Legion Z (СИ) - Миваки Ингмар - Страница 41

— За что нас наказали? — не унимался Соло. — Почему мы тут вынуждены ловить своих отпрысков? Сколько мы тут провалялись уже, а? Имеет право школяр знать?

— И-ме-еет, — послышался бархатное мецо-сопрано Хаймы, одной из Круга Тринадцати. Она предстала перед компанией пробудившихся ловцов в виде гигантского светового купола, накрывшего весь лес на планете. Внутри купола шли какие-то процессы, видимой частью которых были меняющие очертания, цветовые пятна, из которых складывался прекрасный лик куратора золотого рукава и молодежи Земли.

— Прошло всего несколько часов, Соло, — пропела Хайма неуемному школяру. — Мы выиграли битву с Эйнаром, и сейчас наблюдаем за рождением Новой Земли.

— О, да, это так чудесно! — сложил вместе ладошки Соло, со слезами умиления глядя на играющий цветовыми пятнами и переливающийся купол с ликом наставницы. — Я помню свое рождение. Между мной на Талатоне и мной на Земле, была вода. А над водой с обеих сторон носился святой дух. С одной стороны он был таким, каким его задумал Всевышний, создавший Небо и Землю с большой буквы, а с стороны Талатона это был гибридный дух Якша, взращенный техногенным обществом, однако ностальгирующий по дикой природе. Соло был очень терпелив там, внутри кривой проекции, испорченной Эйнаром. Довольствовался малым. Ножки потерял. Смиренно занимался тем, что изобретал способ выйти из-под контроля и умножить свет Земли, Ковал свет, а на досуге нюхал розочки в своем внутреннем дворе. Мне бы очень хотелось узнать, чем Соло занимался до того, как стал маленьким световым Соло? У нас тут, вроде, головы с плеч не рубят, когда занимают чье-то место. Место тринадцатого до сих пор вакантно, хотя он давно изгнан.

Соло перестал петь, и воцарилась полная тишина. Внутри светового купола, на который все, затаившись, смотрели, ожидая ответа, стало тихо. Световые вспышки продолжались, но уже не так интенсивно. Наконец, они и вовсе исчезли, сам же купол превратился в некое подобие вращающейся воронки, которая стала затягивать в себя Соло.

18. Сказано — сделано. Соло — герой

Соло снова склонил голову к оплетавшим беседку розам и понюхал одну из них.

— Выходит, создатель интернет-магазина «Бальдр» лично знал моих родителей, — повторила Уна.

Соло отпустил розу и молча возвел ладони к небу.

— Но как вы узнали?

— Если ты забыла, то напомню: «В золотой рукав я попал практически одновременно с Питером Уотерманом».

— Если бы я осталась дома, то…

— Если бы, если бы, — нетерпеливо перебил Соло. — Ты давно перешла свой персональный огненный рубеж, и произошло это задолго до того, как ты покинула родную Сигму. Это я понял сразу, едва ты переступила порог моего дома, когда пришла по объявлению. В твоих глазах читалось смирение. За огненным рубежом зеркальный, а за ним еще один — холодный, — нараспев произнес он. — Все зоги при жизни пересекли черту. Огненный порог — здесь, на Талатоне, и мы преодолеваем его, когда преодолеваем страсть в пользу любви, а за холодным порогом прячется Земля — планета духа, свет огня. Между этими двумя — зеркальный. Он устроен, как наши глаза. Это — своего рода защита, в которой мы нуждаемся. Ты хочешь знать, кто стоит на страже прекрасного мира Земли? И почему на входе, у двери дежурят страх и ужас? Кто охраняет мир, из которого пришла Вахана Раса? Этот вопрос я задавал себе тысячи раз Световой код зогов неизменен. Лишить зога светового кода невозможно. Земля — цветущий сад, сокровищница чистой воды и воздуха. Она снаружи, а путь к ней внутри нас. Мы можем вывернуть мир наизнанку и прийти обратно на Землю. Мы вступили в новую эру. Получили электронную печать на глаза, И у нас появился шанс использовать зикерзонд, и покорить время. Земля одарила нас бессмертием, дала возможность жить и помнить себя настоящих.

Но мы, хоть и бесконечны, здесь, в этом мире все же слабы физическим телом. Мы не так выносливы, как алманги. Поэтому мы объединяемся, и имеем защиту, выйдя за зеркальный порог, так что оставь свои опасения и действуй. У тебя с симкой телефон? — неожиданно, переключился он.

