Синие лампы темного мира (СИ) - Нартова Татьяна - Страница 78

- Но, тем не менее, - развела руками голубоглазая. – К тому же, она не совсем человек. Может, так сказалась примесь кабетской крови?

- Это все отговорки! – выплюнул мужчина. – Пустые и никчемные. Лучше скажи, что ты собираешься делать дальше?

- Хороший стратег никогда не открывает своих планов, - улыбнулась златокудрая. – Но будь спокоен, насильно делать из девчонки гения я не буду. Когда ты предложишь ей стать тварью или всю оставшуюся жизнь прятаться от света, она примет решение сама, без моего вмешательства. Кстати, а что там с этим надоедливым кабетом?

- Для него у меня тоже припасен сюрприз, - оскалил ровные крупные зубы Пресекатель. – На этот раз я не дам ему так легко отделаться. Нет зрелища более потрясающего, чем медленно приходящее осознание в их глазах. Осознания того, что они натворили.

- Если мне не изменяет память, ты сам все устроил тогда. Или опять скажешь, что не причастен к появлению пожирателей? Что существовала Вероятность?

- Нет, не скажу. Но это Иё так молило, так просило… я просто не мог не удовлетворить его маленькую просьбу, - с самым честным видом ответил седовласый.

Женщина театрально закатила глаза. Потом легонько подкинула нагревшуюся в ее кулачке монету. Сияя медью в редких мертвых лучах искусственного солнца, та упала на протянутую ладонь Пресекателя. На выпавшей стороне уже не было повешенного. На ней вообще ничего не было. И аверс, и реверс монеты стали гладкими… как хорошо отполированное зеркало.

Мир теней

Виктор Кондратьевич поправил сползающие на кончик носа очки и взял в руки телефон. Некоторое время он просто смотрел на одинаковые кнопки, пытаясь вспомнить наставления сына; тот несколько раз показывал агроному, как звонить родне и набирать короткие текстовые сообщения. Нет, такая техника не для пожилого человека. Мысленно повторив про себя порядок действий, мужчина пододвинул к себе бумажку с номером местного отделения полиции. Его Виктор Кондратьевич переписал с черно-белого плаката рядом с почтой, когда в очередной раз пошел оформлять полугодовую подписку на журнал. Только бы понять, нужно набирать код города или нет?

Агроном задумался. Ткнул пальцем в первые цифры, потом нажал «отбой». Надо все как следует обдумать. Когда мужчина первый раз увидел объявление, то сначала ничего не понял. Вынул из мягкого чехла другие очки, с большим увеличением, тщательно протер их кусочком фланели, потом нагнулся поближе к стенду. За мутноватым стеклом стенда «Розыск» мелькнуло знакомое лицо.

Зигмунд. Немец или американец. Или, скорее ни тот, ни другой. Так называемый муж Киры смотрел на Виктора Кондратьевича с черно-белой фотографии, под которой стояло совсем другое имя.

«Роман Сергеевич Изотов, - по слогам прочитал агроном. Еще раз посмотрел на фотографию, но та не изменилась ни на йоту. – О местонахождении просим сообщать по телефонам 7 (476) 56 12 78…»

Только сейчас мужчина понял, что ему не понравилось тем утром. Страх в карих глазах Киры. И хоть говорили они с Яриком складно, но страх просачивался сквозь их слова, как кровь через плохо наложенные бинты.

Виктор Кондратьевич снова занес палец над пятеркой. И снова остановился. Эх, почему он не умеет пользоваться камерой в телефоне? Мог бы сфотографировать тот плакат. Или Зигмунда-Романа. Если бы знать наперед…

«А вдруг не он?» - сомнение сорняком начало прорастать в душе агронома. Виктор Кондратьевич часто путал актеров, например. Один раз даже случился с ним курьезный случай. В городе встретил знакомого, с которым учился в сельскохозяйственном институте. Догнал, хлопнул по плечу:

- Эй, Славка, чего своих не узнаешь? – воскликнул.

Бывший однокурсник повернулся, возмущенно уставился на Виктора Кондратьевича и стальным голосом отчеканил:

- Гражданин, вы ошиблись.

Тут только агроном понял свой промах. Да, прохожий был похож на Славку, но явно не он. Извинившись, Виктор Кондратьевич ретировался подальше, проклиная собственную поспешность.

