Врата Су'тут. Книга 1 (СИ) - Вал Ярослав Сергеевич - Страница 9

- А если научусь? - Живо отозвалась Хайнерни.

- Там и посмотрим.

Вместе они спустились по каменной лестнице со второго этажа, где располагался кабинет Ольгона, в холл. Там их встретил Эверстен.

- Обедать будем в лаборатории. - Сказал ему старик, не останавливаясь.

Лаборатория располагалась в подвальном помещении. Она представляла собой длинную комнату, больше похожую на коридор, вдоль стен которой, тянулись шкафы с различными ингредиентами. Часть из них были закрыты на большие замки, а у некоторых дверей не было вовсе. Эверстен зажег масляные лампы, одернул шторки на маленьких окошках под потолком и удалился. В дальнем конце лаборатории стоял во всю ее ширину стол. Рядом с ним небольшая металлическая печь, труба которой выходила в окошко. Ольгон направился к столу, а Хайнерни присела в кресло, стоявшее возле одного из шкафов, и закрыла глаза. Медитировать ей приходилось не в первой. После неудачи при поступлении в Академию, Ольгон решил сам научить внучку азам управления энергией. Учил он ее, основываясь исключительно на собственном опыте и ощущениях. Наверное, поэтому, дело вот уже два месяца не двигалось с мертвой точки. Но Ольгон не отчаивался. Терпения ему было не занимать. В отличие от Хайнерни.

- Теперь расслабься, представь, что твое тело превратилось в густой кисель. - Монотонно вещал старик, одновременно раскладывая на столе купленные внучкой цветки и травы. - Почувствуй свое единение с материей. Представь, что это кресло - часть тебя, а ты - часть него. Распыли свое сознание, забудь о себе, обо мне, обо всем.

Под эти вялые речи Хайнерни засыпала каждую вторую медитацию. Но сегодня, злость от того, что ей пришлось извозиться в грязи, толкала вперед ее стремление научиться концентрироваться. Она думала, что научившись этому, сможет изменить свою жизнь, что перестанет бегать и объявит войну всем Ангам, столь тщательно мешающих ей спокойно жить.

Тихо звякнул котелок, поставленный Ольгоном на печь, весело затрещали дрова, объятые ярким пламенем.

- Найди себя в пустоте, найди себя в вихрях энергии, ухватись за силовые нити и потяни на себя. Вбирай их силу, лови и используй. - Продолжал старик, острым ножом кроша стебли зеленой рани в котелок.

Он очень хотел, чтобы внучка научилась управлять энергией. В глубине души он даже радовался, что Хайнерни не удалось поступить в Академию. Там ее, конечно, научили бы куда лучше и быстрее, но тогда она бы прикоснулась к Темному источнику и... уже не смогла бы от него оторваться. Был и второй момент - деньги за обучение. Учеба в Академии стоила не дешево, не каждый мог позволить себе обучаться в ней. У семьи тар-Деада деньги были, но после смерти Ридвена поступления в семейную казну прекратились. Сейчас активно тратились те сбережения, которые Ольгону удалось накопить за время службы у Аланигеля.

Ольгон считал, что все джелийцы, использующие темную энергию, встают на путь деградации. Упоенные собственным могуществом они перестают пользоваться головой, творят простые и, надо сказать, действенные заклинания, накачивая их прорвой силы. Другое дело собирать энергию каплю за каплей, впитывать ее и совершенствовать свое искусство в управлении малыми потоками. За пять сотен лет существования Темного портала, джелийцы почти перестали использовать силу жизни - единственно возможную для их утонченных натур. Неудивительно, что с каждым поколением продолжительность жизни джелийцев все уменьшалась и уменьшалась. Темный источник брал свою плату за могущество.

Прошедшие обучение в Академии Тьмы, невольно отрекались от энергии Жизни, а со временем переставали замечать ее крохотные проявления в мощных эманациях смерти, разлитых вокруг. Все Нейтральные земли были просто пропитаны темной энергией - сказывалась близость источника. Выпускники Академии чувствовали себя здесь всемогущими, и только строгость законов и боязнь отправится во Врата, сдерживали особенно горячие головы.

Выпускники не хотели возвращаться в Джелу, потому что там было сосредоточение энергии жизни. Эти две противоположные силы всегда вступали в борьбу, оказавшись рядом. Темные заклинания теряли свою эффективность почти в два раза, а энергия, вступившая в схватку со своей полной противоположностью, начинала рассеиваться. Принимая во внимание тот факт, что подпитка стоила недешево, темные заклинатели старались обходить стороной места сосредоточения жизни.

