Принцесса Бен (ЛП) - Мердок Кэтрин Гилберт - Страница 32

Я была так потрясена этим оскорблением, что чуть не сломала ногу, каблук пошатнулся.

— Магия? Магия в том, чтобы танцевать час за часом, день за днем с мужчиной, от которого пахнет рыбой? Ездить верхом, писать, болтать о глупостях? Вышивать столько платков, что ими можно было выстроить дамбу на Великой реке, втискивать тело в одежду, похожую на орудие пыток? — я сняла туфель. — Это похоже на магию? Потому что это, мой милый юный принц, никакая не магия, а труд!

Я бросила в него туфлю, не глядя, куда попала (хоть бы в голову). Я ушла со всем возможным величием по коридору, хотя в одной туфле это было сложно, и завернула за угол.

Я не засыпала часами. Принц не имел права так говорить, я хотела пробраться в комнату магии и найти в книге чары, чтобы наказать его. Чтобы он умер от унижения. Превращу его в лягушку с темными глазами Флориана. Буду держать лягушку в шкатулке и порой тыкать палкой. Это подойдет.

Я успокоилась и все-таки уснула.

ДЕВЯТНАДЦАТЬ

Я завтракала в своей комнате, читая отчеты слуг. Много времени ушло на поиски жемчужного ожерелья, а потом слуга нашел его, оброненное где-то герцогиней.

Когда я пришла на ланч, я с потрясением увидела принца Флориана, сверлящего взглядом тарелку. Я думала, что он покинет замок с рассветом. Рядом с ним король Ренальдо сразу спросил, как я спала. Отец и сын выглядели уставшими, но я не могла их критиковать.

Болтая с другими гостями, я уделяла им двоим мало внимания, пока Ренальдо не подвинулся к королеве и не попросил поговорить с ней.

Я поежилась. Флориан мог рассказать ему о моей магии, ужасно преувеличив. Я не смогла уйти.

— Принцесса, это важно для меня.

И мы с Софией и королем собрались в Голубой комнате, где Флориан полгода назад не смог меня пробудить. Ренальдо устроился в кресле, я подавила желание сделать это. Может, мне придется отрицать магию.

— Ваше величество, — начала королева. — Прошу, объясните, что вас тревожит.

— Это сложно обсуждать, — скривился король.

— Если что-то не так, мы надеемся, что вы примете наши извинения.

— Нет, вы — воплощения гостеприимства… Ваше величество, Ваше высочество, могу ли я сегодня посетить гробницу Фердинанда.

Королева пришла в себя первой. Она даже настояла, чтобы я проводила его, ведь она была занята другими гостями.

Я была этому не рада. Рвение короля настораживало. Я думала даже что он заманивает меня повторить судьбу матери. Но, как бы я ни молила, София была непреклонна.

— Сейчас наше оружие — вежливость, Беневоленс, и им управлять проще.

Мое сердце упало еще ниже, когда король прибыл с Флорианом, хотя я не знала, кто был недовольнее — я или принц. Ренальдо задумчиво ехал на своем коне, спешил к гробнице и не обращал внимания на сына, и нам пришлось продолжить разговор, который так драматично закончился после бала.

— Как я рада, что вы составили мне компанию в походе, — начала я тоном, которому научилась от Софии.

— Я так ответить не могу, — сказал он, глядя только вперед.

— Конечно, не можете. Но вы — верный сын.

— Я всегда защищаю отца.

— И все еще обвиняете меня в колдовстве?

— Я больше боюсь драконов на метлах, — холодно ответил он.

Эти слова лишили меня дыхания.

— Ты не отрицаешь, — процедил он. — Я знал, что я прав. Но что может один голос против воплей, что это дракон? Особенно, когда этот голос так сильно унизили?

— Поражение было унижением? Примите его, дорогой принц, как должное…

— Принц Горшок, — прошипел Флориан.

Мои уши горели от стыда, это я остановить не могла.

— Я этого не делала…

— Не делала? — голос Флориана дрожал от ярости. — Не ты ли унизила меня самым хитрым, гадким и ярким способом…?

— Я пыталась защитить страду!

— Запятнав мою жизнь? — он повел лошадь подальше от моей.

