Ангельская академия (СИ) - Ярчук Сергей - Страница 3

- А вот о цифрах, дорогой мой, давай поговорим не здесь.

- А здесь тогда о чём? - отчаяние в голосе сменилось усталой тоской.

Гавриил одарил старика лучезарной улыбкой.

- Ты теперь ведёшь второй курс. Как тебе студенты? Здравомыслия-то побольше?

Тимофей несколько секунд сокрушённо вздыхал, но всё же ответил:

- Да, но боюсь Игнатий и Андрий меня сведут с ума.

- О, кстати! А как Игнатий в новой группе? Не тушуется паренёк?

- Тушуется? Шутить изволите? Я боялся, что они с Андрием расколют коллектив. Но, слава Богу, нет в них пагубной харизмы.

- Погоди-ка! А почему ты про Андрия так говоришь? Он совершеннейший антипод Игнатию.

Но Тимофей лишь горько усмехнулся.

- Антипод, говоришь? Я тоже так думал. В первый день. Да, они совершенно не похожи. Но в их глазах горят одинаковые искорки.

- Искорки? И что это значит? - заинтересованный архангел даже наклонился к Тимофею.

- Это значит, что натерплюсь я от них бед! Уж поверь моему опыту.

Сказано это было с такой опаской, что Гавриил невольно рассмеялся.

- Тимофей, скажу по секрету, на тебя академия возлагает огромные надежды. И это не смотря на твою переполненную пессимизмом натуру. Смотри на все более жизнерадостно. У тебя второй курс, студенты уже более-менее серьёзные...

- Серьёзные? - Тимофей аж фыркнул, - Как бы не так! Уж сколько мы мусолили вопрос счастья человеческого, а толку ноль! Ты только представь, что над простой пословицей “Глупость - не порок, а счастье” мы бились месяц! Месяц! Андрий меня вообще добил - он на пятисотстраничный реферат развил копеечную тему о противопоставлении горя и счастья. Я чуть не рехнулся, читая его. И знаешь, что он вывел? Что, дескать, горе может быть не от ума, а от недостатка ума! Мало того, что он вообще не смог понять Грибоедова, так ещё и запудрил мозги всей группе. И ты думаешь, я смог его переубедить? Ничего подобного!

Архангел в миг посерьёзнел.

- И что ты предлагаешь?

- Гавриил, ни я, ни другие преподаватели, ни книги, ни увещевания не помогут. Они должны жить в мире людей. Только тогда они чего-то смогут понять в жизни.

- То есть, ты хочешь увеличить число практических занятий?

- Не просто увеличить, а вести всё обучение исключительно на практической основе.

- Увы, Тимофей, мы не можем тратить божественную энергию в столь широких масштабах.

- Понимаю. Отлично понимаю. Но и ты пойми. Что человек, что ангел - это не только продукт воспитания, это ещё и заложенная изначально основа личности. Ведь даже самый гениальный педагог быстрее сойдет с сума, чем выучит тупоголового дитятю. Просто в случае, когда учитель старается передать свой опыт, у ученика велика вероятность выработки привычки жить чужим опытом. Во многих житейских ситуациях она весьма полезна. Недаром же люди часто говорят, что умные учатся на чужих ошибках. Но список чужих ошибок рано или поздно заканчивается. В ином же случае ребенок сам учится набирать опыт. А от учителя нужна только грамотная организация подачи материала. И в этом случае шансы на успех гораздо выше.

Светлый лик архангела затуманился глубоким раздумьем. Он молча поднялся, степенно прошествовал к выходу, но на пороге обернулся:

- Спасибо, Тимофей! Я тебя понял и постараюсь помочь.

***

Зал заседаний божественной академии был набит битком. Убелённые сединами академики, переполненные важностью бремени профессора, погружённые в проблемы доценты, озабоченные преподаватели... И всё это столпотворение тонуло в немыслимом киселе тишины.

Тимофей опасливо покрутил головой и даже осторожно щёлкнул пальцами. Нет, слух у старика не пропал. И это только усилило гнетущее состояние чужеродности. Дьявольски захотелось ворчать и даже ругаться. Но любая искра гнева тут же гасла, захлёснутая волной доброты, наивности и непонимания в глазах окружающих. Тимофей в очередной раз вздохнул и, демонстративно шурша крыльями, стал усаживаться поудобнее.

