Забудь кто ты. Город демонов (СИ) - . Катерина - Страница 347

На фотографии мы стоим в обнимку на фоне воды, а сделана она во время нашего похода в лес. У нас с ним много отличных фотографий, и сперва я хотела выбрать фото, сделанное после мотогонок на частной парковке, но на ней Дима в косухе очень сексуальный, поэтому я решила выбрать простую фотографию.

— Всё, — вскоре сказал он, и я его обняла.

— А у тебя есть ВКонтакте твоя настоящая страница? — спросила у Димы, поглаживая его руку.

— Есть страница с фамилией Романов, там все мои друзья и знакомые, но нет моих фотографий.

— Так добавь меня в друзья и тоже поставь нашу общую фотографию.

— Хорошо, только давай я сделаю это завтра, а то мне не охота тратить время на социальные сети.

— Ладно, — ответила ему я и поцеловала в плечо.

— Лида, о чём вы разговаривали с Зейном? — поглаживая меня по ноге, спросил Дмитрий.

— О наших с ним встречах, еде, книгах… О многом.

— А обо мне он ничего не говорил?

— Нет, молчал как рыба в воде, хотя я была уверена, что ему что-то известно.

— Всё-таки Зейн не такой, каким его видят многие…

— Он хороший, Дима! — перебила его я.

— А я и не считаю его плохим, — сказал он, а затем пересел на другую сторону и посмотрел мне в глаза. — Лида, я должен тебе кое в чём сознаться, и если ты меня ударишь, то будешь права.

Моё лицо тут же стало серьёзным, и я, ровно сев на ковре, произнесла:

— В чём дело, Дмитрий?

Он тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам.

— Во время потери контроля меня занесло в ночной клуб…

— Чёрт, Дима, ты что с кем-то переспал? — резко встав с ковра, громко спросила я.

— Нет-нет-нет! — поспешил успокоить меня он, встав с ковра следом за мной. — К моему великому счастью, нет!

— Целовался?

— Нет.

— Обнимался?

— Нет.

— Смеёшься, да?

— Нет… Чёрт! — он положил руку на лоб. — Я устроил там конкурс… — его прервал мой смех.

— Ну и что?

— Меня пытались соблазнить девушки и женщины, — сказал Дима, и я тут же изменилась в лице.

— Что?

— Лида…

— Подожди! — резко перебила его я, а затем отошла в сторону. — Они танцевали стриптиз?

— Не танцевали…

— Твою мать, скажи нормально, как всё было!

— Они… раздевались, садились ко мне на колени и ласкали руками до пояса, — быстро произнёс он, и я стремительно пошла в другую комнату, где спряталась за шторы и тюль и прислонилась лбом к окну.

— Лида…

— Стой, где стоишь, не подходи ко мне! — перебила его я, но Дима всё равно встал рядом со мной.

— Можешь меня ударить, но я от тебя никуда не уйду! — сказал мне Дмитрий, и я со злостью на него посмотрела.

— Ты специально в него пошёл?

— Нет, я шёл по улице, увидел клуб и зашёл в него. Мне было всё равно на то, что я делал. Жалеть об этом поступке я стал только, когда пришёл в себя, — честно сказал Дима.

— Ты сказал, что поцелуев…

— Я запретил себя целовать и лезть в штаны, сам же я только сидел.

— И… кто победил…

— Никто, у меня ни на кого не встал.

— В качестве приза ты предлагал себя? — спросила я, и он кивнул.

— Идиот! — отвернувшись, обозвала Диму.

— Согласен, — обняв меня сзади, сказал он.

— Уйди…

— Ни за что! — крепко меня держа, произнёс он.

— Дима…

— Нет! — целуя мою шею, перебил меня он.

— Даже во время потери контроля он у меня ни на кого не встал.

— У тебя верный половой орган, — прошептала я, чувствуя, что не смогу сопротивляться его ласкам.

— Да, он только на тебя встаёт, причём тебе для этого ничего не нужно делать, кроме как быть рядом, хотя…

— Хотя?

— Он встаёт и тогда, когда тебя нет рядом, к примеру, если я вспоминаю моменты нашей близости или смотрю твои фотографии. Есть парочка снимков, от которых мой «друг» сразу поднимается — неоднократно в этом убеждался.

— А что это за фотографии? — с интересом спросила у него я, склонив голову набок.

