Вторая ступень (СИ) - Ярчук Сергей - Страница 73

Она не могла видеть, что произошло. Но боль сигналила разуму, что до смерти ещё далеко. И тот же разум говорил, что Цапин просто так не остановился бы... Анна Григорьевна застыла на ковре, отчаянно пытаясь понять, что произошло. И тут бесстрастный голос распорядился:

- Попов! Встаньте и проводите Бессмертнову в медблок!

Когда за ними закрылась дверь, Пушков посмотрел на белого от злости Цапина и, вздохнув, резко ударил в печень. Хорошо поставленный удар тут же отправил Цапина в глубокий нокаут. Пушков развернулся, вышел в приёмную и через пару мгновений вернулся со стаканом. Перевернув директора навзничь, плеснул в лицо ледяной воды, затем бесцеремонно переступил лежащего и уселся на стол.

Цапин пришёл в себя далеко не так быстро, как ожидал службист. Он долго корчился на полу, сначала действительно от боли, потом всё более картинно. В конце концов Валентин Иванович потерял терпение и, подняв за шкирку, усадил шипящего злобой директора в гостевое кресло. Службист несколько секунд бесстрастно смотрел в сверлящие директорские очи, размышляя - не хватит ли Цапина удар, если в ответ улыбнуться. И решив не отказывать себе в маленькой прихоти, Пушков расплылся в самой искренней улыбке во все тридцать два зуба. Цапина затрясло.

- Что с вами, Денис Евгеньевич? Распускаете руки, как будто перед вами бесправная шлюха. Нехорошо.

- Я сейчас же лишу её сертификата, - прохрипел ощерившийся директор.

- Да неужели? Кто ж вам это позволит? Вы разве забыли, что она входит в список лиц, чьи функции до завершения работ с объектами первостепенны? Вам было неоднократно сказано, чтобы даже не мечтали о лишении её сертификата до сдачи работ. Разве не так?

- Но она...

- Раскрыла вашу махинацию, - весело перебил Пушков.

- Но я...

- А я уже доложил наверх о ваших приключениях, - Пушков мягко соскочил со стола и в один момент сдавил железной хваткой тощее директорское горло. Зловещий шёпот донёс основную мысль службиста, - Не пытайся увиливать и пакостить. Босс сам решит, кто и насколько был полезен в работе. Тебя разве не предупреждали, что ты сам очень легко можешь отправиться гулять по аукционному подиуму?

Пушков неотступно наблюдал за Цапиным всю первую половину дня. И в очередной раз подивился гибкости, изобретательности и работоспособности. Цапин в нужный момент запросто мобилизовывал отпущенные ему немалые интеллектуальные ресурсы на всю катушку. Он лично перепроверил все отчеты по переселенцам, переворошил с особой тщательностью все предлагавшиеся пути решения проблем, сделал огромное количество весьма дельных замечаний. И к обеду даже собрал огромное совещание.

Пушков слушал речь Цапина и в очередной раз убеждался в ложности тезиса о несовместимости гениальности и злодейства. Казалось, совещание ведёт вовсе не Цапин, только что избивавший беззащитную женщину. А в его обличии прямо-таки священнодействует величайший мыслитель, практически на физическом уровне источающий спокойствие и мудрость. На какое-то время Пушков, повидавший немало на своём веку, ощутил себя младенцем перед игрой сил природы. Метаморфоза была столь сказочна, столь нереальна, что присутствующие замирали в смятении.

Но вся эта благость в один прекрасный миг закончилась. Изложив очередные доводы, Цапин обвёл подчинённых хорошо известным крысиным взглядом и резко выкрикнул:

- Только успешное выполнение работы позволит всем вам сохранить достоинство. Вы подчиненные! Сотрудники, работники. А точнее - роботы. Да, да! Именно роботы. Мне плевать на иную составляющую вашей личности. Вы должны работать как роботы. И точка! У робота какое самое важное достоинство? Работоспособность! Вот и храните ваше достоинство, демонстрируйте постоянно и беспрерывно! Иначе шагом марш на улицу!

Пушков аж поперхнулся от увиденного. Удрученно покачал головой и вызвал Гликина:

- Анатолий! Беспрерывно держи на контроле положение в группе Попова и за Бессмертновой приглядывай.

- Есть!

- Приглядывай в оба глаза! Всё понял!

- Так точно! Буду мониторить их беспрерывно.

***

До полудня оставалось всего несколько минут, когда Гликин вышел на связь с Пушковым. Валентин Иванович знал, что подчинённый отлично понимает важность своих донесений и бессмысленность установки флага “Особо важно”. Но сейчас этот момент заставил куратора напрячься сильнее обычного.

- На связи! - начальник даже не и не подумал скрывать нервозность.

- Поповские ребята перепроверили все замеры. У объектов диагностируется сильное депрессивное состояние.

- Причина?

- Полный спектр ещё только оценивается. Можно говорить...

- Не томи!

- Первопричина - информация, что они прожили бы в своём мире всего ничего. И тем более, не смогли бы дожить до нашего времени. Второе - как ни странно, но отрицательно воздействует фактор отсутствия родни. Их очень сильно угнетает одиночество. На контакт они всегда шли туго, а тут и идти не с кем. Третье - сны. Выяснить причину появления снов пока не представляется возможным.

- То есть? Что значит “появления”?

- В своём времени никто из них снов никогда не видел. Я об этом уже докладывал.

- Да, точно, - а про себя Пушков лишь вздохнул, - Что ещё?

- Предложен весьма странный план, - Гликин непривычно замялся с продолжением.

- Что ещё за план? - Пушков начал терять контроль, - Мне из тебя клещами тащить информацию?

- Виноват! Предлагается организовать для них штурм реального объекта - швейцарского центра контроля плазматов.

- Эвон куда хватили! - Валентин Иванович аж присвистнул, - А швейцарцы как?

- Предлагается действовать “в тёмную”. Олега и Леонида обеспечить камуфляжем и поставить задачу на прорыв.

- Попов рехнулся?! - Пушков испытал нестерпимое желание как следует врезать вольнодумцу. И тут же подумалось, что, возможно, Цапин в какой-то мере правильно поступил с Бессмертновой.

- Никак нет. Попов в ясном уме. Опираясь на последние данные, он заявляет, что только реальная опасность может проявить требуемые компоненты матрицы частот. Так же ссылаясь на нечеловечески высокий уровень чувствительности, он уверен в успехе прорыва.

- Мда, дела... - протянул Пушков.

- Но и это ещё не всё. Ввиду разницы в эмоциональных спектрах, использовать Олега и Леонида на одних участках нецелесообразно. Но в одиночных штурмах уровень эмоциональных всплесков ниже на порядок. Поэтому им нужен напарник. И напарник - человек.