Цветы и сталь (СИ) - Никонов Петр - Страница 4

- В мире?! - взвилась Миэльори - Это ты называешь миром? Вы хотели, чтобы мы были вашими рабами! Чтобы мы работали на вас! Нас согнали в резервацию и заставляли работать за гроши с рассвета до рассвета!

- Никто вас не заставлял. Но ничто не дается легко. Даже на плодородных землях юга всем необходимо было много работать, чтобы выжить и чтобы иметь свой кусок хлеба. Чего вы хотели? Чтобы вам отдали пол-империи за ваши красивые грустные глаза? Земля ведь и до вас кому-то уже принадлежала. Вам дали не резервации. Император отдал вам свои собственные земли, чтобы вы их обрабатывали. А вы устроили восстание и вырезали два больших города, прежде чем все смогли поверить в такое коварство. Захватили почти четыре герцогства, жестоко уничтожая людей. Естественно, после этого для восставших не стало места в Империи. Хорошо хоть, что не все из вас поддались этой истерии, многие остались жить с людьми в дружбе.

- Это наши земли! - перешла на крик альвийка - Вся так называемая Империя была нашей до вашего прихода! Вы пришли сюда и начали нас выгонять из родных мест! Вы обманывали нас, притворялись друзьями! Вы, северяне, южане, какая разница - вы первые начали нас истреблять! Сколько альвов вы убили? Сколько моих родичей вы убили? Сколько моих друзей ты у...

«За Империю!!!» - раздался дружный громкий крик хором справа от Гленарда.

«За Империю!», «За Империю!!!» - так же дружно отозвались слева.

Альвийка в панике обернулась. Остальные альвы смотрели то вправо, то влево, не понимая, что происходит. Над крышами домов поднимался дым. Воздух наполнился криками и бряцаньем оружия. Гленард рванулся вперед, выхватывая меч из ножен. Его отряд последовал за ним.

Гленард бежал к альвийке, но на его пути встал Аллаарт, отбросивший лук и доставший саблю. Гленард не стал отбивать направленный на него удар, только слегка отскочил, пропуская саблю мимо себя. Прежде, чем Аллаарт успел развернуть клинок для нового удара, меч Гленарда насквозь пробил горло альва, и тот выронил саблю из руки, с хрипом повалившись на дорогу, рядом с телом убитой крестьянки.

Не лучше обстояли дела и у остальных альвов. Один из них успел выпустить стрелу, вошедшую глубоко в глаз одного из солдат, но тут же пал под ударом меча другого солдата, даже не успев вытащить саблю. Еще один пытался отбиться от трех солдат, но силы были явно не равны, и альв через несколько мгновений уже истекал кровью у стены одного из домов.

Миэльори и последний альв бросились бежать по улице. Гленард и солдаты помчались за ними. Альвы бежали явно быстрее людей, которым мешали доспехи и мечи. Возможно, альвам и удалось бы вымотать преследователей и скрыться, но тут им наперерез с двух сторон рванулись разведчики, которых Гленард ранее послал освобождать крестьян и устраивать имитацию нападения армии.

Альвийка попыталась на бегу прорваться через новое препятствие. У нее на пути встал могучий Вацек с мечом в правой руке и длинным кинжалом в левой. Миэльори, не останавливаясь, увернулась от удара меча, и ее сабля, как молния, ударила по предплечью левой руки Вацека, отделяя кисть с зажатым в ней кинжалом от тела воина. Вацек замешкался, уставившись на обрубок руки, из которого хлестала кровь, и тут же сабля альвийки рассекла легкий кожаный доспех на груди разведчика. Разведчик упал, а Миэльори ринулась бежать дальше вперед. Последний альв оказался окруженным десятком разъяренных врагов и, поняв бесперспективность сопротивления, выронил саблю, упал на колени и заплакал. Гленард на бегу приказал взять подонка живым.

Миэльори, тем временем, выбежала из деревни и резко свернула влево, карабкаясь в гору. Гленард бежал за ней, стараясь не отстать. За Гленардом бежали Латий и Гренгхор - остальные остались в деревне освобождать крестьян и убирать трупы.

