Вторая ступень (СИ) - Ярчук Сергей - Страница 38

Поддавшись какой-то гипнотической доброжелательности, девушка спрыгнула с кровати и сделала несколько шагов. Первое, что поразило - насколько легко и упруго двигалось тело. Майя непроизвольно глянула на свои руки - руки были не её. Они были тонки, изящны. Пропали шрамы, исчезли следы и отметены болей и бед. Сломанный и криво сросшийся палец теперь был совершенно прям. Ногти стали ровными и идеально отполированными. Но не это сильнее всего потрясло Майю. Кожа рук была под стать младенцу - мягкая и шелковистая. Майя гладила руки и не верила своим глазам. Но когда она глянула на отражение в  зеркальной стене, её покинул дар речи. В громадном зеркале стояла девушка, какой Майя даже и не мечтала быть. Тело было одновременно и её и не её. Стройная изящная лёгкость принадлежала несомненно её фигуре. Тонкие запястья и лодыжки были по прежнему легко узнаваемы. Но остальное... Спортивная стать, подчёркнутая упругими мускулами, которые не только не огрубляли, а придавали линиям очаровательную женственность. От переизбытка чувств выкатилась слеза. Майя повернулась и дрожащим голосом спросила:

- Это... это тоже сказка?

***

Вглядываясь в пляшущий график стремительно растущей мозговой активности биообразца Олега, специалист отдела биоконструирования с каждой секундой всё сильнее жалел, что Бессмертнова занята с другим объектом. Изначально решено было будить всех одновременно. И проводить адаптацию со всеми одновременно. Анна Григорьевна была убеждена, что вместе ребятам будет легче адаптироваться в новом мире. В этом вопросе никакие аргументы и угрозы сломить её не могли. Даже надменный Цапин, не желавший надолго задерживать переселенцев из прошлого в новом мире, поразился её упорству.

И вот теперь в разных лабораторных отсеках шёл процесс пробуждения. Энцефалограф Олега рисовал совершенно невозможные пространственные графики. Скучившиеся специалисты молча таращились на невиданные доселе фигуры. Смятение нарастало. И когда люди были уже готовы закричать: “Да что ж это такое?!”, поверхность трёхмерного графика залилась красным. И тут же косматый инженер с возмущением и одновременно с облегчением бросил:

- Проснулся!

Но объект не шевелился. Датчики совершенно точно уверяли, что тело не сдвинулось ни на миллиметр, но энцефалограф чётко фиксировал состояние бодрствования. И это окончательно вогнало спецов в ступор. Но ситуацию разрядил всё тот же косматый инженер, решивший вживую глянуть на состояние объекта.

Олег лежал на пластиковом столе, окружённый сотней бесконтактных датчиков. Ровное дыхание, слабый румянец... Казалось, это обычный сон. Тело Олега образца 2020 года было абсолютно точно повторено в биообразце. Пси-сеть конца 21-го века запросто сканировала любые параметры человека, и получение кода ДНК было штатной фоновой операцией, которая гарантировала идеальную подстройку к виртуальным ощущениям. Теперь же эти данные позволили полностью воссоздать организм молодого человека. Стоящие вокруг люди замерли, не зная что делать. Простое желание тихонько позвать спящего и тем более дотронуться вызывало панический и непонятный страх. Но всё же научное любопытство заставило на цыпочках подойти к столу. Склонившись и не дыша, смотрели на пришельца из прошлого. Внезапно глаза объекта распахнулись, и насмешливо посмотрели на оторопевших учёных. Рот растянулся в ухмылке, и звонкий голос спросил:

- Ну, а ваш портал как называется?

***

Пробуждение Леонида доставило учёным меньше всего хлопот. График мозговой активности показывал полную безмятежность с сильным уклоном в положительные эмоции. Старший группы по контролю пробуждения Леонида, молодой парень с азиатской внешностью, с нескрываемой завистью смотрел на энцефалограф.

- Мне бы хоть раз в месяц так отсыпаться!

- Ты что, Асан? Кто ж может позволить себе такую роскошь? - круглолицый толстяк невесело рассмеялся, - Ладно. Идём его будить?

Леонид не спеша раскрыл глаза, спокойно оглядел стоящие над ним белые халаты и спокойно поинтересовался:

- Что со мной?

- С тобой всё отлично! - радостный не то казах, не то киргиз показал два ряда сверкающих белизной зубов, - Попробуй встать.

Леонид не двигался. Он закрыл глаза и прислушался к себе. Он ощущал себя совершенно непривычно. Что в состоянии было непривычным, понять он не мог. Не мог даже определить, нравится это или нет. Но эту непривычность он уже когда-то испытывал. Очень давно что-то похожее уже бывало в его жизни. И тут вспомнились детство. Он - будущий первоклассник. Мама примеряет на него первый в жизни костюм. Почти как взаправдашний взрослый. Да, именно тогда он ощутил такое же состояние - на нём что-то новое. Но какое оно, Леонид еще не мог разобраться. Мысли были прерваны осторожным прикосновением. Леонид вновь открыл глаза, и тревожные голоса мигом смолкли. Всё тот же азиат, явно волнуясь, спросил:

- Как ты себя чувствуешь?

Леонид спокойно сел. В теле не ощущалось никакого дискомфорта. Но чувство новизны было столь явственно, что он начал себя осматривать. Тело было его, родное. Это было несомненно. Ладони, как две капли воды похожие на отцовские, привычный узор сеточки вен на левом сгибе локтя, узловатые коленки... Но одновременно с этим пропали мозоли, исчез вечный хруст в локте. Леонид смотрел на себя, и до него медленно доходило, что произошло что-то из ряда вон. Он тут же вспомнил дни блаженного одиночества на острове, посмотрел на притихших врачей и спросил:

- А какой сегодня день?

- Сегодня вторник. Двадцатое ноября.

Леонид внутренне сжался в комок и выдавил:

- Какого года?

- 2068-го...

***

Розовые мечты Анны Григорьевны о знакомстве переселенцев с миром будущего в одночасье разбились о категоричный приказ. Цапин и слышать не желал о каком-либо показе современного мира переселенцам.

- Бессмертнова, вы понимаете, что вы говорите?

- Конечно! Я более чем уверена, что впечатления от знакомства с нашим миром станут для ребят самым лучшим катализатором эмоций.

- Эмоциями мы их сейчас обеспечим. Объекты получат полный комплект впечатлений. Уж не беспокойтесь. К тому же, этот вопрос не входит в вашу сферу ответственности.

- Я понимаю, но...

- Никаких “Но”! - отрезал Цапин.

- Но как вы не понимаете, они уже переполнены впечатлениями виртуального мира. Сейчас у ребят пойдет процесс не восприятия, а отторжения. Вы же можете загубить всё дело... - последние слова Анна Григорьевна почти простонала, заламывая руки.

- Как вы, однако, чувствительны... - голос Цапина утратил резкость, но приобрёл куда более отвратительную похотливость, - Вам так нравятся наши объекты?