У истоков боли (СИ) - Заднепровская Екатерина - Страница 16

- Прости дитя, но жениться по-настоящему нам пока рано. Ты слишком мала, а я гожусь тебе в отцы, - Праведник неловко улыбнулся. Словно ошпаренная, девочка от него отшатнулась.

- Но ты ведь сказал, что согласен взять меня в жёны! Ты обманул!

- Я думал, это просто игра, - на лице мужчины отобразилось лёгкое смятение. Он видел, как девочка побледнела.

- Ты обманул меня! – повторилась она, - Предатель!

- Дарэтта…

Девочка замахнулась, кинув в мужчину деревянного рыцаря, а в следующий момент уже стремительно бежала по дорожке ко дворцу. Слезы застилали ей глаза. Она чувствовала себя так, словно бы её выкинул родной человек, словно бы никому в мире она больше не нужна. Пред мысленным взором всплывало лицо улыбающейся Феларии. Эта улыбка казалась девочке зловещей усмешкой. Эта женщина всегда появлялась не вовремя. Это из-за неё, Праведник предал её. Дарэтта всё больше её ненавидела, на столько, на сколько в принципе мог ненавидеть ребёнок. «Чтобы она сдохла!» - подумалось ей. Она впопыхах вбегала по лестнице, чувствуя, что теперь она одна, что никто не заслуживает её прощения.

- Дарэтта! – Праведник крикнул ей вслед, но она не услышала. Он уже собрался броситься следом, когда женская рука заботливо легла на его плечо.

- Не нужно. Пусть выплеснет эмоции. Детям свойственна сентиментальность.

- Я обидел её, - не скрывая вины, признал Праведник. Он наклонился, чтобы поднять деревянного рыцаря и тяжко вздохнул.

- Ты не мог знать, что так случится. Детское сознание отчается от нашего. Они много фантазируют…это просто нужно принять.

- Она винит меня…назвала предателем…

- Она сказала это, не подумав. Не принимай близко к сердцу. Зайдёшь к ней вечером и убедишься, что она уже и забыла про свою обиду.

Забежав в комнату, девочка запрыгнула на кровать и обхватила руками подушку. Беспорядочно раскинувшись, она тихо заплакала.

Глава 19

664 год шестой эпохи Альд

Вечером они забрели в кабак, где над входом висела вывеска «Затонувшая шлюпка». Заказали добрую порцию тушенного мяса с овощами и три кружки сидра. В округе царила духота. Где-то в отдаленной части сидел бард, время от времени бренча на старой лютне. Он не входил в число трезвых людей этого заведения, часто икал и смеялся над собственными колкостями. Хозяин кабака разливал напитки и подавал еду. Он был староват. В грубом мрачном освещении сложно было разглядеть проступившую в его волосах проседь, однако морщины и искажённые тени глубоко залегли на его лице. Где-то в стороне шумно хохотала компания мужчин.

Эльвир лениво ковырял вилкой овощи, иногда отправляя их в рот, а иногда смотря на них крайне мученически. Аэдан в основном потягивал сидр. Айвен ела довольно активно, не обращая внимания на царящую суматоху. По правую сторону от девушки присел какой-то незнакомый пьянчужка. От него воняло куриным помётом и элем. Девушка поморщилась, и наконец, дала себе возможность заметить что-то помимо собственной тарелки.

- Кружку эля, фратрэм*, - обратился он к владельцу, а затем покосился в сторону Айвен.

- Какой прекрасный цветок. Что делаешь ты в таком месте, мэхгэм*?

Отводя взгляд в сторону, девушка проигнорировала вопрос. Приняв это за смущение, незнакомец достаточно нелепо улыбнулся.

- Я не любопытный, можешь не говорить. - Владелец налил ему эля, и поставил кружку на стойку. Мужчина благодарно кивнул и, получив желаемое, сделал два жадных глотка, словно пил воду.

- Хорошо здесь, правда? – вновь обратился он к Айвен, всем своим видом выражая желание поговорить с ней.

- Понятие хорошего всегда относительно, - заметила девушка.

- Твоя правда, мэхгэм. Ты вообще откуда будешь? Я тебя здесь ранее не видел…

- Не говори с ним, - обратился к девушке Эльвир, искоса поглядывая на пьяного незнакомца. Айвен пропустила просьбу мимо ушей.

- Это не важно, - ответила она, не собираясь разъяснить что-либо.

