Затишье перед Бурей (СИ) - Корбут А. Т. - Страница 62

«Пусть эти переговоры пройдут перед взором всех» - добавил он мысленно.

Йозеф откланялся и быстрым шагом ушел исполнять приказ.

Через полчаса тронный зал уже был заполнен. Ричард сидел на троне, высеченном из огромного камня. Когда-то, очень давно, на этом троне восседал первый правитель севера, а затем и все его дети, внуки и правнуки. Конечно, его не раз реставрировали, и уже мало осталось там от самого первого трона, но факт остается фактом.

Рядом с ним, на деревянном троне, обделанном синей тканью и расшитом драгоценными камнями, сидела Азура. Мрачная, непохожая на себя. Она не желала говорить с мужем, а он от нее этого и не требовал. Рядом с матерью сидели дети Ричарда и королева Фениса, а рядом с королем устроилась семья Фокстротов. По периметру выстроились гвардейцы, собрались придворные люди.

- Послы Дуалласского Доминиона, Кейлайре де лан Гаро и Атариэль вар Слор, - представил Йозеф, и стражники открыли дверь.

Два высоких эльфа в черной одежде с серебряным узором вошли в зал. При них не было ни оружия, они всего лишь послы. Оба с длинными, аккуратно зачесанными назад волосами, с острыми ушами и эльфскими чертами. Лицо Ричарда кривилось от ненависти с каждым их шагом.

- Чего вы хотите? - произнес Ричард, когда те остановились около возвышения, на котором стоял его трон.

- Мы пришли еще раз предложить вам союз. От лица нашей королевы, Ее Величества Делинтаайи де лан Гаро второй. Мы озабочены защитой королевств от надвигающейся угрозы Бури, как называют демонов люди. Наши требования не изменились: башня на территории королевства и легализация магии.

«Они не думали, что я увижу их работу».

- Пошли вы со своими требованиями, - вспылил Ричард. После того, как вырезали его орден, они пытаются еще пойти на переговоры, принимая короля за дурака.

Послы переглянулись и кивнули друг другу.

- Что ж, в таком случае...

Громкие с угрозой в голосе слова повисли над собравшимися. Ричард почувствовал напряжение не только в своем теле, но и в помещении. Каждый ждал, что же будет дальше. Через несколько секунд двери отворились, и в зал вошли двое высоких эльфов, в тех же одеждах, что и послы. Они с двух сторон держали закрытую повозку, чуть меньше той, в которой обычно передвигаются знатные люди. Как будто роскошная переносная сумка для вещей.

Они подошли ближе, остановились. Все их движения были нерасторопные, медленные, они специально нагнетали обстановку. Двое послов стояли и, хитро прищурившись, наблюдали за реакцией короля. Но Ричард терпеливо ждал, чем же они хотят так напугать мужчину.

Эльфы открыли дверцы повозки, чуть ее наклонили, и оттуда вывалилась дюжина голов. Тех, кто занимал высокие посты в ордене. Среди них и Тогуна. Кровь, еще не успевшая запечься, испачкала пол тронного замка. Девушки вскрикнули, по толпе прошел оживленный шепот.

Ричард поднялся на ноги. Его трясло от злости, в глазах было видно лишь первобытную ярость. Он сжил руки в кулаки так сильно, что костяшки на пальцах побелели, а ногти впились в грубую кожу ладонь.

- Схватить их! - завопил он. - Подготовить веревки!

Рыцари и придворные люди сорвались со своих мест. Несколько человек в темно-синих латах схватили послов. Те лишь с усмешкой смотрели на короля. Но Ричарда не волновали ни их ухмылки, ни их мотивы. Он хотел повесить их всех до единого, всех, кто прибыл сегодня, на очередном дереве висельников.

Все собрались около высокого старого дуба к западу от крепости, как раз в том направлении, откуда пришли эльфы. Послы стояли на носках на низкой скамейке, а на их шеи уже были наброшены петли. Один удар выбьет основание из-под их ног и десяток безжизненных эльфских тел будут висеть в ряд на крепкой дубовой ветке.

- Муж мой, - произнесла Азура. Впервые за долгое, казалось бы, время. Ее голос звучал тихо, мягко, но все равно с печалью, - это не лучший выход из ситуации.

