Сбитый ритм (СИ) - Филатова Майя - Страница 35

Громкий плюх. Волна, крики, выстрелы из скорострела. Так, у этих всё кончилось. У твари теперь есть ужин, а у меня — какое-то время, чтобы смыться подальше. Но действовать надо быстро: свежая кровь слишком привлекательная вещь.

Снова обернулась на заброшенный остров. Умей я плавать, всё было бы просто. Но, хоть ребята во главе с Маро и дали несколько уроков, как следует усвоить науку так не получилось. Однако сейчас выбора просто нет.

Второй сапог соскочил легко, а вот остатки юбки… снять её в воде и не потонуть? Невозможно. Зато во внутреннем кармане я наткнулась на кристалл кади. Треснутый, он уже не подходил для работы на представлениях, зато в повседневной жизни вполне годился для локальных фокусов с подсвёрткой. Сверткой. Ага…

Взяв камень в ладони, я легла на спину и начала болтать ногами, как учил Маро. Обычно мало что получалось, но камень Кади помог создать небольшую «подушку», которая не давала голове и плечам уходить в воду. Эх, под задницу бы ещё! Сжав зубы, я заработала ногами — до боли, до рези, до судорог, пока не уткнулась макушкой в холодное и твёрдое.

В отличие от большей части города, этот остров стоял не на разросшемся дереве, а на скале. Взбираться по склизским, пахнущим фекалиями и моллюсками камням оказалось неимоверно тяжело. Потом я бесконечно долго валялась, дрожа от холода и напряжения, и глядела в небо, на необычайно яркую Дорогу Апри, сверкавшую сквозь вихрастые облака.

Собравшись с силами, села. Ободрав остатки ненавистной юбки, как могла, обработала рану: лёгкая, но крови пустила изрядно. Дротик мелкий, засел внутри, не выковорить просто так. «Ну зачем тебе аптечку везде таскать, сегодня вообще я с вами иду!», говорила Эвелин. Зар-раза…

Кряхтя, встала. Пошатываясь, обогнула ближний дом. Остановилась, высматривая дверь: внутри каменного здания, может, и не теплее, но хоть ветра нет, да и до рассвета будет, где пересидеть…. План сорвался, не начавшись — внутренности каменных коробок оказались завалены рухнувшими перекрытиями и занесены пеплом. Ну ладно. Поищем ещё…

И нашла. Буквально на соседней улице. Но не строение, а костёр. Хороший такой костёр в сложенном из камней камине. Вокруг сидело трое босых оборванцев, один из которых нанизывал на длинные прутья не то птицу, не то крысу.

— Вечер добрый, — сказала я, входя в круг света и тщательно выговаривая слова на Простом языке, — не подскажите, как отсюда выбраться?

Не успела договорить, как троица очутилась за добрых полквартала, выкрикивая на бегу молитвы к Великому Апри. Хм. Это я так жутко выгляжу или пространство локально-нестабильное, что простолюдины на раз сворачиваются? Тут порыв ветра начал подвывать в проломе. Вторя ему, в темноте прошелестела дробь мелких шагов, затем более тяжелых. Мда. Ну понятно. Местечко наверняка с дурной славой, глухая ночь, а тут нечто окровавленное из тьмы вылазит, да горным акцентом говорит… Акцент проблема, кстати. В театре почти все родом с Хребта, вот и понахваталась. Надо бы местным «каноническим» произношением озаботиться — пригодится, когда сбегу.

Я подошла ближе к огню и села на ещё тёплый обломок парапета. Подняв палку с крысой, сунула в костёр, и вскоре наслаждалась сладковатым сочным мясом. Подкинув в огонь знакомые хрустящие листовки про сопротивление преступной власти, я выудила из забытого бродягами мешка ещё пару крысиных тушек, и перекусила. Остальное трогать не стала — в конце концов, людям нужнее.

Нечаянный ужин придал сил. Я решила не искушать судьбу, и попытаться вырваться с острова сейчас. Потому что, если не успею до рассвета, то точно не доберусь до гостиницы к завтраку, а «порка» Оррами — не лучшее начало дня.

Вернулась к берегу, начала искать если не лодку, то плот, или хотя бы целое бревно, за которое можно уцепиться и снова переплыть канал. Не вплавь же бродяги сюда добирались?

