Затишье перед Бурей (СИ) - Корбут А. Т. - Страница 76

- Тай’ми? - подошел юноша. - Я... Я могу попросить о помощи?

Девочка подняла на него большие синие глаза. Хэммо замялся.

- Ты можешь сварить мне зелье невидимости?

- Да, но у меня нет нужных ингредиентов, и, смею предположить, ты не будешь ждать три дня.

Хэммо тихо выругался.

- А тебе зачем, дурень?

- Ну.... Надо, понимаешь?

Девочка молчала, изучая юношу.

- Если ты побудешь моей лабораторной крысой, то я могу попросить сестру, - увидев хмурое лицо юноши, она вздохнула и пояснила. - Моя сестра - чародейка. Я думала, ты многое о них знаешь. Она может зачаровать тебе кольцо, но это очень рискованно.

- Я согласен.

- И крысой моей побыть согласен?

- И это тоже, - «Я еще пожалею об этом».

- Сиди тут и жди.

Тай’ми вернулась через двадцать страниц книги, первой попавшей в руки Хэммингса. Она гордо протянула ему кольцо.

- Спасибо, Тай’ми, - улыбнулся юный маг. - Я твой должник.

- Я это запомнила, - кивнула девочка. - А теперь иди, у меня работа кипит. В прямом смысле.

Уже все собрались на совет. Прибыло много неизвестных людей. Хэммо стоял тихо в углу зала, волнуясь, ведь он не знал, когда истечет время его невидимости. Но он точно знал, что еще никто не раскусил его присутствия тут. Собравшиеся долго не приветствовали друг друга, а сразу перешли к обсуждению штурма Хаалмата.

- Наши люди в крепости сообщают, что скоро Ричард Дан должен покинуть королевство, - начал Камрад, - и именно в эти дни мы атакуем город.

- Как вы хотите атаковать город? - спросил неизвестный.

- Мы не будем трогать нижний и средний города, - вступил Толгруф, как будто чувствуя назревающий вопрос. - Днем мы незаметно проникнем в верхний город, засядем там, сольемся с толпой. Будем ждать сигнала после заката и тогда начнем нападение.

- Пострадают невинные люди...

- Это война, - ответил Камрад. - Эти смерти неизбежны.

- Мы могли бы обойтись и без этого, - слова принадлежали молодому послу, прибывшему, кажется, откуда-то из мест, приближенных к столице.

- Любая война, даже оборонительная, это хаос и разрушение, - ответил гном. - Поймите хотя бы то, что эти столичане ненавидят магов и нелюдей. Они гонят нас палками в Тараканьи районы, выливают на нас вонючие помои и жгут наши дома. Когда я ехал в Хитфилд, я думал, что заработаю тут денег. А тут жопа, приятель.

- Кибур и его гномы лучшие маги земли, - продолжал Камрад. - Они будут недалеко от церкви, как раз, чтобы разрушить ту.

- Почему не в нее? Почему не в спасательную башню, чтобы порешать этих уродов.

- В церкви будут наши люди, - вступил другой.

- Наши?

- Союзники.

- Те, что сердце их Божка украсть хотят?

- Именно они.

- Вот! Они не в башне будут, - настаивал гном. - Давайте разрушим ее.

-Мы атакуем церковь после того, как наши люди покинут ее, - Толгруф ударил кулаком по столу. - Оставьте этот вопрос, он закрыт.

Гном прорычал.

- Я надеюсь, ваше архимагичество, мы не будем брать пленных и бить рыцарей палками?

- Не будем, - ответил Камрад. - Пленные нам ни к чему.

- А гражданские?

- Все, кто не на нашей стороне - на стороне врага, - отвечал один из учителей. - Это штурм, а не шпионское проникновение.

Сердце Хэммингса сжалось. Он посмотрел на кольцо, то начало гаснуть, и юноша понял, что пора убираться отсюда. Он услышал достаточно. Незаметно приоткрыв дверь, Хэммо шмыгнул наружу и отбежал за угол. Припал к стене, закрыл лицо руками. Ниила была права, повстанцы забыли, за что сражаются.

Ричард V

Войска армии короля Ричарда разбили лагерь близ столицы Риверклера. Собой войско представляло собой чуть меньше тысячи славных рыцарей и наемников, две сотни лучников, семьдесят оруженосцев. Их было мало, но на их стороне был момент неожиданности.