— Одна сделана во время утренней разминки, на ней ты в чёрных шортиках и майке. А на второй фотографии ты в красном платье и чёрных туфлях, — продолжая целовать мою шею, сказал Дима.

— Подожди, а откуда у тебя фотография со мной в красном платье? — удивлённо спросила я, с наслаждением поглаживая его руки.

— Миша сделал в то время, когда ты одна стояла у дерева. Для него это обычная фотография, но не для меня.

Я смущённо улыбнулась и спросила:

— Что в ней такого особенного?

Дима оторвался от моей шеи и приник к уху.

— Если бы я был с тобой у этого дерева, то завёл бы тебя за него, создал необходимые поля и…

— Ди-има, — простонав, перебила его я.

— Ты на фотографии… Ох, даже не знаю, как лучше выразиться. Красный — твой цвет! И малиновый тоже.

— А разве я надевала при тебе что-то малиновое? — смотря на высокие ели за окном, спросила у Димы.

— Нет, но я видел тебя в малиновом платье.

— Что? — обернувшись к нему, с изумлением спросила я. — Где? Когда?

— Скажу попозже, а сейчас я очень сильно тебя хочу! — произнёс он и быстро усадил меня на подоконник. — Но для начала… — он прислонился к моему лбу. — Лида, прости меня, пожалуйста, за этот чёртов клуб. Обещаю, такого больше не повторится!

Вздохнув, прошептала:

— Можно подумать, у меня есть выбор.

— Есть. Ты можешь сказать «нет»…

— Дима, ты вроде как чего-то очень сильно хотел, — перебила его я, и он, улыбнувшись, нежно поцеловал меня в щёчку, после чего прижал к окну и развёл мои ноги.

— Да, я хочу тебя! — произнёс Дима и прильнул к моим губам.

***

— Машина, диван, подоконник — это наш рекорд, — сказал Дима, когда мы уже как минимум минут десять лежали в гостиной после занятия любовью.

— Не считай, — произнесла я, а затем положила голову на его грудь и закрыла глаза. — Хотя можешь посчитать упущенные разы.

Он вздохнул и стал поглаживать меня по спине.

— Это сила притяжения, которой невозможно сопротивляться. Видимо, расставание оказало на нас влияние, — спустя некоторое время прошептала я, поглаживая его правую руку.

— Меня к тебе притягивало всегда, — сказал Дима, и я улыбнулась.

— А пока всё небо только в звёздах.

Не во сне причём, а на яву, — тихо пропела строки из песни Григория Лепса.

— Что скажу за жизнь свою я просто —

Я счастливый тем, что я живу, — подхватил он. — С тобой!

Я подняла на него голову, посмотрела в глаза, и меня тут же затянуло в невероятный мир, в котором куда не посмотри, одни зелёные растения. Боже, у Димы такие красивые глаза, прямо как настоящие изумруды, от которых сложно оторвать взгляд.

— Лида, — прошептал Дима, поглаживая меня по щеке. — В каком ты мире?

— Зелёном, — ответила я, не отрываясь от его глаз. — Дима, твои глаза — это зелёный рай! Я тону в них!

Он перевернул меня на спину и приник губами к уху.

— Уверен, что в этом раю много коричневого, — прошептал Дима. — Куда? — не отпуская меня, шёпотом спросил он, хотя прекрасно понимал, что я пытаюсь убрать от него своё ухо, потому что мне щекотно.- А-а, Лида! — воскликнул он и быстро сел.

— Извини… — виновато произнесла я, сев на диване следом за ним. — Я случайно.

Ничего не отвечая, он надел нижнее бельё и штаны, а потом посмотрел на моё виноватое лицо.

— Мне было щекотно…

— И поэтому моему «другу» пусть не сильно, но досталось, — перебил меня Дима, после чего надел на себя майку и взял мою руку. — Я не в обиде, родная, — подняв мою голову, сказал он. — И вот что я думаю, тебе стоит продолжить заниматься рукопашным боем.

— С тобой? — с надеждой спросила я, и Дмитрий слегка улыбнулся.

— Когда со мной, когда с Костей.

— А Костя согласится?

— Ну ещё бы, но тебе ещё о учёбе думать…

— Дим, я хочу уйти из университета.

— Никаких уходов! — встав с дивана, серьёзно сказал он.

— Дима…

— Нет! — настойчиво сказал он, смотря мне в глаза. — Отучишься ещё три с половиной года и получишь диплом.