Затишье перед Бурей (СИ) - Корбут А. Т. - Страница 54

Сложно пришлось братьям Хэммингса. Ромул постоянно ругался с Доланом из-за того, что второй пытался забыться и отвлечься от смерти младшего двоюродного брата. Рейс грустила, на глазах ее постоянно были слезы, стоило кому-то упомянуть хоть что-то связанное с братом. А маленький Лукас еще ничего не понимал, он лишь таскался за старшими братьями.

В это время решались дела государственной важности. Фенисе Рейвенскорн пришло письмо из Риверклера, от одного из ее приближенных людей, что во время ее отсутствия мятежники подняли восстание и захватили трон. Но герцогиня и не думала бросаться в бой или огорчаться, она продолжала лукаво улыбаться и уверяла Ричарда, что все идет по ее плану.

Ликорис убеждал своих коллег, что в поселении орков у него есть шпион. И что тот отправляет ему информацию обо всем, что происходит там. Эльф по имени Малборн, если не ошибался шпион, собирался бросить вызов старому вождю и занять его место. Самое занимательное, что отметили в последнем письме - Малборн планировал напасть на Вейлнд. Если слова шпиона были верными, то королевство было готово к нападению, и весть разошлась уже по всем владениям.

Рядом с телом Хэммингса положили все, что было дорого юноше при жизни. Однако, за какие-то вещи Азура «билась» с королем. Она пыталась заставить его отдать ей некоторые вещи, с которыми ей самой сложно расставаться. И которые могли бы напоминать ей о сыне. Ричард посоветовался с Фенисой и, пожав плечами, сказала, что ничего плохого в этом нет.

- Заносите, - приказал король. Несколько рыцарей, в числе которых были сир Гарон и сир Беккер, с которыми занимался Хэммо, подняли гроб. Они прошли всю площадь церкви, давая собравшимся попрощаться с ним, и внесли гроб вовнутрь.

- Последние дни он был таким холодным, - произнесла Азура, не сводя глаз церкви. В ее взгляде не было ничего, кроме грусти. И в голосе тоже. - И сейчас он будет мерзнуть в крипте.

Ричард не ответил.

Сейчас короля тревожили мысли о возможном возвращении его первенца. Того, которого он собственными руками укладывал в гроб. Еще маленького, невинного, но уже достойного короны. Он был нужен королю, и не только ради коронации. Эндал стал воплощением либо Каана, либо Таана. И по пророчествам именно он должен был стать либо погибелью, либо спасением королевства. И судьба так жестоко поступила с ним. А может, наоборот, смерть спасла их от падения великого королевства.

Сзади к Ричарду подошла Фениса, она нежно провела рукой по его спине, плечу и произнесла на ухо:

- Нам стоит уединиться.

- О чем Вы хотите поговорить? - спросил Ричард, оперившись на край стола.

Зал малого совета стал их излюбленным местом. Каждые дни они проводили здесь, вдвоем, без лишних глаз. Иногда они были здесь и с королем Фокстротом, но тогда исключительно говорили о политике. Вдвоем же они могли вести разговоры на разные темы, в том числе и о семье.

- О Вашем сыне, - гостья не переставала хитро улыбаться, склонив голову вбок. Это, наверно, было одной из ее отличительных черт, которые так откладывались в памяти.

Королева подошла ближе. Ее глаза сверкнули желтым пламенем, а после она поцеловала Ричарда в губы. Эти поцелуи были недолгими, но после них мужчина не ощущал ничего. Но он и не задумывался о том, что это магия. Как будто и переживания об этом стирало одной волной опустошения. Однако были и свои плюсы. Сейчас боль о потере сына, которую Рич пытался всеми силами заглушить, отошла.

- О Ромуле? О нем нечего говорить.

- То есть, Эндала и Хэммингса Вы уже в расчет не берете, потому что они мертвы. Хотя по поводу первого есть некоторые сомнения, - между бровей Фенисы образовалась морщинка, - а Лукаса потому, что он слишком мал?

Ричард промолчал, глядя в яркие голубые глаза приезжей королевы.

- Вы уверены, что Хэммингс умер? - спросила она. Вопросы женщины ставили короля в тупик. Она спрашивала об уверенности Ричарда абсолютно во всем, что и так было очевидно.

- Я несколько минут назад приказал внести его тело в крипту, - ответил король, стараясь не показывать своей растерянности.

