Наследники Слизерина (СИ) - Широбокова Елена - Страница 52

Статья Аллена произвела фурор. Многие чистокровные волшебники были оскорблены до глубины души и все как один сетовали на отсутствие каких-либо решительных ответных действий. Что же касается той части магического сообщества, которая питала лояльность к маглам, то там мнения разделились. У Аллена появились радикальные поклонники, считающие, что поднять эту тему «давно пора», и противники, заявляющие, что перемены нужны, но подходить к ним надо осторожно и постепенно, а резкие шаги приведут к непредсказуемым социальным последствиям. Само собой, была и третья группа тех, кто не интересовался сутью вопроса, но заранее выступал против любых действий, могущих спровоцировать общественные волнения и конфликты.

Позже, осмысливая этот разговор, Белла пришла к выводу, что мир вполне созрел для появления такой силы как Пожиратели смерти, и, как минимум, треть магического населения, вероятно, их поддержит. Противоборствующая сторона, конечно, тоже выглядела внушительно, но, в конце концов, что могут жалкие грязнокровки, полукровки и прочие недомаги сделать с хорошо организованной группой умелых чистокровных волшебников?

Своими новыми соображениями она поделилась с друзьями, едва только они вошли в свободное купе Хогвартс-экспересса и наложили на дверь заклинание «Оглохни».

— Что-то будет! — возбужденно рапортовал Рабастан. — Ты бы видела, что сейчас творится у нас дома! Все на взводе! Все ждут от Темного Лорда приказа! Он только вчера вернулся из своей поездки и дал понять, чтобы Пожиратели были начеку!

— А мы, как назло, уезжаем в Хогвартс и все пропустим! — с досадой воскликнула Белла.

— А как же задание Темного Лорда? — обеспокоенно спросил Крауч.

— Да не будет никакого задания, — мрачно вздохнула она. — Мы ведь теперь не сможем отлучиться из Хогвартса до зимы.

— А что, если задание будет касаться Хогвартса… — загадочно произнес Рудольфус.

— Но что мы можем сделать в школе? — скептически возразила Белла. — Да еще и под носом у Дамблдора. Может, Темный Лорд хотел дать нам задание, да передумал? Мало ли, что произошло с ним в поездке.

— Или оно будет вовсе не таким, как мы полагали… — продолжил Крауч эту неоптимистичную мысль. — Например, нам скажут вербовать новых сторонников. Как Руквуд. Будем собирать учеников в этой жуткой развалине и рассказывать о том, как здорово быть Пожирателем смерти.

— О не-ет! — простонала Белла. — Я не буду этого делать! Ненавижу собрания!

— А зачем же тогда она выучила то странное заклинание? — возразил Рабастан.

— Ну, не знаю… для того, чтобы произвести впечатление на новичков, может быть, — предположил Крауч. — Сами посудите. Это всего лишь изображение. Ну какой от него еще толк? Руквуд показывал нам метку у себя на руке, а Белла будет показывать на потолке.

— Не буду я ничего никому показывать! — обиженно заявила она. — Не для того я убила все лето, чтобы распинаться перед этими балбесами! Пусть верят на слово! — она скрестила на груди руки и сурово уставилась в окно.

Белла очень надеялась на то, что Темный Лорд поручит им какое-нибудь интересное задание, может быть, даже решающее для их общей борьбы, а тут такое разочарование!

Вдруг в дверь купе постучали, и все четверо пассажиров вздрогнули.

— Крауч тут? — неуверенно спросил протяжный гнусавый голос из коридора.

— Тут! — отозвался Барти и, сняв заклинание, отворил раздвижную створку.

В купе зашел семикурсник. Высокий сутулый очкарик с маленькими глазками, делающими его немного похожим на крота, облаченный в форменную мантию Когтеврана. Белла и Барти хорошо его знали, поскольку он был одним из старост.

— Кенди просила напомнить, что пора делать обход поезда, — сообщил он.

— Конечно, Нерд! — Крауч послушно поднялся с сиденья, складки его мантии расправились, и на груди блеснул значок старосты школы.

Об этом приятном для себя повышении он узнал месяц назад. А вышеупомянутая Коралина Кенди была его напарницей, старостой школы из Гриффиндора.

— А Блэк не идет? — заносчиво поинтересовался Нерд.