— Да, старая модель, — немного растерянно ответила Уна, и Соло протянул руку. Та без лишних вопросов отдала аппарат. Хитро улыбнувшись исподлобья, старик резко вытряхнул из металлического нутра карту памяти и сунул ей в руку. Затем встал, вышел из беседки на каменные плиты двора, бросил на них аппарат и стал неуклюже топтать его своими бионическими ногами, по-шамански подпрыгивая и нашептывая себе что-то под нос.

Уна вышла из-за стола и в ужасе уставилась на обломки своего телефона. Соло, не обращая на нее внимания, продолжал топтать их, переваливаясь с одной ноги на другую. Основательно перемолотив аппарат, очень довольный результатом, широко улыбнулся ей.

— Зачем вы это сделали? — тихо спросила она. Кукольное личико не выражало недовольства, одно лишь недоумение.

— Не считай меня злодеем. Это не так, — уклонился от прямого ответа Соло. — Возьми вот лучше симку, да спрячь. — Память цела и невредима, это — главное. Когда мой двоюродный брат выгуливает своего лабрадора на другом конце земного шара, его фото с собакой проплывает в моем телефоне, — поделился он. — И это — единственное, на мой взгляд, преимущество телефона перед золотым рукавом, поскольку в нем ни брата, ни лабрадора я ока не встречал. Что касается экрана синхронизации…

— Я вижу, вы не владеете собой, — перебила Уна. — Несете, бог весть что.

— Не верь своим глазам, верь интуиции, — подмигнул Соло.

— Телефоном пользоваться не воспрещается.

— Хм. Соло окинул собеседницу задумчивым взглядом. — Не надоело волноваться по всякому поводу? — спросил он.

— Проявляете заботу обо мне, — иронично закивав, отозвалась Уна, и вернулась на место, за стол.

— Естественно, не о себе же, — фыркнул Соло. — Мир открыл для тебя. Ради себя я бы и не пошелохнулся.

— Лукавите, — бросила Уна.

— Послушай, есть кое-что посерьезнее всех этих невинных шалостей контролируемого поля, — снова посерьезнел Соло. — Эти паразиты периодически появляются на границе рукава. Что, если им удастся прорваться, а? Земля еще не здесь, нет. Мы все еще на Талатоне. Все еще слишком зыбко. Нас могло быть гораздо больше. Что до моего владения собой, то благодаря отсутствию обеих ног, моя голова стала соображать значительно лучше. А теперь вот, что я скажу тебе, — перешел он на доверительный и таинственный полушепот. — Я намерен совершить максимально жесткую атаку на репликаторов, крадущих у нас свет. Всю жизнь трудился над этой задачей и ждал подходящего момента. А мы здесь только время теряем.

Уна смерила собеседника оценивающим взглядом.

— Зачем вам это? Спасали бы свой собственный свет, — спокойно, без вызова, сказала она.

— Удивляешь меня своими заявлениями, честное слово, — всплеснул руками Соло. — Правительству, как и нам, зогам, нужны доноры, но планы у нас на них разные. Необходимо собрать максимальное количество легионеров, чтобы увидеть Новую Землю.

Уна вздохнула и согласно кивнула.

— Я перестраховался, не спорю, но это — проявление заботы о тебе. Отныне мы ничего не поглощаем и обретаем способность менять мир. За меня можешь не волноваться. Я не стану бездумно рисковать, но и время зря терять не стану. Они заменили пушки на сеть, которой накрыли планету. И эту историю, будь уверена, постараются стереть. Соло сделал движение ртом, как будто скапливал слюну для плевка, в глазах вспыхнул гнев. Добрых полминуты он сидел и проделывал свою странную гимнастику. Уна, наблюдая за ним, улыбнулась. Заметив это, Соло перестал жевать и подмигнул. Гримасничал он умышленно, чтобы снять с нее напряжение, или просто решил поразмяться, для нее так и осталось загадкой. От Соло можно было ожидать, чего угодно. В любом случае его мозговая активность была столь напряженной, что разрядка в виде ребячливых выходок ему была просто необходима, и Уна прекрасно это понимала.

— Мы работали синхронно, на разных концах Талатона. — продолжил он, имея в виду Пита. — В настоящий момент, по сообщению сверхсветового, информационного канала юноше нужна помощь. Чистая волна работает на меня и передает мне его послания.