Дар рода Острожских (СИ) - Магг Ната - Страница 49

- Что случилось? - испуганно спросил Леон, подхватил меня на руки, так как ноги не слушались, и отнес на кухню.

- Тебя там обидели? - прорычал он, а рядом очутился готовый к бою Вихрь.

- Нет, Леон, нет, - быстро проговорила, успокаивая друзей, - просто очень больно вдруг узнать, что ты такая же дура, как все.

- Ну, не такая и дура, раз тебе не понадобился год, чтобы все понять, - ухмыльнулся он и приготовил нам кофе.

- Ты не злишься на меня, что все так получилось? - спокойно спросила, так как от сильной душевной боли, уже ничего не боялась и не стыдилась.

- Нет, Дарья, ты так молода и наивна. Я всегда понимал это и оберегал тебя. Здесь нет твоей вины, но ты получила один из жизненных уроков, и становишься настоящей женщиной, - грустно смотрел мой друг, не притрагиваясь к еде и напитку, которые остывали на столе.

- Знаешь, я ни капельки не жалею, что испытала любовь к этому человеку. Такие чувства не могут оскорбить, обидеть или разозлить. Меня предупреждали, что Властитель часто меняет избранниц, но я сознательно выбрала его на эти три дня. Если это не любовь, тогда что? - мой вопрос остался без ответа.

- Ну, и не переживай, мне даже завидно, такая страсть светиться в твоих изумрудных глазах. Я давно такого не испытывал к женщинам. Не надо чувствовать себя виноватой, - он резко встал, хотел обнять меня и приласкать, но резко отвернулся и зло заговорил.

- Когда мы пошли вместе на бал, у меня еще теплилась надежда, что мы могли быть вместе, но реальность отрезвила мое разгоряченное воображение. Я не по делам ушел с праздника, просто убедился еще раз, что мне там не место, и рядом с тобой тоже, - он остановил мои протестующие слова, и попросил дослушать до конца.

- У меня маленькая магическая сила, Дарья. Ты видела, что Аршанские сидели в самом конце стола. Я не буду говорить как это унизительно для Колдунов, пока тебе не понять нас. Наш род почти весь живет среди народов, там нам комфортней и удобней. Ты же предназначена для великих дел Света. Мы не сможем быть вместе, я замучаю тебя ревностью к силе и к твоей работе. Поверь, какие бы мы не были добрые, зависть к более могущественным в крови у Колдунов, - виновато смотрел Леон.

- Но мы останемся друзьями? - все равно я не смогу больше никого так полюбить, как Янислава, но дружить же можно.

- Конечно, Дарья, всегда помни, что в трудную минуту, или в счастливую, можешь позвать меня, чтобы разделить ее с тобой, - нежно обнял меня Леон, и я разрешила ему поцеловать себя. Он ушел быстро без долгих прощаний, и я была ему за это благодарна.

Встретимся мы не скоро, а завтра предстоит опасный поход, и нужно быть готовыми ко всему.

- Нам надо подготовиться к поездке, и решить, что захватить с собой. Уже не лето, так что теплая одежда точно не помешает, - серьезно обратилась к Люсе, давая понять, что вопросы о Леоне сейчас неуместны. Потом сама расскажу.

- К ребятам заходить не будем? - делала вид Люся, что ей это безразлично, - тогда и палатка, и посуда, и еда нужна.

- Останови фантазию, - засмеялась я, - ты всегда мне напоминала, что я Ведьма и должна пользоваться своими чарами. Так что все нужное, приманим на месте. Представляю, если бы явились со всем этим снаряжением на встречу. Валерий бы лопнул от смеха.

- Действительно, - даже растерялась Люся, - за эти три дня жизни с простыми людьми, я совсем очеловечилась. Нет, все же хорошо быть Колдуньей, - вздохнула она с облегчением, и вопросительно посмотрела на меня.

- Тогда ложимся отдыхать, и расскажи, наконец, чем вы там занимались с Властителем, иначе, я лопну от любопытства. Сколько можно испытывать терпение лучшей подруги.

- Мне пришлось многое узнать от Янислава, все заново обдумать и понять свое предназначение в нашем Мире, - тихо говорила Люське, а она, затаив дыхание приготовилась слушать. Я рассказала ей о родителях, о злых происках Тьмы. О том, как нам предстоит сражаться с ними, и как нужно много заниматься, чтобы уметь защитить народы и свой клан. Все это слушала моя напарница, редко прерывая восклицаниями восторга, тревоги или сочувствия.