— Не идет, — сквозь зубы процедила Белла, поспешно пряча значок за воротник мантии, что, впрочем, было бесполезно, поскольку Нерд прекрасно знал, кто она такая.

— А почему? — дотошно поинтересовался он.

Белла гневно закатила взгляд к потолку.

— Да куда столько народу? — вспылила она. — В каждый вагон хотите по человеку поставить? Я вам, что, кондуктор?!

— Все старосты должны идти, — невозмутимо заметил Нерд .

Издав гортанный звук, выражающий крайнюю степень негодования, Белла вскочила на ноги, едва не поломав маленький купейный столик.

— Ну что встали в дверях? — накинулась она на парней. — Раньше начнем — раньше закончим!

По дороге Нерд сообщил, что остальные старосты уже на обходе, а им троим осталось обследовать хвост поезда. Туда они и направились самым нелепым образом, следуя друг за другом, как детский паровозик. Белла гневно шла вслед за товарищами, думая о том, что нашлет летучемышиный сглаз на каждого, кто вздумает нарушать сегодня порядок. Но везде было на удивление спокойно, не считая самого последнего вагона, где царило подозрительное оживление, и куча народу толклась в коридоре. На драку или ссору было не похоже. Ощущение складывалось такое, будто в дальнем конце вагона кто-то что-то продает.

— Расступитесь! Расступитесь! — гнусавил Нерд, идущий впереди патруля.

Остальные двое протискивались следом. Уже порядком взбешенная Белла пару раз бесцеремонно применила отталкивающее заклинание, чем напугала учеников, и те спешно стали скрываться в своих купе.

Причиной столпотворения и объектом всеобщего внимания оказались несколько девочек-шестикурсниц из Гриффиндора. Они стояли рядом с небольшим складным столиком, усыпанным яркой печатной продукцией и какими-то безделушками. Лидер группы несомненно угадывался в странной девушке, одетой по-магловски, да еще и увешанной чем-то блестящим с ног до головы, точно рождественская елка.

Старосты подошли ближе и девочки расступились.

— Что здесь такое? — деловито поинтересовался Нерд, насколько деловитость вообще могла относиться к его меланхоличной внешности и противному голосу.

При появлении сразу трех стражей порядка создатели столпотворения перепугались и не сразу нашлись, что ответить.

— Вы этим торгуете? — продолжал допрашивать Нерд, пытаясь своими полуслепыми глазами разглядеть то, чем была увешана девочка.

Крауч почему-то застыл на месте и тупо таращился на нее во все глаза.

Понимая, что пора брать ситуацию в свои руки, Белла растолкала коллег и подошла к странной девочке вплотную. Теперь она увидела, что "блестяшки" являются ничем иным, как маленькими серебристо-фиолетовыми значками ромбовидной формы с непонятной аббревиатурой. Впрочем, за расшифровкой далеко ходить не пришлось. На столе стопками лежали пестрые листовки.

Зрение у Беллы было прекрасное, и она без труда прочла текст: «Фронт борьбы за права немагов и иных несправедливо обделенных категорий магического населения». Высокое качество глянцевой бумаги и профессиональная типографская печать немедленно бросились ей в глаза.

— Это же Маландра Аллен! — чуть слышно прошептал Крауч Белле в ухо, продолжая таращиться на странную девушку.

— Я уже поняла, — ответила Белла ледяным тоном, даже не подумав понизить голос.

Маландра была бесцветной и весьма несимпатичной девушкой: выгоревшие русые волосы, почти незаметные брови и ресницы, маленькие ни то карие, ни то зеленые глаза и круглое лицо с восторженно-глуповатым выражением, точь-в-точь как у ее отца. И уж совсем было непонятно, чего ради она увешалась таким неадекватным количеством этих значков.

— Ты это распространяешь? — холодно спросила Белла, оттянув один из значков у Маландры на груди и сверля бедолагу таким въедливым взглядом, точно змея полевую мышь.

— Я… — залепетала Маландра. — Я, просто… мой отец…

Ее подруги стояли неподвижно и не издавали ни звука. По школе о Белле ходили разнообразные слухи, отчасти порожденные ее реальными действиями, отчасти придуманные. Но, так или иначе, не каждый рискнул бы с ней связываться.