Ричард и Фениса лежали под тонкими одеялами в шатре, предназначенном только для них. Руки короля блуждали по телу герцогини, когда та задумчиво глядела на него. Он любил Азуру, но ее не было рядом. И даже тогда, когда она была в метре от него, казалось, будто между ними вся Большая земля. А герцогиня... Она была так близко, была доступна, и была невероятно красива и желанна.

- А если я когда-нибудь скажу, что понесу Вашего ребенка? - вдруг спросила она.

- Я не люблю заглядывать в будущее, - ответил мужчина. Это не было правдой, но на такой вопрос не следовала отвечать быстро. А герцогиня Рейвенскорн требовала именно такого ответа - быстрого и решительного.

- Ну, а все же, Ричард? - настаивала она. Женщина дотронулась до золотых кудрей короля, лукаво улыбнулась. - Что станет с тем ребенком?

Ричард вздохнул.

- Полагаю, мне бы пришлось его принять, - ответил он.

- Вы говорите так, будто не будете рады этому.

- Я потерял двух детей за последние недели, - тон короля переменился.

Женщина кивнула.

- Что Вы думаете делать после присоединения Риверклера к своим землям? - не переставала спрашивать женщина. В глубине сердца Ричард думал, как же утомляют ее постоянные вопросы. Но ему нужно было играть податливого мальчишку.

Зачем он взял ее с собой, если мог, как пленницу оставить в Хаалмате? «Держи врага еще ближе» - такого принципа он решил придерживаться. И если он не знал, что герцогиня будет делать в момент его отсутствия, то тут она была рядом, была на виду.

- Вернусь в Хаалмат, - кротко бросил король. - Если вы намекаете на захват Саммердора, то моей армии просто не хватит на завоевание еще и королевства вечного лета.

- У Вас будут и войска Риверклера.

- В Хитфилде гражданская война, так же, прошу заметить, есть вероятность нападения Дуаласского Доминиона, - Ричард поднялся с кровати, натянул на себя штаны, рубаху, накинул дуплет. - Прежде чем завоевывать Саммердор, мне нужно решить свои проблемы. И смею предположить, что жители Риверклера не будут рады новому правителю. Если поднимется бунт и тут, то о захвате Саммердора стоит на время забыть.

Женщина не ответила.

Ричард двинулся к выходу из шатра и остановился только на пороге. Он не спеша повернул голову, поглядел на Фенису.

- К ночи герцогство будет нашим, - произнес он.

Но король не имел в виду себя и Фенису. Он думал только о себе и своих людях.

Хоть их было не много, они показали достойный бой силам противника. Отбросили отряды, состоявшие почти из одних гномов, прорвали их строй и вынудили бежать в отступление. Когда новая волна юных солдат двинулась в сторону захватчика, король подал сигнал лучникам. В тот же момент люди Ричарда отступили, подавая клерам ложную надежду на скорую победу. Поле сражения накрыл смертоносный огонь лучников, с убийственной точностью бивших по врагу.

- Этот бой будет достоин песни, Ваше величество, - улыбнулся один из рыцарей-баннарет, восседающий на своем вольфе.

Ричард не ответил ему. Королю не нужна была песня, ему нужно было герцогство.

Войска герцогства все наступали и наступали, и Ричарду показалось, что их победа не стоит на расстоянии вытянутой руки. Что она такая же облачная мысль, как и возможность еще раз увидеть Хэммингса живым. Но когда люди короля двинулись в бой, когда сам  Ричард, гордо восседая на своем вольфе, срубал каждого, кто приближался на расстояние удара меча, то он почувствовал вкус победы.

Клеры - окруженные, разбитые, расстреливаемые со всех сторон - сражались отважно. Чего нельзя было сказать о многих рыцарях королевской гвардии. Ричард даже удивился, и невольно восхитился, мужественностью нелюдей и редкого количества людей в войсках герцогства.

При всей мощи сил короля Ричарда, единственной мотивацией для них было одобрение короля, им не хватало простой убежденности. А воины противника, которые не боялись смотреть в лицо смерти, которые отчаянно бежали с топорами и секирами на врага и тут же падали от одного точного удара мечом, сражались за безопасность своей родины.