А спустя пару мгновений на кафедру взошёл архангел Гавриил. В изысканных и одновременно лишённых пафоса выражениях он поздравил совет академии с грядущим завершением очередного учебного года. И принялся расписывать перспективы.

Но даже спокойная, внятная и грамотная речь, лишённая ненужных отступлений и уточнений, вогнала Тимофея в тоску. Тяжко переживая неизбежный крах своей деятельности, он незаметно отключился от окружающей действительности. Перед глазами старика проплывали лица учеников, в ушах звучали тысячи глупых вопросов. Голова наливалась яростью неприятия всё сильнее.

Но в какой-то момент Тимофей будто проснулся. Простой и логичный вопрос окатил словно ушат ледяной воды: “Как в безгрешную душу прокрались столь отвратительные эмоции? Как в райское благолепие смогло просочиться то, чего тут не может быть в принципе?” Ответ поразил словно удар грома. Кто-то устало и безрадостно ответил Тимофею: “А не ты ли сам принёс сие?”

Обалдело таращась на окружающих, Тимофей испуганно хватал ртом воздух. К счастью, душевных терзаний старика никто не заметил. Учёный совет, как один, внимал речи архангела.

- Увы, и ангелы могут впасть во грех. Как мы все знаем, последствия этого оказываются катастрофическими. Любая лазейка лукавого, любое зерно тлетворного влияния должно выкорчёвывать немедленно! - архангел сделал паузу и оглядел аудиторию, - У людей есть оборот “выжигать калёным железом”. Конечно это жуткий примитивизм. Но в нём заложена невиданная целеустремлённость. И этому мы должны поучиться. Но и это ещё не всё. Как ни печально, но мы должны стараться предвидеть появление таких проблем.

После этой фразы зал тут же пришёл в движение. Волна удивлённого шёпота, обеспокоенного гомона и тут и там нарастающих споров в миг накрыла учёный совет. Архангел несколько секунд молчал, затем поднял ладонь. И зал тут же нырнул в тишину.

- Понимаю, что это совсем непростой вопрос. Возможно, кому-то он даже может показаться неразрешимым. Но это первейшая наша задача! И на вас, преподавателей и пестунов наших новых соратников, прежде всего ложится задача по её решению...

Тимофей горько сглотнул и опустил голову. Слабая надежда, что руководство даст какое-то послабление, помощь или хоть новые перспективы, разбилась вдребезги. Что делать дальше старик попросту не знал. Ему страшно захотелось уйти с этого заседания, и вообще исчезнуть из этого благословенного, но совершенно чуждого места. На какой-то миг он даже осознал себя тем самым “зерном тлетворного влияния”, и от этого ему невыносимо захотелось провалиться куда-то пониже адского пекла.

Но неожиданно чья-то мягкая ладонь накрыла стариковскую руку и вкрадчивый шёпот прошелестел:

- Уважаемый Тимофей, сейчас будут говорить о вашем курсе.

Старик затравленно кивнул и уставился на докладчика.

- В этом году на второй курс мы имеем полное право возлагать особые надежды. И дело здесь не просто в обновлении преподавательского состава и на удивление сильных студенческих групп. По предложению уважаемого Тимофея мы собираемся серьёзно сдвинуть акцент в сторону практических занятий. И первым мероприятием в свете новых решений будет проведение конкурсной работы в реальных условиях. Посмотрим, кто из второкурсников покажет наиболее высокий коэффициент использования божией благодати.

В образовавшейся паузе вырвавшийся тяжкий вздох эхом прокатился по залу...

***

Вдохнув словно при нырке на глубину, Тимофей распахнул дверь в аудиторию. Ясные глаза второкурсников как один повернулись в его сторону. Буркнув короткое “Зрасьте!” педагог прошаркал к кафедре. Водрузив перед собой объёмный фолиант, который старик таскал больше для самоуспокоения, посмотрел на молодёжь.

- Ну-с, молодые люди... - Тимофей тут же закашлялся, осознав, что сморозил глупость.

Но никто и не думал смеяться. Старик не впервые оговаривался, называя ангелов людьми, и всё время корил себя за это. Ему было невдомёк, что бессмертная молодёжь в тайне немало завидует смертным. Юнцы поголовно заблуждались, считая, что только людям дарована невероятная свобода выбора. И тот факт, что учитель родился человеком невероятно подстёгивал их трудолюбие.