Legion Z (СИ) - Миваки Ингмар - Страница 34

Пит прибился взглядом к ее рукам: тонким, белым пальцам с бледно-розовыми ногтями. Ноа бросила в высокий бокал с водой белую таблетку, и протянули ему. Глядя на пузырьки, он ощутил тошноту. Ничего не оставалось, как смириться и пустить все на самотек. Ноа знала про него все: и то, что биоритмы его были сломаны, и про то, что возвращаться на Талатон ему всегда давалось с трудом. Вид у него был подавленный и несчастный. А день начинался так хорошо. Пузырьки в бокале перестали прыгать, и он залпом осушил его, после чего откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

* * *

Перед ним стояла Ноа, в коротком белом платье, очерченная золотым контуром.

— Просто девушка, что работала с тобой бок о бок, — улыбнулась она.

— Тебе никогда не надо было искать себя настоящую, — сказал он.

— Нет, — подтвердила она.

— Зачем ты сменила имя?

— Я не меняла. Элис меня звали друзья.

— Так это был псевдоним? Несколько лет я жил с мыслью, что тебя больше нет. Не мог поверить, когда увидел тебя возле дома. Пит провел рукой по волосам, нащупал и вытянул из них бумажный треугольник размером сантиметра в три. Таким же треугольником — в виде буквы «дельта» — был скреплен занавес над его рабочим столом. На бумажном треугольнике каллиграфическим почерком было написано пожелание счастья на санскрите. В дальнейшем, на протяжении всего их разговора он периодически запускал пальцы в волосы и вытаскивал из них бумажные треугольники с пожеланиями здоровья, благополучия, долголетия и удачи, отпуская их в путешествие по золотому рукаву.

— Я понял, куда попал, через неделю после своего повышения в «Гидрософт». Мне уже было не выбраться. С каждым днем я мучился все больше и больше.

— Ты так сильно мучился, что не спал по ночам, и нашел путь на Землю, — напомнила она. — А заодно открыл его миллионам доноров и зогов по всему миру.

— Я не собирался спасать весь мир, вовсе нет. Мне надо было найти единомышленников. Но стимулом к поиску была ты.

— Ты нашел шестерых сотрудников, разработал особый алгоритм мыследействий, и успешно применил его на практике, — сказала она. — Система слежения не распознала вас, а искусственный интеллект видел обыкновенных мужчин и женщин с кучей мелких недостатков и чистыми помыслами.

— Ты знаешь, какая высшая цель у корпорации? — спросил он.

— Опередить природу. В кратчайшие сроки сократить население планеты до минимума, — ответила Ноа.

— Это — одна из промежуточных целей, — поправил ее он.

— Высшая цель остается завуалированной, — согласилась она.

— Но кое-что нам все же известно, — напомнил он. — Они ведь там, в бункере не только обновлением внутренних органов занимаются. Алмангов лишили свободы выбора, но почти каждый донор мечтает войти в элитное подразделение, став алмангом. Кто не войдет, тому хуже. Правительству не нужна пятнадцатимиллиардная армия алмангов.

Ноа улыбнулась, и от этой улыбки он испытал прилив радости. Совсем недавно он говорил Хайме о том, что жители Талатона просто трахаются, как животные. Что мировое правительство собирается отсеять большую часть расплодившегося стада прежде, чем это сделает какой-нибудь природный катаклизм, и в гораздо более впечатляющих масштабах. На Земле световые люди тоже входят друг в друга. Они делают это и обретают бессмертие благодаря непрерывной учебе в самых разных ипостасях. Люди множили свет на Талатоне и хранили его. Лучшая выжимка, лакомый кусок, если вообще уместно такое сравнение в вопросах, касающихся духа, складывался из необходимых для жизни на Земле несочетаемых понятий. Такое равновесие знали в городе КА. Богатый в тех краях называл себя бедным, умный — дураком, нищий — царем, и так далее. И каждый, кому посчастливилось побывать в этом священном месте, помнящем истинную жизнь на невидимой внешнему взору Земле, имел знание о себе настоящем. Мировое правительство не осмелилось тронуть многомерный город — единственный в плоском мире.

