В ритме сердца - Хуршилова Мадина - Страница 9

- Ради нас Один не пожалеет даже своих волков, - усмехнулся Корис.

Мы бежали, выбиваясь из сил, но разве кто-нибудь может состязаться с волками Одина?

Внезапно лес кончился. Впереди была узкая полоса травы, а дальше ничего. Обрыв, пропасть...

- Я задержу их, - бросил мне Корис и, обнажив меч, развернулся лицом к лесу.

Два чудовищных волка выскочили из-за деревьев и с воем бросились к нему.

Внезапно с неба раздался цокот копыт. Над пропастью повисла яркая радуга, и по ней, как по мосту, скакал светловолосый всадник на белом коне. На груди всадника висел серебряный рог.

- Хеймдалль! - крикнула я, умоляюще простирая к нему руки. - Хеймдалль, ты всегда был добр к людям, я знаю. Прошу тебя, спаси Кориса. Ведь он ни в чем не виноват!

Хеймдалль остановился у края радуги и, спешившись, ступил на траву. Его голубые глаза встретились с моими. Я увидела, как сверкнули в улыбке его ровные зубы - такие же золотые, как и волосы. А потом все померкло. Я слишком поздно вспомнила, что взгляд Хеймдалля имеет магическую силу.

На холме перед Валгаллой сидели трое: седобородый Один в небесноголубом плаще, могучий Тор и Фрейр, рядом с которым устроился его золотой вепрь Слидругтанни. У подножия холма расположились остальные боги, а также некоторые великаны, гномы и неизвестно кто еще. А перед ними стояли мы.

- Этот человек, - грозно сказал Один, указывая на закованного в цепи Кориса, - осмелился нарушить клятву, данную Фригг. Он убил Бальдра и достоин самого сурового наказания.

Толпа зашумела.

- Женщина может уйти, - продолжал Один. - Она не нарушала клятвы.

Я упала на колени.

- Великий Один! Я не осмеливаюсь возражать против решения бога, но прошу тебя лишь об одном - дай мне возможность разделить все, что выпадет на долю моего мужа. Умоляю тебя.

- Безумная! Ты не знаешь, что его ждет.

- Что бы там ни было, я хочу всегда быть рядом с ним, - сказала я и разрыдалась.

Один замолчал. Тор что-то тихо сказал ему, но он лишь покачал головой. Потом к нему подошел Локи и тоже что-то сказал. Один снова молча покачал головой.

- Я принял решение, - изрек он наконец и поднялся на ноги. - Что ж, пусть будет так, как ты хочешь. Корис не умрет. Вы всегда будете вместе. Но, боюсь, скоро ты пожалеешь, что просила об этом. Только будет поздно.

- Я сделала свой выбор, - твердо сказала я.

Один вытянул руку в сторону Кориса, и того окутала серебристоголубая дымка. Казалось, чья-то ледяная рука сдавила мне сердце. Дымка рассеялась. Перед нами стояли два совершенно одинаковых человека, только один из них был в черно-красном, а другой в бело-красном.

- Нарекаю вас Инкорис и Деймкорис - Воин Света и Воин Тьмы, - медленно проговорил Один, глядя на них. - Отныне вы забудете все, что с вами было прежде, но всегда будете любить Морег и ненавидеть друг друга. Да будет так.

_________

Все сбылось. Шли годы, тысячелетия, но почти в каждом своем воплощении Инкорис и Деймкорис неизменно враждовали друг с другом и любили одну женщину - Морег. Где бы они ни оказались, какая-то таинственная сила вновь и вновь сталкивала этих троих, обреченных на вечную муку. Ни врозь, ни вместе - такова их судьба.

* * *

... - Ничего страшного не случилось. Она просто вспоминала.

- От просто воспоминаний не ревут в три ручья! Она же бледная как смерть... Занимаетесь всякой дрянью...

Голоса доносились, как сквозь вату.

- Если вы перестанете мне мешать, я выведу ее из транса.

Все стихло.

Я с трудом открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Лешу.

Длинные белые пряди свешивались ему на лоб.

- Успокойся, - тихо сказал он. - Все в прошлом.

Я все еще сидела на стуле, но моя голова была откинута назад. Меня трясло, как в лихорадке.

- Где у вас валерьянка? - спросил Леша.

- Там, в тумбочке, - выдавила я.

Еще минуту назад я была Морег. Возвращение в настоящее оказалось медленным и болезненным. Леша осторожно сжал мои ледяные пальцы. Мне показалось, что через это прикосновение он передал часть своего спокойствия. Я взяла протянутый кем-то стакан и проглотила таблетку.

- Все пройдет, - сказал Леша. - Первый раз всегда так, потом будет легче. Наблюдателям проще - они на все смотрят со стороны и могут оставаться равнодушными.

- Что с тобой было? - спросил Влад.

- Ты вправду вспомнила? - не выдержал Зверь.

Оба брата глядели на меня с неподдельной тревогой. Инкорис, Деймкорис... Я закрыла лицо руками.

- Я не могу... - К горлу подкатил комок. - Оставьте меня сейчас...

- Алене надо прийти в себя, - сказал Леша. - Поверьте мне, я знаю, что такое воспоминания в ритме сердца.

Это было сказано с такой спокойной убежденностью, что, вопреки своему обыкновению, братья не стали возражать и ушли. Через некоторое время ушел и Леша.

Ромка позвонил и сказал, что, наверное, немного задержится. А сразу же после него позвонил Юра.

- Я так и. думал, что у тебя получится, - сказал он, когда я вкратце пересказала ему увиденное мной - все, вплоть до того момента, когда Один разделил Кориса на двух человек.

- А знаешь, что с вами было дальше? - вдруг спросил Юра и поведал мне то, что я записала в своем дневнике в виде эпилога к своим воспоминаниям. Поэтому нет смысла снова приводить его слова.

- Но откуда ты знаешь? - удивилась я.

- Работа такая, - уклонился он от ответа. - Знаешь ли, Наблюдателю положено наблюдать.

- Значит, мы трое встречались в каждом воплощении?

- Почти. А когда по какой-то случайности вы жили в разное время, примерно та же ситуация - то есть треугольник - воссоздавалась для каждого из вас по отдельности. Но это было очень редко.

- Что же нам теперь делать? - беспомощно спросила я.

- Помилуй, я всего лишь Наблюдатель, а не господь бог. Я не знаю.

Мы помолчали. Потом он произнес:

- Научиться вспоминать не так уж сложно. Научиться жить с этим гораздо трудней.

30 ИЮНЯ

Я люблю гостей, мне нравятся шумные компании, но иногда гости появляются некстати. Как, например, в этот раз.

- Хеллоу,- приветствовал меня Саша, когда я открыла дверь. Он обожает косить под американца.

- Привет.

- Где Зверь? - настороженно спросил он.

- У меня в кармане, - сообщила я, похлопав по карману на шортах.