Тёмная Академия. Могущество запретных книг (СИ) - Раевская Мирослава - Страница 48

    Любовь. К этому слову невозможно подобрать синонимы. Это самое глубокое чувство. Это пламя и вода. Страсть и нежность. Жизнь и смерть.

    Мы любим неосознанно, без причин. Мы горим страстью и утопаем в нежности, живём рядом с любимыми и умираем в разлуки с ними. Мы бессмертны рядом с объектом свой любви. Наша душа бессмертна. И каждый из нас готов на всё ради любви. Мы ходим по лезвию, когда испытываем самое драгоценное чувство.

    Любовь может убить. Стоить потерять любимого, с ним теряется и наша жизнь. Тогда сердце будет изнывать от невыносимой боли. Она будет разрывать в клочья весь внутренний мир, заставляя задыхаться, с каждым днём всё чаще и сильнее. Раны будут болеть и кровоточить при малейшем воспоминании о прошлом. О ней. И только новая любовь поможет выжить и выкарабкаться из-за грани.

    Любовь согревает изнутри, не даёт охладиться нашим душам и превратиться им в лёд. Она может свести с ума и вернуть рассудок. Превращает одного человека в целый мир, расширяет рамки возможного. Любовь может всё. И в этом её опасность и сила.

    Любовь – это то, что никогда не исчезнет. Она будет существовать вечно. Прошлое, настоящее и будущее всегда будет пропитанно именно ей, любовь будет жить в нас до самого конца. И сопротивление бесполезно…

Глава 18. Магический серебряный свет...

    — Это не моё, — заявила Риа, разглядывая книгу, которая поглотила меня. Это не любовный роман, нет. Это философские взгляды и размышления на тему любви. Она небольшая, всего в семьдесят страниц, но они несут в себе намного больше смысла, чем обычные книжки про истории любви. Я читала её всю ночь, из раза в раз и постоянно открывала для себя что-то новое.

    — Но она лежала на твоей кровати, — парировала я, выхватывая книгу из рук.

    — Ничего не знаю! — отмахнулась сонная подруга и застегнула последнюю пуговку на своём голубом платье. Вчера вечером адептам сообщили, что лекций сегодня не будет, причину не сказали, но разве это кого-то волновало? Конечно же нет!

    — Странно всё это, — пробормотала я и задумчиво положила книгу на забитый стол.

    — Мы сами странные. И поэтому нас окружает всё странное, — "пофилософствовала" подруга, осмотрела себя в зеркале и тягостно вздохнула. Я молчала. Суккуб кинула на меня печальный взгляд. Не реагирую. Новый вздох…

    — Ну говори уже!

    Соседка тут же оказалась на кровати, рядом со мной, жалостно на меня посмотрела, снова вздохнула и произнесла:

    — Вчера вечером я гуляла с Итаном, — я тут же скривилась: оборотень не вызывал приятных ассоциаций. — Мы ходили по городу, много разговаривали, смеялись. А когда вернулись в академию и стали прощаться, он вдруг обнял меня и поцеловал.

    О Тьма, какая мерзость! Он же… от него ведь шерстью даже в человеческом виде несёт! Бедная, как она не задохнулась!?

    — Нет, мне понравилось, но… — она взглянула на меня и запнулась. — Ты чего?

    — Меня сейчас стошнит, — честно призналась, чем вызвала ее понимающую улыбку.

    — Не преувеличивай, это физически невозможно, — хихикнула подруга. — Так вот, всё было нормально, вот только отношений я не хочу совершенно. Я не готова, как бы это банально не звучало. И… как сказать об этом, я не знаю. Не могу.

    — Давай я скажу, — благородно предложила свою помощь, бескорыстно, между прочим, но Эриа посмотрела на меня с каким-то потённым ужасом и воскликнула:

    — Не надо! Ты скажешь, а он потом будет весь поломанный в лечебнице лежать и проклинать нас каждое утро.

    — Вот сейчас преувеличиваешь уже ты,— я ведь не какое-то чудовище, и убивать никого не собираюсь!

    И вот, зря я начала вообще думать про убийства, ибо как-только в моей голове пронеслось это слово, на колени мне упало письмо от Тео. Он писал, что совершили новое убийство светлой, поэтому на работе завал, и встретиться мы не сможем. И я бы не сказала, что сильно расстроилась…

    — Сегодня свободный день, — оповестила я, заканчивая читать послание. — Может, съездим куда-нибудь, погуляем?

    — А может, к его величеству? — загорелась Риа. — Он же звал!

    — Можно, вот только, кто нас пропустит? На слово же не поверят.

    — Прорвёмся! — воинственно воскликнула подруга и подскочила, чтобы отправиться выбирать очередной наряд для появления в высшем свете. Я просто расхохоталась, потому что тяга Ри к дружбе с молодым императором поражала.

    Сегодня мы выбрали несколько иной стиль, и теперь из двух ярких и дерзких представительниц своих рас превратились в элегантных красавиц-кокеток. Честно говоря, было непривычно видеть себя в бордовом, аккуратном и дорогом платье, да ещё и с черным зонтиком в руках, так как, хоть и было довольно облачно, лучи солнца всё же пробивались сквозь нависшие над городом тучи. Всё же одеваюсь я обычно недорого и преимущественно в брюки, а про этот наряд забыла совершенно. Мне его подарили родители Ри на новый год, но я его никуда не надевала. Некуда.

    Народу снова было немного, все отсыпались, пока есть возможность, и те немногочисленные "жаворонки", бродившие по аллее, снова разглядывали нас с подругой во все глаза, некоторые даже пытались познакомиться. Рии в лавандовом платье такое внимание, несомненно, льстило, но мне это всё не приносило удовольствия. Я не стремлюсь быть в центре внимания, не люблю выделяться из толпы и вообще достаточно нелюдима. Шумной вечеринке в честь какого-нибудь сомнительного праздника с толпой народу я предпочту тихий вечер с книжечкой и бокальчиком третьей отрицательной в своей уютной коморочке в общежитии.

    А вот у самых ворот случилось неожиданное. Я была погружена в свои мысли, ничего не предвещало беды, как вдруг я услышала трагический и с какой-то примесью ужаса шёпот суккуба:

    — Бежим!

    И моя близкая подруга, которую я, казалось бы, знаю лучше всех, вцепилась в мою руку и на высоченных каблуках бросилась прочь с территории высшего учебного заведения! Лишь краем глаза я заметила шедшего недалеко Итана, но он тут же исчез из поля зрения, потому что Ри продолжала бежать и тащить меня за собой! И немедленно так бежать, скажу я!

    — Да стой же ты! — воскликнула я, бросив попытки вырваться, не сломав соседке руку. Ещё метров десять скоропостижного бега и мы наконец-то остановились. Потом ещё минут пять стояли и ждали, пока блондинка придет в себя и только после того, как она отдышалась, совсем неспеша двинулись в путь.

    — Ну и что это было? — возмущённо воскликнула я, когда каждая из нас полностью успокоилась.

    — А вдруг он бы подошёл! Поговорить! А я не готова, понимаешь? — выдвинула Эриа свой "великий" аргумент.

    — Тогда я бы поговорила! — парировала ей, но вновь услышала что-то вроде: "и потом мы бы поехали в лечебницу, а не к императору". В общем, я обиделась! Правда, понарошку, но разве это имело значение?