— Правительство намерено отправить алмангов на Марс. Ты знаешь об этом. Через несколько минут ты встретишься с главой мирового правительства, Мартином Форсом и его помощником, Элом Альтерманом. Сообщишь им о том, что являлся мозговым центром в открытии моста между мирами. Все было строго в рамках программы по сокращению населения планеты.

— Они уже осведомлены, — сказал Пит. — Я отправил отчет сегодня утром.

— Ты должен оставаться в бункере, пока мы не высветим и соберем максимальное количество зогов, — продолжала Ноа. — Дверь приоткрылась, но будь осторожен. Ты будешь первым легионером, кто войдет в бункерный город. У них там все наши штучки не работают. Это — логово мараев. Действуй по обстоятельствам. Теперь открой глаза.

И Пит открыл глаза. Ноа, в коротком, черном платье без рукавов, сидела напротив, Он едва заметно кивнул, она почти неуловимо улыбнулась и посмотрела в мокрый от снега иллюминатор. Лайнер совершил посадку.

* * *

В кабинете главы мирового правительства было три стены. Четвертой стеной компактному отсеку со столом переговоров по центру, служил плотный, темно-синий занавес.

— А вот и Питер Уотерман, гордость корпорации «Гидрософт», — улыбнулся вышедший ему навстречу Мартин Форс, и крепко пожал ему руку. Впалые щеки, выступающий вперед подбородок, светло-голубые глаза. Пит ощутил тепло в ладони, и с удивлением поднял глаза на Мартина. Несколько секунд спустя к ним присоединился Эл Альтерман, и Мартин представил их друг другу. Все трое сели за стол. Ноа осталась снаружи.

— Дело безотлагательное, — сразу перешел к делу Мартин. — Пришлось доставить вас спецрейсом. Я буду краток. С этого момента вы переведены под нашу юрисдикцию, и будете работать лично со мной, — сообщил он. Пит целомудренно промолчал, стараясь оставаться непроницаемым. После разговора с Ноа он был готов ко всему. В голове успела перевариться вся эта история с ней, и ее незримое присутствие неожиданно придало ему уверенности в том, что он здесь очутился действительно не напрасно.

— Ни для кого не секрет, что вы достигли максимально высокого результата в расшифровке посланий источника, именуемого Вахана Раса. Этому вы посвятили последние несколько лет.

— Последние два года, — уточнил Пит.

— Два года — достаточно, чтобы распознать угрозу безопасности родной популяции и всего мира? — поинтересовался Эл — крепыш в темно-сером костюме, с плоским лицом, носом-пуговицей и жестким взглядом диктатора. Именно такой образ отпечатался на сетчатке Пита при первом взгляде на него.

— Я не совсем понимаю, мистер Альтерман. Вся отчетность прозрачна и своевременна, — спокойно ответил Пит.

Эл несколько секунд молча всматривался в лицо юного гения, тщетно пытаясь прочесть его. Пит, как и любой другой житель Талатона, был синхронизирован с искусственной нейросетью, однако, как легионер Ваханы Расы, оставался непроницаемым.

Эл выложил на стол тракус, вынул из него кристалл и пододвинул его к Питу.

— Как работает кристалл? — начал он свой допрос.

— Вы имеете в виду нанокврац? — пошел ва-банк Пит. Мысль о том, что это мог быть его или Ноа коммуникатор вспышкой озарила сознание.

— Именно, — подтвердил Эл.

— Он попал ко мне случайно, — начал издалека Пит, — Прежде, чем подавать рапорт, мне надо было удостовериться в некоторых своих предположениях относительно его особенностей.

— Расскажите, что вы знаете, — предложил Мартин.

— В часы вмонтирован нанотехнологичный кристалл кварца, способный синхронизировать волновую активность мозга с источником, находящимся за пределами волнового контроллера поля.

— С Ваханой Расой, — уточнил Мартин.

— Да. Некоторые из нас в состоянии выйти за пределы контролируемого поля. Допустим, внутри нас содержится некая константа, что-то общее, но лежащее за пределами сознания, — пространно начал Пит.

— Что-то, что блокирует контролируемое поле, — подсказал Мартин, и Пит благодарно улыбнулся. Мартин сидел с левой стороны, напротив Пита, и внимательно наблюдал за ним с наиболее выгодной позиции. Юноша держался безупречно.