- Ааа… секреты, - мужчина усмехнулся, вновь приложившись к элю. Пил он столь неаккуратно, что струйки алкоголя стали стекать по его тёмной щетине.

Где-то позади сидевших послышался шум: упал деревянный стул. Айвен обернулась, и увидела, что в дальнем уголке кабака начинается потасовка. Двое перебравших мужчин решили поспорить, и видимо, спор начал выходить за рамки дозволенного.

- Сейчас будет драка, - самодовольно констатировал пьянчужка, - тут каждый вечер такое бывает. Очень забавное зрелище.

- Что же забавного? – удивилась Айвен, взирая на дерущихся в стороне людей. Один из них пошатывающейся походкой подошёл ко второму, и толкнул того в грудь, за что получил удар в челюсть, отшатнулся, и вновь агрессивно напал. Оба повалились на небольшой столик. Послышался треск и чей-то возмущенный гул. Дерущиеся свалились на пол и, выкрикивая ругательства, стали перекатываться, пытаясь взять верх. Они хватали друг друга за волосы, нелепо пинали и рычали, словно были зверьми.

- Это невыносимо… - раздраженно проговорил хозяин кабака. Пьянчужка хохотнул, допивая свой эль.

- Бейл! – закричал мужчина, а спустя пару секунд молчания вновь, - Бейл!

Дверь позади него распахнулась. Оттуда повалил пар и запах жареного мяса. На пороге появилась женщина, причём «женщина» выражала собой нечто определенно далёкое от этого понятия. За женщину её выдавали только длинные чёрные волосы и вульгарная одежда, в коей она ходила. Она была неимоверно высокой: под два метра, широкие плечи во многом напоминали мужские. Суровые черты лица тоже не делали из неё красавицу: квадратный подбородок, широкий лоб, твердо очерченный рот, кустистые брови. Она осмотрела кабак и, заприметив драку, неприятно скрипнула зубами. Швырнув хозяину полотенце, залитое жиром, которое прежде она держала в руках, женщина быстро миновала стойку, направляясь в самый эпицентр потасовки.

- Вот…сейчас будет, - с предвкушением произнёс пьяница, сидевший по соседству с Айвен. Девушка округлила глаза, когда увидела ту, кого хозяин называл Бейл. Эльвир с Аэданом так же застыли, наблюдая за дракой и высокой женщиной, направляющейся в её эпицентр.

Бейл быстро достигла цели. Бесцеремонно прорвавшись сквозь толпу зевак, она приблизилась к двум дерущими, но озлобленный взгляд её не привлёк внимания пьяниц.

- Эй, вы! – разнёсся по кабаку грубый басовый голос, но дерущиеся пьянчуги её по-прежнему игнорировали. Они продолжали бороться друг с другом, бранно ругаться и привлекать к себе внимание. В глазах Бейл вспыхнула ярость. Она наклонилась к дерущимся, пытаясь их разнять.

- Отстань, женщина! – крикнул один из них, не подавляя рвения к своему оппоненту.

- Я отстану… - саркастически заверила Бейл и, сжав кулак, зарядила хаму в нос. Послышался глухой треск. Тот неуклюже ударился о рухнувший столик, и протяжно застонал.

- Вот где сила… - протянул незнакомец, а троица магов с лёгким ужасом наблюдала за происходящим.

- Кто она такая? – спросила Айвен.

- Это Бейл… она…мэхгэм, - задумчиво пояснил мужчина.

- Что это значит? Обращение какое-то?

- Сестра. Он сказал, что она сестра. Диалект здесь такой, - пояснил Аэдан. Эльвир поморщился, и вновь взглянул на исполинскую женщину, что к тому времени успешно восстанавливала порядок в кабаке.

- Раз подраться решили пьянчуги,

По-мужски разрешить спор хотели,

Но завидев мадам, все в испуге

В мир болезненных грёз улетели, - иронично пропел бард, будучи свидетелем случившегося происшествия.

- Сочувствую им. Попасть под горячую руку Бейл довольно неприятно…- продолжал говорить мужчина, затем повернулся к хозяину таверны, - фратрэм, налей мне ещё кружку.

- Не многовато ли тебе будет?

- Обижаешь, - пьянчуга расплылся в улыбке. Исполинская женщина тем временем вернулась к стойке, смерила взглядом сидевших там, своего хозяина, и скрипнув зубами, заявила:

- Достали.

- Не переживай, мэхгэм. Тебе ли не знать, как это бывает?