Альвийка внезапно обернулась и взмахнула рукой. Что-то серебристое мелькнуло рядом с лицом Гленарда, и Гренгхор, бежавший за ним, упал с тонким альвийским кинжалом в горле. Гленард зарычал, изо всех сил прыгнул вперед, падая на землю, и схватился рукой правый сапог Миэльори. От неожиданности она потеряла равновесие и упала лицом на камни вниз. Этого хватило Гленарду, чтобы приблизиться к ней. Альвийка встала на четвереньки, пытаясь подняться, но Гленард изо всей силы пнул ее сапогом в плечо.

Миэльори от удара покатилась и упала на спину. Серебряная диадема слетела с ее головы, ее волосы и белое платье были покрыты пылью и кровью. Из разбитых при падении лицом на камни носа и губ текла кровь, заливая подбородок и шею. Гленард приставил было меч к ее горлу, но альвийка, не выпуская сабли, извернулась, перекатилась, вскочила на ноги и бросилась на Гленарда. Неожиданно перед Гленардом появился Латий, заслоняя командира и пытаясь парировать удар альвийской воительницы, однако клинок ее сабли мгновенно изменил направление движения. Сама альвийка сделала шаг в сторону, уходя из-под удара меча. А голова Латия отлетела в сторону от тела, которое, простояв еще несколько мгновений и обдавая Гленарда и Миэльори горячей фонтанирующей кровью, упало и тяжело покатилось к подножью горы.

***

Гленард и Миэльори, оба залитые своей и чужой кровью, стояли на склоне, тяжело дыша, и пристально смотря друг другу в глаза. Миэльори вскрикнула, бросилась вперед, занося саблю для удара, но Гленард успел отскочить назад. Меч с лязгом сшибся с легкой саблей, изменяя направление ее движения, но кончик сабли всё-таки смог достать правое бедро Гленарда, оставив на нем тонкую кровавую отметину почти от живота до колена. Гленард перешел в контрнаступление. Тяжелые удары меча заставляли альвийку несколько раз отступать. Но вдруг она развернулась, мгновенно сократила расстояние до Гленарда и направила колющий удар сабли в сердце Гленарда. Острие древнего оружия легко пронзило металл и кожу доспеха Гленарда, как будто их и не было, и глубоко погрузилось в тело сержанта. Гленард почувствовал, что теряет сознание. На грани бесчувствия он перехватил рукоять меча и со всей силы, как копьем, ткнул мечом альвийку. Меч Гленарда с хрустом костей вошел в грудь Миэльори и вышел из ее спины. Глаза альвийки расширились от удивления, потом ее зрачки сузились от невыносимой боли, и она с криком оттолкнула Гленарда от себя, вытаскивая саблю из его тела. Прежде чем упасть на землю, Миэльори ударила Гленарда ногой в живот, и он упал без сознания и покатился вниз по склону, безвольно ударяясь о камни.

Глава III.

Три недели спустя Гленард наконец-то смог, держась одной рукой за стену, выйти из лазарета во двор форта и осторожно вдохнуть свежий воздух ранней весны. Грудь всё ещё весьма ощутимо болела при глубоких вздохах.

Воздух стал заметно теплее. Среди зеленого травяного поля, простирающегося на юг от стены форта, начали появляться редкие пока долгожданные цветы. В воздухе ощущалось какое-то весеннее ожидание обновления.

- Сержант? - раздался осторожный голос за спиной. Гленард осторожно обернулся, резкие движения отдавались болью в груди. Рядом с ним стоял Мишко, служивший ординарцем лейтенанта Славия.

- Да, Мишко?

- Лейтенант просил вас зайти к нему, когда вы сможете выходить наружу. Если вам не сложно, конечно.

- Конечно, я зайду к нему прямо сейчас.

- Вам помочь? - предложил Мишко.

- Спасибо, не надо, я сам.

***

Гленард отворил хлипкую деревянную дверь в комнату Славия. Ставни на окне были полностью открыты, и яркий солнечный свет врывался в комнату через проем окна вместе с теплым весенним ветерком. Обстановка в небольшом помещении была весьма аскетичная. Простая деревянная кровать с матрасом, набитым соломой, большой сундук для одежды, две стойки для мечей и доспехов, использующиеся в данный момент по прямому назначению. У северной стены, как положено, располагался небольшой алтарь Двух Богов с пентаклем в центре него и с двумя незажженными свечами: красной, для Бога, справа и зеленой, для Богини, слева. В центре комнаты стояли четыре простых невысоких деревянных табурета, и грубо сколоченный стол, за которым сидел Славий.