Не будь я Зрячей и не работай с иллюзиями, вовек бы не выбралась. Но кровь, как говорится, обязывает. На остатках старого причала наткнулась на кустарный полог иллюзии, из которого торчали не заправленные пространственные «нити». Под ним оказалась небольшая лодка, явно новая, да ещё с «кожаной» обшивкой, что меняла цвет под окружение. Чтоб наши бродяги так жили, а! Кроме иллюзии, завязанной на кристалл Кади, судёнышко ничто и никто не охранял. Весёл, впрочем, тоже не наблюдалось. Пришлось походить ещё, в поисках широкой доски, а потом уже пускаться в путь. Вариант «пообщаться» с самой лодкой — мало ли, вдруг умеет передвигаться сама? — даже рассматривать не стала. Не хватало ещё нарваться на какие-нибудь мерранские извращения.

Греблось с раненым плечом тяжело. Хорошо, что начался отлив — речные воды потекли быстрее, увлекая с собой и лодчонку. Оставалось только выставить доску так, чтобы двигаться по диагонали к другому берегу. Привязав транспорт к мостовой, я продолжила поиски дороги, во многом — по звёздам, которые уже успела выучить. Так и добралась до гостиницы. Аккуратно, не задевая колокольчик, проскользнула в холл. Огляделась.

За низким столиком справа расположились игроки в Бахорские кости — популярная в Мерран игра, где фигуры на клетчатой доске ходят тем способом, чьё условное обозначение выпало на восьмигранном кубике. Слева, на длинных кожаных диванах, сидело несколько человек с курительными трубками. Комки ароматного дыма висели под самым потолком, окутывая светильники сиреневатом облаком. В глубине холла ночной дежурный дремал, положив голову на стойку с ключами. Тянуло хорошим алкоголем. Приятный запах перебивал даже перегар от компании молодых ребят рядом с лестницей на второй этаж.

Знакомой такой компании.

Я сжала кулаки и пошла вперёд.

— …со старыми знакомыми… ой!

Равор поперхнулся остатком фразы и отступил на полшага.

— О, Кети! — вскричали Маро и Отто, заметив меня, — а м-мы тут это… совет держим, ты где… р-решили, ты развлекаешься, только утром появиш-ик! — шься, и… О Апри, что с тобой?!

— Со мной? А сам как думаешь?

Маро поморщился и потупил взгляд. Отто страдальчески заломил брови. Эвелин и Лили хором охнули и прикрыли рты ладошками. Я растолкала ребят, встала в центре круга.

— П-привет! А я… я как раз опять рассказывал, как ты куда-то делась… и я… э-э-э… не смог тебя догнать, — начал лепетать Равор, заикаясь и завышая голос на ударных слогах, — я это… потом… а что, новый знакомый грубоват оказался?

На миг я обмерла. Потом дошло, что со стороны всё выглядит, как изнасилование.

Пнула Равора по яйцам. Согнулся — схватила за грудки, вмазала лбом в лицо. Раздался хруст. Равор с воем упал на спину, цепляясь за перила лестницы.

— Эй-эй-эй! Кети! Стоп! — Маро начал оттаскивать меня прочь, за что тоже словил пару ударов.

— Скотина! Мразь! На куски порву! Яйца свои жрать заставлю!

Почти вырвалась от Маро, но меня перехватил Отто. И без того сильный, он и захват взял так, что даже повернуться невозможно. Тем более, с раненым плечом.

— Тварь! — сдавлено крикнул Равор, щупая сломанный нос, — да я тебя!

Его схватили двое огнеходцев. Поднялся гвалт. Мы с Равором орали друг на друга, другие — на нас, чтобы перестали рыпаться. Эвелин и Лилиан голосили, чтобы все успокоились, где-то на заднем плане надрывался колокольчик дежурного, призывая постояльцев к порядку.

— Мо-о-о-лчать! — раскатилось по холлу, — а ну заткнулись все!

Дзинь. Бум. Звяк. Колокольчик дежурного упал на пол. Муха щёлкнула о светильник на потолке.

— Какого. Здесь. Происходит? — рявкнул Дарн, бухая коваными подошвами по лестнице, — в гладиаторов играете, суки?!

— Кет перепилась, на людей кидается! — заголосил Равор, показывая на своё лицо, — делась из кабака не пойми куда, непонятно с кем спуталась, а теперь на меня всё валит и…

— Харэ орать! — снова рявкнул Дарн, — Равор, а ну иди сюда! Эвелин, тоже пошли, осмотришь его. Отто, отведи Кет к Коре. Остальные по койкам. Молча! И быстро!

Огнеходцы отпустили Равора. Тот поплёлся следом за директором, одёргивая залитую кровью рубашку и старательно расставляя ноги при ходьбе. Отто отпустил меня. Кровоток возобновился, вместе с ним усилилась боль.