Наследники Слизерина (СИ) - Широбокова Елена - Страница 36

— Доб’гый день, можете садиться, — торопливо скомандовала она, даже не успев оглядеть класс и заметить, что никто еще не успел встать. — Меня зовут п’гофессо’г Аугэ, — торопливо продолжала она, кидая плащ на спинку стула, а свою сумочку на учительский стол. — Я буду п’геподавать Фе’гтайдигунг геген ди дунклен кюнсте.

Сказать, что все присутствующие от такого заявления выпали в осадок — не сказать ничего.

— То есть, я имею в виду Защиту от темных искусств, — спешно поправилась женщина, видя потрясенные лица учеников.

Несколько человек, в том числе Белла, покатились со смеху.

Профессору это явно не понравилось. Она обвела класс грозным взглядом, от которого ученикам сразу стало не по себе. Только теперь все заметили, что под очками у нее довольно неприветливые маленькие черные глазки.

— Сегодня мы с вами ‘гассмот’гим план занятий на текущий учебный год, — невозмутимо продолжала Ауге и отточенным взмахом волшебной палочки развернула многосекционную классную доску.

От следующего мановения вверх поднялся кусочек мела и стал с бешеной скоростью вычерчивать какую-то схему.

Студенты сразу же закопошились, спешно пытаясь перенести все это в свои пергаменты, едва поспевая за пояснениями профессора.

— В этом году мы изучим основные особенности темной магии…

— Ну наконец-то! — радостно прошептала Белла, не поднимая головы. — Я уже думала, мы никогда до нее не дойдем!

— Темная магия, как п’гавило, является боевой, но имеет и другие назначения, кото’гые мы ознакомительно ‘гассмот’гим в конце ку'гса.

— Интересно, что это за значения… — бормотала Белла, бешено строча свой конспект, целиком и полностью охваченная жаждой знаний.

— А сейчас запишем неп’гостительные заклятья и их основные ха’гакте’гистики, — как по накатанной диктовала Аугэ. — Импе’гиус — боевое заклинание, не п’гиносящее видимого физического в’геда, однако полностью па’гализующее волю же’гтвы и побуждающее к сове’гшению действий в соответствии с п’гиказами нападающего; звучит как «Име’гио». Следующее непростительное заклятие называется…

— Подождите! — прервала ее Белла, поднимая левую руку, правой все еще продолжая писать. — Не могли бы вы уточнить, как именно работает это заклинание.

— Эффекты данного заклинания и его последствия с п’гиме’гами вы можете самостоятельно ‘гассмот'геть по учебнику, — недовольно пояснила Аугэ.

— Нет-нет, я имею ввиду, как его правильно произносить и что нужно для того, чтобы оно сработало, — пояснила Белла. — Дело в том, что в нашем учебнике ничего об этом нет.

— А зачем Вам это? — удивилась Аугэ, взявшись двумя пальцами за дужку очков.

— Ну как же… — в свою очередь удивилась Белла.

— Вы хотите, чтобы я научила Вас неп’гостительным заклятиям? — с истерической ноткой в голосе поинтересовалась Аугэ.

— Ну да…— растерянно ответила Белла.

— Мисс… как Вас?

— Блэк.

— Мисс Блэк, Вы сами слышите, о чем Вы п’госите?

— Разумеется, — ответила Белла уже гораздо тверже, недоумевая, с какой стати эта маленькая гарпия на нее набросилась.

— А Вас случайно не инте’гесует как применять К’гуциатус и Авада Кедав’га? — с вызовом спросила Ауге.

— Интересует, — холодно и невозмутимо ответила Белла, пытаясь поймать бегающий взгляд профессора.

— Да неужели? — спросила Аугэ уже более сдержанно, но было видно, что это ей стоит неимоверных усилий. — П'гидя в Хогва’гтс Вы полагали, что из Вас тут сделают темного волшебника? П’гостите, это не ко мне! — эффектно отрезала она и повернулась к другой части класса, видимо, намереваясь продолжить лекцию.

Белла собиралась пропустить грубость мимо ушей, но такое презрительное сравнение с темным волшебником ее чрезвычайно задело. Она попыталась вскочить со стула. Рабастан, предвидя это, крепко вцепился в ее локоть обеими руками.

— То есть, Вы хотите сказать, что есть способ защититься от темной магии, не владея ею? — бросила Белла профессору в спину, с трудом сдерживая злость.