- А что, по-твоему, Азура, лучший выход? - присоединилась к разговору Фениса. - Лучше отпустить их обратно в королевство, довольных тем, что их план удался? Они не ожидали положительного ответа Рича, иначе бы не стали рубить головы.

- Не забывай, что это мой муж, а не твой. И ты находишься на территории моего королевства, так что будь добра вести себя соответствующе, - вспылила Азура. Вновь. - Этот шаг может привести к большему, чем просто потеря ордена. Проявив милосердие, ты, муж мой, можешь показать Доминиону и доброту...

- Эта доброта ни к чему, - цокнула Фениса. Между женщинами начиналась настоящая война. И не только за короля. - В чем смысл милосердия? Ричарда должны бояться. А кто будет бояться короля, который отпустил убийц?

- Довольно, - прервал их спор Ричард, - я все решил.

Королевы переглянулись между собой.

Ричард подошел к послам. Около дуба собрались лишь королевские семьи и их приближенные. А еще толпа зевак, которые плелись за ними, стоило поднять немного шума. Может, это и хорошо. Слова о королевском правосудии разнесется, как вирус во время чумы, если на казне будут присутствовать простолюдины.

Взглядом, в котором перемешались ярость, страх, боль, король осмотрел эльфов. Они не переставали гордо смотреть на всех, кто собрался лицезреть их смерть. «Гордые, самонадеянные, напыщенные ублюдки» - подумал Ричард, скривив лицо.

- Вам есть что сказать? - спросил он, не отступая от традиций казней.

- Вы еще пожалеете об этом решении, Ричард, - произнес один из тех эльфов с длинным именем. Кажется, его фамилия была и у королевы Дуаллассии. Ее сын. Муж не мог бы быть послом. - Королева узнает об этом уже на завтрашнее утро. И вы оглянуться не успеете, как придет война.

- Еще кто-нибудь? - бросил Ричард. Никто не ответил. - Да чтоб ваши души не упокоились.

С этими словами он опрокинул скамейку из-под ног эльфов, и десяток послов задрыгались, пытаясь инстинктивно хватать воздух ртом. Какие жалкие, какие беспомощные. И вся гордость ушла, стоило только оборвать нить их жизни.

Король стоял до того, как все лица эльфов не посинели, как последний вздох не сорвался с их уст. Наслаждаясь правосудием, он даже не заметил, как ближе к нему подошла Фениса. Она провела рукой по его спине, как любила делать, и остановила ее на плече.

- Вы приняли правильное решение, - тихо проговорила она.

- Пусть только попробуют сунуться в мое королевство. И каждый из них узнает ярость медведей.

«Где этот Олень?» - подумал он.

Пусть сир Гарон и отказался от титула и фамилии, шуточное прозвище, данное ему еще в юности, прицепилось и было в ходу до сих пор. Из-за оленя на гербе дома Эленстоунов старший сын Снорре получил прозвище «олень». Ричард не был против этого, и даже однажды подарил Гарону меч с головой оленя на рукояти и девизом дома Эленстоунов на лезвии.

Снорре не был ему врагом, Ричарду до конца хотелось переубедить его принять договор и перемирие. Он надеялся, что Ликорис со своими войнами образумит короля, но вместо этого они заставили его страдать.

Единственное место, где мог быть сир Гарон помимо своих покоев, оружейной и тренировочных площадок в столь позднее время - кухня. Он часто пропадал там, веселя историями и рассказами кухарок. А те давали ему пирожное или пирожки.

Гарон еще во времена войны показал себя человеком с отличной фантазией. По вечерам, когда воинам требовалась разрядка и отдых, Эленстоун рассказывал им выдуманные истории. Иногда придумывал их на ходу. Это очень нравилось сослуживцам. Сейчас же он рассказывает свои сказки кухаркам и принцессе Рейс, которая так без ума от историй рыцаря.

И правда, Гарон оказался на кухне. Он сидел на стуле, улыбаясь, повествовал новую историю о бесстрашном рыцаре и банде бандитов, пытающихся обмануть героя. Ричарда не волновало, чем же закончиться история. Он подозвал рыцаря к себе. Тот, доедая по дороге в коридор, где ждал его король, свежее пирожное, вышел с кухни.

- Да? - спросил он, прожевав.

- Я желаю найти Ромулу жену.

Эленстоун выжидающе скрестил руки на груди.