в небольшой промозглой комнате. Только вместо стен и потолка здесь раскинулось небо. Слева всходила планета Варрван, спереди и справа висело созвездие Жнецов, над головой колыхалась белесая полоса Пути Апри. Не может быть! Это же именно то небо, что раскинулась сейчас над озером и монастырём! Только здесь нет ни намёка на облака или контуры гор, построек, деревьев…

С трудом отведя взгляд от рукотворного чуда, я пригляделась к обстановке. По центру помещения в полу располагалась купель в форме амфитеатра. Из-под бурлящей воды проникал бело-желтый свет. В клубах пара то и дело проскакивали голубые вспышки.

Селестина велела раздеться и лезть в воду. Я хотела возмутиться, но, поведя рукой над ванной, поняла, что вода на самом деле вовсе не кипяток. Когда вошла в воду и мелкие пузыри окутали тело с ног до подмышек, ступени за моей спиной превратилась в наклонную поверхность.

— Теперь закрой глаза и расслабься. Позволь теням плясать, как им вздумается. Источник Апри смоет тьму, но сначала ты должна признать и почувствовать её существование в самой себе. Да, Селия, да, это сложно, иначе эта купальня и гроша ломаного не стоила бы!

— Разумеется. Только отку…

— Все. Вопросы. Пот-том, — с усилием ответила Селестина, надавив на мою макушку.

— Чт-пфр-р-р-гр-рх-х-х!

Я попыталась извернуться, схватиться за край, но сладкая и пряная вода уже проникла в желудок и лёгкие. Сознание рухнуло в агонию воспоминаний. Растопленное солнце сомкнулось над головой.

Аркан II. ЖРИЦА. Глава 9. Девочки на шаре

Проснулась от яркого света: глаза резал зайчик от начищенного диска Великого Апри в углу кельи. Из окна, похожего на бойницу, слышался колокольный звон. Долгий, громкий, переливчатый — так звонят к полуденному солцеслужению. И обеду.

Рывком поднялась с койки. Натянув бельё и коту, побежала к трапезной. Затаилась неподалёку в ожидании толпы Подпирать стенку в одиночестве невежливо, а так затеряюсь и войду со всеми, типа после службы.

План удался. Я уселась за широкий стол, отполированный поколениями тарелок и локтей, и зачавкала кашей с овощами. Заодно прислушивалась к разговорам. С удивлением поняла, что после «утопления» в источнике проспала почти двое суток и Полносолнцее уже завтра, а на полуночном солнцеслужении огласят имена восьмерых монашек из воспитанниц-бастардок. По переиначенной древней традиции, они пойдут в Священную рощу на берегу озера, где уединятся в павильонах с избранными в другом монастыре юношами-бастардами, и в итоге станут матерями полнокровных Зрячих, которых возьмут на воспитание самые влиятельные семьи Империи.

Поскольку юные монашки провели всю жизнь в монастырских стенах, а участницы предыдущих ритуалов соблюдали обет молчания, предположения строились самые разные. Что делать в процессе, если изберут? Лежать? Сидеть? Стоять? Что значит «на четвереньках»?! Ко всем ли снисходят Знамение Апри? Говорят, надо громко молиться, а насколько громко? А если забудешь? А что? А где? А куда?..

Похрюкивая от сдавленного хохота, я сама не заметила, как проглотила горьковатую кашу-размазню. Но одним смехом сыт не будешь, и желудок заурчал уже на выходе из трапезной. М-да. Ну, они просто вынуждают меня святотатствовать и идти разорять кухню!..

Стоило так подумать, как явилась сестра в чёрно-белой караульной рясе. С видимым неудовольствием сказав идти следом, монахиня отвела меня к главному входу в обитель и указала на прорезную калитку в запертых воротах.