Вторая ступень (СИ) - Ярчук Сергей - Страница 61

Но сколь не были напряжены ожидающие, результаты выпрыгнули на дисплеи совершенно неожиданно для всех. Первым удовлетворился Пушков. Он шумно выдохнул, невесело улыбнулся, отхлебнул холодного чая и набрал шефа. Анна Григорьевна в голос разрыдалась от радости, и ей вдруг стало так легко и беззаботно, что невыразимо захотелось на волне этой радости устремиться прямо в рай. Немногочисленная группа разработчиков в полном составе взорвалась совершенно неподобающими криками восторга. Герман Дмитриевич, как в школьные годы, вскочил на стул и, потрясая кулаками, срывающимся голосом вопил: “Ура!” Цапин расплылся в улыбке крайнего удовольствия и своим вызовом в миг прервал веселье подчинённых Попова. Директор пафосно поздравил с успехом и распорядился тут же предоставить планы использования новой технологии.

***

Феликс Николаевич подошёл к лестнице и прокричал хриплым голосом:

- Ребятки, чай поспел! Спускайтесь! У меня булочки свежие.

И буквально через считанные секунды двери комнат распахнулись, и молодёжь затопала по лестнице. Старик неторопливо достал из серванта чашки, проигнорировав просительный взгляд Майи, желавшей помочь накрыть на стол.

- Майя, я же тебе сказал, что угощать вас - это та малость, которую я хочу делать лично. Ну, не расстраивайся, пожалуйста.

Молодежь, уже привыкшая к вечерним посиделкам, живо расселась вокруг стола. Три пары глаз неотрывно смотрели на громадный поднос, на котором громоздился настоящий курган из мелких, облитых сахаром булочек. Это была не простая дешёвая выпечка - работа бездушного пекарного автомата. Хоть и свежайшая и ароматная, но уже изрядно успевшая поднадоесть. Это было настоящее кулинарное произведение искусства. Ни Леонид, ни Олег, ни тем более Майя не подозревали в какую копеечку влетела Зарубскому эта, казалось бы, невинная сдобная фантазия. В мире, практически полностью растворённом в виртуальности, найти мастеров-кондитеров было безумно дорого. И тем не менее Феликс Николаевич осознанно пошёл на эти расходы, пытаясь привнести как можно больше душевного тепла оторванным от своего мира. Зная, что утренняя и дневная пища в НИИ ужасно далека от деликатесов полувековой давности, старый ученый из кожи вон лез, чтобы дома ребята питались так, как и положено было в достойных семьях прошлого. В первый же вечер, когда на столе благоухал сосуд с фасолевым супом, изголодавшийся Олег так набросился на еду, что в миг утратил образ холодной отстранённости. Тогда же он и рассказал о кухне своей матушки. Слушая незатейливый рассказ, пересыпаемый давно забытыми оборотами речи, Феликс Николаевич с горечью осознал, что совершенно позабыл, какой должна быть домашняя пища.

И вот теперь, сидя за одним столом с пришельцами из прошлого, Зарубский словно провалился в детство. Сдерживать эмоции старику было невероятно сложно. Но когда Леонид упомянул о пиве, тут старика натуральным образом переклинило. Найти вышедший из употребления напиток было практически невозможно. Пришлось идти на поклон к директору НИИ и вымаливать содействие в организации поставки. Выдавив из актёрских способностей всё, что мог, Зарубский не только получил содействие, но даже заинтриговал Цапина загадочным напитком. Директору пенная кислятина совершенно не понравилась, но зато какой сюрприз ожидал старика вечером!

Феликс Николаевич ожидал, что Леонид будет рад, но куда сильнее потряс восторг Олега. Привычные немногословность и безэмоциональность растаяли в несколько мгновений. И в очередной раз старика кольнула память. Осознавая прошедшие десятилетия, душой он рвался доказать сам себе, что еще очень молод. Немудрено, что тут же последовала потеря самоконтроля.

- А почему вы плачете? - тоненький голосок Майи разом вернул Зарубского в реальность.

- Ну, что ты, девочка! Я просто так давно не пробовал пива... - но заметив настороженность в глазах, выложил как на духу, - Не беспокойся, пожалуйста. Это вспомнилась молодость...

Но мягкая влага в глазах старика вызвала в душе Майи вовсе не сочувствие. Налитые грустью глаза и бутылка в руках разом вызвали самые отвратительные воспоминания. Не помня себя, она отшатнулась к двери, тонкие пальцы никак не могли нашарить ручку. Изумлённые взгляды только добавили паники. Но отвернуться и бежать Майя тоже не могла. Что-то не давало ей бросить единственно близких и в тоже время пугающих людей. Ручка нашлась, дверь бесшумно растворилась. Но уйти Майя так и не смогла. Влетевший на запретную территорию кухни щен сбил её с ног и кинулся на руки к хозяину. Последовавшая свалка в одночасье перевернула всё с ног на голову. И старик и ребята бросились ловить игривую псину. На несколько секунд кухня потонула в радостном тарараме. Наконец Феликс Николаевич поймал мохнатого пузана, подбросил к потолку и разразился столь радостным восхищением, что Майя тут же устыдилась своего страха.

Спустя пять минут все наперебой радостно вываливали одну за другой забавные истории про четвероногих друзей. Детская психика Майи разом переключилась на неудержимое веселье. Она заливалась таким звонким смехом, что совершенно не замечала, как Феликс Николаевич готов был разрыдаться от счастья, а быстро смекнувший что к чему Леонид незаметно убрал со стола пиво. За всей этой кутерьмой Майя не обратила внимания, что взгляд Олега неуловимо изменился. Он вспомнил полные панического ужаса глаза убегающей из ограбленного магазина девчушки...

***

Олег напряжённо ждал открытия портала НИИ расчета климата. И хотя в реальности пауза была всего несколько секунд, но для него они сейчас растянулись в долгие минуты. Олег нервничал, и это не укрылось от наблюдателей. В аудиоканале раздалась последняя фраза Попова: “Не волнуйся! Главное - не спеши!” Но Олег и сам отлично помнил все наставления, как и четко понимал грозящие опасности. Когда на инструктаже описывали систему гибридного интерфейса, он был шокирован не столько фатальными последствиями совершенно невинных действий, сколько тем, как спокойно его посылают практически в ад. Система виртуальной реальности, находящаяся в непосредственном контакте с “голой цифрой” была опасна как ночная река, неожиданно обрывающаяся отвесным многометровым водопадом. Ни о каком нахождении в ней обыкновенных пользователей и речи быть не могло. И Анна Григорьевна была абсолютно уверена, что Олега посылают на смерть. Да, она хорошо понимала, что анализ его психограммы говорил о запредельном контроле, гарантирующим уровень осторожности неподвластный простому человек. Да, тот же анализ показывал, что посещение остальных уголков виртуальности ничего путного не принесёт.

Но редкая по человечности натура Анны Григорьевны не могла спокойно воспринять необходимость отправки юноши в столь опасное место. Она в ужасе смотрела на Олега, как на приговорённого к смерти. И никакие доводы Попова не могли её успокоить. Наблюдая за Олегом в одном из виртуальных путешествий, Бессмертнова случайно стала свидетельницей сколь элегантно вальсирует этот нелюдимый паренёк. И теперь ей невозможно было отделаться от видения Олега, вальсирующего по краю мясорубки.