- Дарья, так вы, что только делами занимались? Неужели устояла перед Предводителем Света? - не утерпела она, чтобы не спросить о главном.

- Не устояла, - горько усмехнулась я, - в первый же день не устояла перед самым лучшим мужчиной на Земле. И ни капли не жалею об этом, даже, если пришлось расстаться.

- Ты, влюбилась, - ахнула подруга, и испуганно прикрыла рукой рот, - так и знала, что когда то это с тобой случится. Значит, вы будете жить вместе? - не смогла она скрыть своего разочарования. Ей не хотелось со мной расставаться.

- Нет, Люська, - крепко обняла я свою подружку, - не хочется мне на целый год становиться любовницей Властителя, как мне предложил, Янислав. Или все, или ничего. Лучше сейчас оборвать все отношения, чем продлевать эту агонию, зная, что разлука, неизбежна. А самое страшное, видеть в глазах любимого, что ты надоела ему до чертиков, - не весело засмеялась я.

- Он совсем не увлечен тобой? - не поверила она, - твоя красота не могла оставить его равнодушным.

- Вот именно красота, а не я. Конечно, ему было приятно проводить со мной время, даже жалел, что так рано ухожу. Но скоро у него появится еще одна молоденькая симпатичная ведьмочка, и он так же будет наслаждаться ее обществом. Главное, Люся, я это все знала, но все равно захотела быть с ним, не смогла бороться с таким глубоким и сильным чувством, да и не хотела, понимаешь? Отдалась ему, и познала истинную любовь с тем, кто мне дорог. Это правда, прекрасно. Помнишь, ты говорила, что ожидала большего от секса с Сергеем, это потому, что ничего к нему не чувствовала. У тебя было просто любопытство. Когда встретишь своего мужчину, тогда поймешь, о чем я говорю. Разве такое объяснишь словами, - вздохнула я, и спрятала от подруги пролитую слезу.

- Да, не переживай ты так, - тоже шмыгала носом Люська, - не один мужик этого не стоит, даже Властитель твой.

- Я согласна с тобой, но моя душа противится, она скучает и страдает, ей хочется наплевать на свою гордость, и мчатся к нему. Не представляешь, как трудно бороться с этим искушением, - что то совсем раскисла я.

- Вот этого, я больше всего боюсь, опять влюбиться, - злилась моя Люська, наверное, на всех мужчин, - как вспомню эти мучения, слезы и разочарование в жизни, даже сейчас, когда давно все прошло, жутко становится.

- Но, было же и хорошее, помни об этом, - сочувствовала подруге.

- Нет, не было там ничего хорошего, поверь мне. Я испытала только унижение, стыд и отчаяние, - без каких либо эмоций говорила Люся, вспоминая свою первую любовь, - его звали Вовкой. Мы вместе учились в одном классе. Тебя тогда Агата перевела в другую школу, с математическим уклоном, но ты должна его помнить. Он был смелым, отчаянным и отлично играл на гитаре. Пел не то, чтобы хорошо, но о хорошем. Я думала, что лучше парня и добрее на всем свете нет. Долго мучилась сомнениями, но однажды решилась признаться ему в своих чувствах. На многое, конечно, не надеялась со своей - то внешностью, но думала, просто будем дружить. Он предал меня, и рассказал всему классу, что жирная Люська, захотела любви, - с печальными глазами, обиженного ребенка, не смело взглянула на меня подруга, - им всем было очень смешно.

Что я могла сказать, только сопереживать всем сердцем, которое застыло в груди, и я поежилась.

- Не знаю, как смогла выжить тогда. Хорошо, что скоро учебный год заканчивался. Я забрала свои документы, и поступила в медучилище.

- Ты мне ничего не рассказывала, - то ли упрекнула подругу, то ли посочувствовала.

- Сейчас и то тяжело вспоминать, хотела быстрее все забыть, как кошмарный сон. Но боль занозой застряла в сердце, не давая выздороветь для новых серьезных отношений. Вот сейчас красавицей стала, как мечтала с детства, чтобы отомстить Вовке за все, но теперь даже смешно об этом думать. Одно обидно, что не могу больше доверять ни одному мужчине, - злилась подруга.