Рассказы Чумы (СИ) - Мирах Адам - Страница 60

- О чем это ты? - я никак не возьму в толк, с чего вдруг напарник изъясняется загадками.

- Твои чувства. Ты боишься их. Не нужно... - Он наклоняется ко мне так близко, что кровь бросается в голову, а щеки загораются огнем.

Брань обвивает мою талию правой рукой, и я инстинктивно льну к нему, прикрывая глаза. Ресницы почти закрываются в ожидании поцелуя, как вдруг мозг ловит короткую вспышку.

Что-то сверкает слева, ослепительным белым инеем, острое и смертоносно холодное.

Я выхватываю кинжал и с ужасом вонзаю его в грудь стоящего передо мной, одновременно уходя вправо под локоть. Знакомый до боли облик расплывается в белесом тумане.

Меня лихорадочно трясет при попытке сесть на пол.

Недалеко под тканью лежит безмолвное тело. Конечно же, вот он, идиотка, даже не догадалась посмотреть в ту сторону. Я облегченно дотрагиваюсь до настоящего Брани и нервно смеюсь.

Велиал... Неужто треклятый демон знал, что всадник будет одним из моих страхов? Или просто оставил...

Ну да, просто, наш бывший проводник ничего просто так не делает.

Погруженная в свои мысли, не замечаю, как рядом появляется женщина.

Молодая, с длинными черными локонами, серыми стальными глазами.

Очень привлекательная.

И очень знакомая.

Где-то я ее уже видела точно. Где?

Светлое, легкое одеяние, переброшенное через плечо. В руках - небольшой меч.

Но не оружие в женских руках изумляет меня, а узнаваемый зеленоватый отлив. Из такого же сплава создан акинак Брани. И был создан серп Мора.

- Предали, - хрупкая женщина поднимает глаза. - Кто-то все знал, и нас предали. И ты ушла... А ведь могла спасти семью.

Боги, что за день сегодня!

- Оставила всех, - она продолжает бесцветно, словно голос ее тонок и сух, как выцветшая веточка, и так же легко ломается. - Ради него оставила всех. Твое место было рядом с нами.

Я все так же гадаю, где могла видеть ее, когда женщина поднимает свой меч и бросается вперед.

Я падаю и откатываюсь к лежащему всаднику, выдергивая из его ладони акинак. Мечи скрещиваются с легким звоном.

Выпад. С трудом отражаю финт нападающей. Она дерется так, словно родилась с мечом в обнимку.

Укол снизу, пытаюсь встречно отбросить назад. Женщина зажимает акинак под мышкой, выдергивая его на себя, и бьет острием сверху.

Черт побери!

Я резко падаю, и пролетаю у нее между ног, на миг ослабив хватку на рукояти искрящегося красными всполохами оружия. Меч, разумеется, перевешивает, и угрожающе накреняется вперед. Противница запоздало выпускает его и поворачивается ко мне, пытаясь схватить за волосы.

Сразу бью локтем ей в лицо. Пружинит твердая плоть, ничего похожего на иллюзию.

Не ожидая такого коварства, женщина отлетает на пол.

Воспользовавшись передышкой, хватаю меч и тут же выбиваю другой - из рук соперницы. На память приходит соприкосновение с лицом нападавшей.

Она живая? Не сотканная из призраков и тумана?

Упираюсь острым концом лезвия ей в грудь. Лежащая всхлипывает и тихо что-то бормочет.

«Убей», - шепчет голос в моей голове.

Наклоняюсь, пронзая белую кожу и слои мышц, один за другим. Слышится отвратительный хруст. Меч упруго входит в бьющееся и невесомое сердце, останавливая его ход.

Мой слух улавливает последние слова умирающей.

- Ты не узнала меня...

И облегченный тихий вздох.

В оцепенении замечаю, как тонкая струйка крови ползет в обратном направлении - от резаной раны к сердцевидному перекрестию, и как зелень металла впитывает в себя красную жидкость, словно меч донельзя измучен жаждой.

Глава 45. Противостояние

Я тупо, помимо воли, смотрю на кровь, где-то на уровне подсознания отмечая её непокорность физическим законам. Трогаю острие меча пальцем, чувствуя, что сейчас порежусь о заточенное лезвие.

Точно - порезалась.

Моя алая течет навстречу темной, вишневого цвета. Смешиваются воедино и вливаются в перекрестие.

Медленно перевожу взгляд на женщину. На груди бордовая лужа. Жидкость пропитала насквозь светлую одежду странного фасона - будто из древних веков - и та мерзко прилипла к телу. Черные волосы, словно вороньи перья, разметались вокруг бледного лица.

Почему она не исчезает, как предыдущие? Неужели и впрямь настоящая? Как тогда тут очутилась? Зачем?

Слишком много вопросов. Больно пульсирует висок, совсем как у какой-нибудь обычной смертной.

Ну его. Снова, как завороженная, разглядываю клинок. Наваждение. Не могу оторвать взгляда, как не пытаюсь. Смешавшаяся жидкость расцветает зловещим пятном-цветком.

Внезапно боковым зрением замечаю перемены в лежащей, и тут же меня «отпускает» от меча.

Прямые волосы свились и посветлели. Лицо, казавшееся слегка знакомым, теперь очень узнаваемо. Тонкий нос, четко очерченные скулы, высокий лоб. Глаза прикрыты, но я уверена, что они болотного цвета. Темные ресницы веером легли на белую кожу.