- Но кто дал Вам гарантию на то, что это именно его тело?

Король нахмурился. Так же, как в ситуации с доверием к Азуре и прочим вопросам, которые задавала Фениса, он ничего не понимал. И ждал ее объяснений. Ведь это не мог быть просто интерес о мыслях Рича.

- Я не был близок с сыном, но уверен, что смог бы отличить его от подставного лица, - голос короля звучал твердо. Он, разумеется, был уверен в том, что видит.

Герцогиня промолчала.

- У меня есть для вас кое-что, - сказал Ричард. Он достал из кармана цепочку с Лунным камнем и, прося позволения, надел его на шею женщины.

Она посмотрела на подарок, а затем, подняв голову на короля, улыбнулась.

- Лунный камень очень красив.

- Я рад, что Вам понравилось, - сказал он. - И еще кое-что. Впредь Вы - политический пленник в этих стенах.

Он ожидал, что она сорвет с себя камень, но вместо этого она лишь подошла к королю.

- Как пожелаете, Ваше величество, - промурлыкала она, будто бы все шло по ее плану.

Анаэль III

Пир был в самом разгаре. Лукас и Иллор правда сошлись, младший брат принцессы два дня не отходил от нового друга. Сира Мурмура мальчишки познакомили и со старшими сестрами. Котенок совсем небольшой, с ободранным ухом и красивой трехцветной раскраской пушистой шерсти. Лукас приволок его откуда-то со двора, а Ричард, сказав, что тот сам будет за ним ухаживать и когда тот умрет, не будет плакаться, разрешил его оставить.

Линэль успела познакомиться со многими рыцарями, детьми придворных людей и даже с сиром Гароном. От того она вовсе весь вечер не отходила. Они и танцевали, и общались, и смеялись. Наверно, Гарон делал это только из-за учтивости, ведь у него были все мотивы ненавидеть семью Фокстротов.

Во время Великой Войны именно Ликорис Фокстрот убил отца Гарона и всю его семью. Тогда рыцарь уже был в армии короля Ричарда, и только поэтому расправа обошла его стороной. И теперь он остался последним из дома Эленстоунов и мог желать мести семье короля.

- Он рыцарь, - пояснял Долан. - Когда рыцари дают обет, то отказываются от своего знамени и дома.

- Но в глубине души...

- Ни Линэль, ни ты, никто другой из детей короля непричастен к этому. Единственный, на кого он может быть зол - ваш отец.

Может, его правда.

Под конец вечера Анаэль заметила, что за королевским столом нет королевы Азуры. Оказалось, что ее не было с самого начала. Когда Анаэль задела тему о Хэммингсе, то Ромул и вовсе покинул их компанию. Остались только Анаэль, Долан и принцесса Рейс.

Та, хоть и была похожа на младшую сестренку рыжеволосой полуэльфку, но с Линэль характером не сошлась. Они обе имели пристрастие к рыцарям, и именно поэтому Анаэль думала, что они поладят. Но что-то им не понравилось в друг друге, они так и припирались, пока не разошлись в разные концы зала.

- Ромул очень расстроен смертью Хэммо, - произнес Долан, сделав несколько глотков меда. Анаэль пила вино, привезенное с югов. Ей даже не хотелось пробовать крепких северных напитков. - После того, как переговоры сорвались, Ромул несколько дней пытался доказать всем, что вино не было отравлено. Он верил словам рыцаря. Но все говорили ему обратное. Он заботился о Хэммо, сидел около его кровати, когда Азура, почему-то, оставила сына на Гарона. А когда королева пришла и заявила, что Хэммо все же умер, Ромул изменился. Он стал еще больше похож на своего отца. Теперь он ищет виноватых в смерти брата, и, угадай, кто попал под его горячую руку?

- Маги? - предположила Анаэль. Это было разумно.

- Да, маги, - вздохнул Долан, - и нелюди. Все, кто встал под знамена повстанцев.

Это опечалило Анаэль. Она была полуэльфкой, да еще и владела магией в придачу.

Она не спускала взгляда с кронпринца. Он все равно казался принцессе прекрасным. Тот стоял у королевского стола, о чем-то спорил с отцом. Явно был недоволен. Но спустя несколько фраз от короля, смирился, поклонился и отошел от стола. Сделал петлю по залу и подошел к столу, за которым сидели королевские дети.