— Ну конечно! — снова поворачиваясь к ней, раздраженно ответила Аугэ так, будто бы озвучивала прописные истины.

— Но как? — искренне удивилась Белла.

Аугэ на мгновение замолчала, и ее плоские аккуратно накрашенные губы задергались.

— Уметь защищаться — не значит уметь убивать, мисс Блэк! — наконец, выговорила она.

— А что же я буду делать, если кто-то захочет убить меня?

— Так, все! По-моему, вы п’госто издеваетесь! — отрывисто произнесла Аугэ и двинулась в сторону своего стола.

Она резко схватила свиток с перечнем учеников и данными об их успеваемости. Некоторое время судорожно там что-то искала, затем резко подняла глаза, прищурилась и посмотрела на Беллу так, точно пыталась разглядеть нечто невиданное доселе.

— Так Вы, что, ста’госта? — вдруг возмущенно спросила она.

— Ну да.

— Так что же Вы тогда себе позволяете?!

— Прошу прощения, профессор, — вкрадчиво проговорила Белла, уже отчаявшись добиться от Аугэ чего-то дельного и памятуя о том, что еще целый год предстоит у нее учиться, — я вовсе не хотела Вас расстроить.

— Что ж, я вижу, Вы хо’гошая ученица, и не понимаю, что на Вас вд’гуг нашло, — проговорила та, немного успокаиваясь. — На этот ‘газ я Вас п’гощаю, но если Вы будете и вп’геть мешать мне вести у’гок, я буду вынуждена ошт’гафовать Ваш факультет на двадцать очков.

— Оштрафовать? Меня?! — усмехалась Белла, рассказывая о случившемся Краучу, когда они вдвоем прогуливались возле замка на перемене.

Толпа спешащих учеников старалась, по возможности, не натолкнуться на двух старост Слизерина, деликатно их огибая.

— Вот она тупица! Ведь я могу сама снять очки с кого угодно… а ну немедленно слезли оттуда! Минус десять очков Гриффиндору! — вдруг заорала Белла через всю лужайку трем первокурсницам, с непонятной целью забравшимся на здоровенный валун у берега озера.

Услышав крик, девочки с невероятной прытью спрыгнули на землю и умчались прочь.

— Разве в правилах школы сказано, что нельзя залезать на камни? — иронично усмехнулся Барти.

— Не знаю, что там в правилах, но они могли упасть в воду или подвергнуться нападению гигантского кальмара… — лениво протянула Белла, подставляя лицо мягким лучам осеннего солнца.

— И еще они были из Гриффиндора, — иронично прибавил Барти.

— Правда? — удивилась Белла — Я плохо их разглядела, если честно…

Крауч захохотал.

— Если не знаешь, кто виноват, наказывай Гриффиндор — не ошибешься, — заметил он и, возвращаясь к их прежнему разговору, прибавил. — А зачем тебе вообще дались эти непростительные заклятия?

— Как зачем? — Белла изумленно на него посмотрела. — А ты считаешь, что не нужно ими владеть?

— Ну-у… — замялся Барти. — Пожалуй, неплохо было бы уметь применять Империус. Я бы заставил папашу поковыряться в носу во время заседания Визенгамота.

Белла засмеялась, оценив шутку. Противостояние Барти со строгим и бескомпромиссным отцом уже стало притчей во языцех.

— Ну а зачем, к примеру, тебе бы понадобилось заклятие "Круциатус"? — продолжал Крауч.

— На случай, если мне нужно будет что-нибудь узнать, — ответила Белла, подумав.

— Что узнать? — насторожился Барти.

— Ну, мало ли… что-нибудь важное.

— И ты стала бы пытать человека?!

— А вдруг он знает что-то такое, от чего зависит чужая жизнь или даже много жизней?

— Ну-у… — задумался Крауч, — я бы попробовал найти другой способ выяснить эту информацию.

— А если другого способа нет, или времени нет? — не сдавалась Белла.

— Что ж, допустим, — согласился Крауч. — А зачем тебе Авада Кедавра?

— Тут все совсем просто. Я бы ее использовала, чтобы убивать своих мышей.

— Мышей? — ужаснулся Барти. — Ты, что, их убиваешь? Зачем?!

— Дело в том, что из-за постоянных экспериментов с заклинаниями и зельями они калечатся и начинают сильно болеть. В крайних случаях мне приходится их травить, чтобы не мучились, но Авада Кедавра была бы гораздо быстрее и безболезненнее.