К великому сожалению джелийцев, вступивших на путь тьмы, знания о ритуалах, позволявших пополнять энергию без помощи Темного портала, были безвозвратно утеряны во время Изгнания. Многие подозревали, что их скрывают намеренно, чтобы Нейтральные земли не потеряли столь существенную статью дохода. Если каждый сможет самостоятельно пополнить силы, Врата будут просто не нужны!

Несмотря на могущество, даруемого Темным источником, в Джеле еще оставались сторонники Жизни. Эти получали энергию по крохам от всего живого. От трав и цветов, деревьев, животных и даже разумных. Они могли лечить болезни, заживлять раны, ускорять рост растений. Сила копилась медленно, скрупулезно, ее всегда было мало, а потому формулы заклинаний разрабатывались с особым усердием. Все они были длинными, витиеватыми, сложными, но всегда максимально эффективными. Не даром Школа жизни считалась самой сложной на Тармате. Заклинатели этой школы не любили Нейтральные земли, по тем же причинам, по которым Леса Джелы не любили выпускники Академии тьмы.

С каждым десятилетием раскол, образовавшийся в джелийском обществе после освоения Темного портала, ощущался все сильнее. Люди разделились на темных и светлых. Историки все чаще начинали с тревогой говорить, что Таола, центр всемирного зла, от которой удалось избавиться столь высокой ценой, возрождается вновь. Ненависть постепенно пускала свои разрушительные ростки между двумя образовавшимися лагерями.

Ольгон принадлежал к одной из ветвей Школы целительства. Он изучал благословения. Заклинатели этой школы были востребованы всегда и везде. Но наибольшим спросом пользовались в Нейтральных землях.

Благословения считались среди прочих джелийцев инструментом весьма ущербным. Для одного благословения необходимо было собрать ингредиенты, подготовить их специальным способом (причем каждая составляющая подготавливалась по-своему), а затем, выложить в определенном порядке. Чаще всего в какую-нибудь фигуру. После этого читалось заклинание, в ходе которого, маг впитывал полученную из этой фигуры энергию. Вернее не саму энергию, а лишь ее оттенок. Ингредиенты после того, как лишились своей собственной энергии, рассыпались в прах, а заклинатель старательно запоминал полученный оттенок и в дальнейшем мог использовать его, накладывая на энергию жизни. Получалась своеобразная окраска силы, которая и определяла ее действие на организм человека. Все эти телодвижения были сложны для изучения, требовали хорошей памяти, множество вспомогательных материалов, а видимого эффекта иногда приходилось ждать месяцами.

Несмотря на сложность, это направление весьма ценилось в ходе военных кампаний. В отличие от простого целительства, благословения требовали небольших затрат энергии заклинателя. Они действовали постепенно, ускоряя регенерацию больного. Тяжело раненый солдат возвращался в строй не за день, как это было у целителей, а за несколько недель.

В силу своей непопулярности и сложности, данная ветвь Школы целительства не требовала обязательного обучения у Старейшины, имеющего официальный овъюр - разрешение на передачу знаний. Можно было осваивать его самостоятельно, но применять только с разрешения и в присутствии прошедшего обучение целителя или представителя власти.

- Ты опять спишь. - Строго заметил Ольгон, когда закончил вываривать зеленую рань.

Хайнерни ответила ему равномерным сопением. Ольгон подставил сито и слил воду в дыру в полу, а потом бережно вытащил из сита стебли. Он решил не будить внучку, памятуя о том, что она сегодня встала довольно рано.

Пока Хайнерни спала, Ольгон успел закончить приготовление остальных трав и попросил Эверстена поймать какую-нибудь крысу для опытов. Предстояло получить оттенок, а затем проверить его действие на живом существе. Помимо крысы, Эверстен принес и книгу, в которую Ольгон скрупулёзно записывал все новые открытия. Сегодняшний эксперимент, правда, ничего нового не даст, ведь Ольгон много раз накладывал благословение роста костей в прошлом. Просто старик стал забывать все оттенки, поэтому и завел книгу. Так же не лишним будет продемонстрировать внучке сильные стороны своего искусства. А то еще подумает, что занятия бесполезны.