Кто знает: вот вызовет он полицейских, скажет им, что знает, где прячется Изотов. Те приедут, потревожат Киру, никого не найдут, а агроному потом в глаза соседке стыдно смотреть будет. Перепутал, оболгал порядочного человека.

Виктор Кондратьевич отложил телефон и потер согнутым пальцем морщинистый лоб.

Нет, тут надо все хорошенько обдумать.

Зи-ку прикрыло за собой дверь сарая, сдернуло брезент с посадочной шлюпки. Оно часто приходило сюда, отдохнуть и собраться с мыслями. Зи было на Земле почти цикл, но люди не переставляли удивлять кабета. У них было много странностей, а к некоторым вещам оно, и вовсе, не могло привыкнуть, хоть и сталкивалось с ними каждый день.

Именно так, день. Постепенно кабет начал ориентироваться в местных системах отчета. Мерять килограммами, часами, делить сутки на отрезки вне зависимости от положения звезд и Солнца. Утром не обязательно светло, а вечер начинается не тогда, когда наступают сумерки. Сложно, непонятно и с точки зрения кабета, совершенно нелогично.

На вторую ночь после его знакомства с Кирой, они перетащили шлюпку в этот сарай. Пожалуй, то, как кабет и женщина пробирались через заросли, а потом с остановками волочили капсулу по улице, заслуживало отдельного рассказа. Почему нельзя просто телепортировать шлюпку, Зи тоже не поняло. Но на грозное Кирино: «Давай только без ваших кабетских фокусов!» - оно послушно опустило ее обратно на траву, вспомнив еще одно наставление мастера Слушающего.

Мудрый учитель Иё, его ученик был растерян и сбит с толку. Он сидел в тесном сарайчике и размышлял о том, насколько они все были самоуверенны. Тогда, в зале Собраний, на Заре, им казалось, вот он - идеальный план спасения Реальности от тварей. Что может быть проще: прилететь, убить горстку тварей, взять образцы человеческой ДНК и вернуться на корабль. Через пару вращений планеты у них было бы противоядие от болезни, спасение от пожирателей в виде аэрозоля из миллиардов микроорганизмов. Оставалось лишь распылить его над облаками и отправиться восвояси. Технологии зарийцев и знания кабетов смогли бы навсегда остановить живые тени. Но…

…Вместо этого они потерпели крушение. Зи помнило ужас в глазах близнеца. Корабль сильно тряхнуло, так что оно отлетело к стене и ударилось боком о переборку. Потом началась паника, зарийцы бегали из одной каюты в другую, создавая ненужную суету и совсем не помогая кабетам. На какое-то мгновение Зи растерялось, замерло посреди своей каюты. Мо уже садилось в шлюпку, когда по обшивке вновь ударило большим куском какого-то древнего человеческого сооружения. Еще чуть-чуть, и Зи-ку не успело бы. Осталось, как зарийцы на разваливающемся корабле, чтобы принять жуткую смерть от удушья и холода. Усилием воли Зи заставило себя двигаться, схватить из ящика ГМУ и побежать в сторону отсека со шлюпками.

- Нет, Зи, я не могу! – увидев, что именно настойчиво протягивает ему близнец, завопило Мо-ку. – Ты умней меня, ты должен взять его.

- Послушай, Мо, - стараясь не показать страха и отчаяния, охвативших его, строго возразило Зи-ку. – Мастер сказал, что именно ты должен взять с собой преобразователь. Найди подходящего человека и сделай все, чтобы внедрить наши гены. Люди должны прозреть, ку, и ты поможешь им в этом.

- А ты разве не будешь рядом? – запоздало спросило Мо, но дверь капсулы уже начала закрываться, отсекая все звуки.

- Господин, господин! – рядом с кабетом возник очередной ушастый. – Торопитесь, на нас надвигается еще один объект! Скорее, в шлюпку! Будет трясти, но это не страшно.

Зи в последний раз оглянулось на близнеца и полезло в узкую металлическую камеру. Оно впервые солгало Мо. Мастер Слушающий ничего не говорил Зи-ку, кроме известных обоим ученикам инструкций. Приземлиться… взять образцы… подняться обратно на корабль…