О! Принц верил, что я могла издеваться над ним шутки ради… Он не заслуживал быть лягушкой. Даже головастиком.

Мы прибыли на поляну, где теперь был памятник королю и моей матери. Солнце сияло на камнях Аншиенны, гора возвышалась над нами.

Король Ренальдо спешился и, как во сне, провел ладонью по поверхности могилы Фердинанда. На миг мне стало жаль, что мы с принцем так ненавидим друг друга, ведь я бы вскинула брови, переглянувшись с ним.

— Флорри, иди сюда, — приказал король.

Принц покраснел от детского прозвища, но послушался.

— Коснись.

Флориан так и сделал, он был в ужасе, что я все это видела.

— Как ощущения? — спросил король.

— Это камень, отец, — ответил принц.

— Да, но… Какой температуры камень?

— Как и должна быть у камня. Как этим днем. Как температура воздуха.

— Воздуха? — уточнил король. — И он не кажется холодным.

Флориан покачал головой, растерявшись от поведения отца.

Плечи короля опустились.

— Стоило знать… Не важно. Вернемся в замок. Молния! — он позвал жеребца.

— Отец… — Флориан посмотрел с тревогой в мою сторону, но не сдержал любопытство. — Что это означает?

— У меня просто был странный сон. Прошлой ночью.

— Прошу, Ваше высочество, — вмешалась я. — Я хочу знать, ведь вы не просто так пришли в это место.

Король вздохнул.

— Да, это важно. Я был в кровати во сне, и в открытое окно пришел призрак, который произнес слова, которые я не могу забыть. Когда я проснулся, комната была пустой, окно — закрытым. Было ли это от вина или от сна в чужом замке, я не знаю, но комната была удобной, принцесса.

— Что сказал призрак? — спросил его сын.

Ренальдо собрал поводья, собираясь взобраться в седло.

— Сейчас я вспомню верно… Он сказал: «Правитель Монтани лежит в гробнице льда, и только следующий правитель может найти его».

— Гробница льда! — Флориан рассмеялся. — В такой осенний день это невозможно! Эта гробница теплая…

Небо кружилось над моей головой. Я впилась в гриву своего пони.

Король подошел ко мне.

— Принцесса, вы в порядке?

— Повторите, — прошептала я.

— Слова? Последний правитель Монтани лежит в гробнице льда, и только следующий может его найти. Вы понимаете значение?

— Мой отец… — я сглотнула. — Отец лежит в гробнице льда.

— Но это невоз… Вы знаете это? Знаете, где?

Я посмотрела на снежную вершину Аншиенны. Когда я развернулась, король и Флориан переглядывались.

И тут раздался ужасный вопль со склонов над нами, крик полный боли. Жеребец короля сорвался и побежал по тропе.

— Что это было? — воскликнул Ренальдо.

— Не знаю, но кому-то очень больно, — ответила я, вонзила пятки в бока своего пони и помчалась выше в гору.

* * *

Я следовала к стене Фердинанда, крики, похоже, доносились оттуда. Но следующий крик донесся с другого склона. Я повернула пони и помчалась сквозь заросли, в той части не было троп. Еще один крик сотряс воздух, эхом разнесся по склону.

Принц Флориан вдруг оказался за мной.

— Чем ты думаешь? — рявкнула я, злясь из-за своего страха и из-за него.

— Принц всегда едет на помощь даме, — напряженно ответил он.

— Ха! Тебя заставил твой отец.

Его тишина была подтверждением.

— Мне не нужна помощь, особенно, если спаситель сам того не хочет, — сообщила я.

— Не сомневаюсь. Но, может, жертве помощь нужна.

Мы ехали без слов какое-то время. Ужасные крики доносились не часто, но этого хватало, чтобы мы понимали, что правильно едем.

Я старалась, но не могла подавить волну сочувствия к Флориану, я представляла, что он терпит как принц Горшок. Он много раз пытал меня, особенно во снах. Но он нежно говорил о своей маме, дружил с Йоханнесом, был добр к нему, он описывал любовь романтично, словно другой человек. Принц мне не нравился, но я должна была относиться к нему с состраданием, как ко всем… и защищать себя от его обвинений.

— Я не хотела так тебя унизить, — сказала я.