Кинтарский Марафон - Чалкер Джек Лоуренс - Страница 220

— Откуда это тебе известно, капитан? — спросила Модра.

— Да, пожалуй, я приму это звание вновь. Кажется, меня назначили — тем самым пустым сосудом. Вот зачем им нужен был Нуль. Это не обязательно должен был быть я, конечно. Дело в том, что я не скован рамками опыта. Те инструменты, что они дали нам, эффективны, но тот, кто вырос, тренируя Талант, будет использовать их так, как ему привычно, полагая, что они работают так-то и так-то. Но они работают несколько по-другому. Их надо использовать интуитивно, без предвзятости. Любой из вас может использовать их правильно, но я с большей вероятностью добьюсь успеха. Если со мной что-нибудь случится, их придется использовать кому-то из вас. Джозеф — ты, скорее всего, номер второй, поскольку у тебя тоже есть военная выучка, и ты вырос гипнотом, несмотря на твои теперешние Таланты. Кто будет следующим — знают только боги. И, возможно, кто-то из вас.

— Оно… оно дало тебе эти инструменты, Гани? — изумленно спросила Криша.

— Нет. Вы все несете инструменты. Я же использую их. Джозеф, в нашем походе ты почти так же важен, как и я, потому что мы вместе сможем вытолкнуть его за дверь, но без миколианца не сможем ее запереть. Это лишь ненадолго задержит его, и мне вовсе не улыбается провести вечность в каком-то иномирном аду, подпирая дверь. Мы должны работать, как единая команда. Боевая единица. И конечно, нам будет нелегко. Вероятность того, что нам удастся хотя бы выстрелить в него… ну, примерно такая же, как шанс пройти первую станцию, добраться до Города и вернуться живыми.

— С чего начнем? — спросил Джимми. — Как нам хоть найти-то этого Великого Князя Тьмы?

— Долгие годы, судя по всему, он сам находил нас, и у него получалось весьма неплохо, — хмыкнул Чин. — Именно так мы и должны поступить. Он может быть где угодно, так что нам придется заманить его туда, где мы находимся сами.

— Джозеф, что скажешь? Кваамил — твоя родина, — заметил Чин.

— Ты про ту могучую волшебницу, якобы превратившую в дролов целую армию? Я ни разу ее не видел, но, пока разведывал, слышал несколько ее описаний. Слишком мало для полной уверенности, но бьюсь о заклад, это Калия. И если это так, она наверняка обоснуется в улье Лорда Скуазоса, просто потому, что он рифиан. Он держит терран и дролов, созданных из терран, как рабов, или как домашний скот, говорите как хотите. Заставить его пресмыкаться или, еще лучше, подложить под себя — вот ход ее действий. Она уже разобралась с кланами, которые возглавляли терране. Скуазос как раз в центре всего. Если править из его улья, то можно контролировать всех Лордов Кваамила. Но такой мощи ей нипочем не дадут, и у нее ни за что не хватило бы терпения научиться ею пользоваться, даже если бы и дали. А значит, с ней по меньшей мере один из Князей, а может, и не один, и еще армии рядовых Кинтара. Гиблое место.

— Но это и центр тьмы, растущей над Миколем, — заметила Тобруш. — Если он подвергнется опасности, Механик наверняка появится, чтобы исправить положение.

— Именно то, что я хотел сказать, — сказал капитан. — Мы не беззащитны. Вы поймете это по пути. По одному мы сильны, но им не ровня. Вместе, объединившись, им нас не победить! Все Кинтара, даже князья — индивидуалисты и эгоисты. Каждый мнит себя будущим богом или полубогом. Как вы тогда перебили их в ином мире, так же мы можем побить их и здесь, во плоти. Но наша величайшая сила скрывает и величайшую слабость.

— Тебя послушать, так все легко, заметил Джимми.

— Нет. Шансы против нас так же велики, как и против Трех, действовавших в прошлый раз. Если Кинтара удастся нас обособить, разделить нас, мы станем уязвимы. Если это произойдет, все ментальные связи, да что там, все наши знания также исчезнут. Вы даже не вспомните, где вы и как сюда попали. Это важно, потому что если они хоть на секунду заподозрят, что наша единственная цель — выманить Механика, то он ни за что не придет. Но, конечно, они ни на минуту не заподозрят ничего подобного. Они будут считать, что у нас есть какой-то щит. Если кого-нибудь из вас схватят, вам предложат все, что угодно. В буквальном смысле. И хуже всего то, что с их могуществом они вполне могут исполнить свое обещание для одного человека; их кодекс даже требует так поступить. Но, хоть вы и не вспомните, как все было, знайте, что согласиться означает продаться им, абсолютно и безвозвратно — вы станете их активными союзниками, вроде Калии. Вам не удастся их обмануть, да они и не позволят. Это-то вы поймете.

— Мы понимаем, — сказала Криша.

— Затем, если им не удастся купить вас, они попробуют вас запугать, как в том чертовом Городе. А могут сначала запугать, потом подкупать, или вперемежку. Делают они это весьма убедительно. Вам покажется, что вы остались одни, и на вас опрокинутся всевозможные ужасы. Если вы сломаетесь под их давлением, они получат удовольствие, но больше вы не будете представлять для них ценности. Если вы будете держаться, если останетесь непокорны, мы вытащим вас оттуда, но вы должны держаться и без надежды. Если вы сдадитесь, вы будете прокляты, и все, что они заставят вас видеть и чувствовать, станет реальным, необратимым, и больше вас ничто не спасет.

Угроза была серьезна. Криша вспомнила, как в Городе ее поглотила тьма, когда один из Кинтара захватил ее разум.

— Как же мы сможем держаться, если не будем надеяться?

— Мы здесь потому, что выжили, не сдавшись им. Некоторых изрядно поломало, но даже это укрепило вас. Вы остались верны, остались на нашей стороне. Ваша внутренняя сила должна поддержать вас. Вбейте это себе в голову! Отрицание! Им не достанется удовольствия лицезреть вас пресмыкающимися, что бы они ни делали! До каких бы низостей они ни снизошли, знайте, что внутри вас есть нечто, им недоступное! И пока оно остается с вами, мы можем вас вытащить — и вытащим.

— Ты уверен, что говоришь про Кинтара? — иронически хмыкнул Джозеф.

— Именно. На самом деле все это нетрудно. Нужно лишь обнаружить вас или Кинтара, который вас схватил. А потом сразиться с демоном. У нас есть психические — или основанные на иной физике, называйте как хотите, — средства активной защиты, так что ему достанется крепко. Возможно, достаточно будет просто отвлечь его, чтобы освободить вас. У нас достаточно снаряжения, и физического, и ментального, чтобы это сделать. Я молюсь, чтобы ни один из нас не попал им в лапы, но не следует недооценивать врага, и мои молитвы могут не помочь.

— Погоди, капитан! В столице мы видели записи прорыва на Радужном Мосту, — заметил Джимми. — Их все же реконструировали, как бы кое-кто, не будем показывать пальцем, ни пытался их уничтожить. Нам показали их перед отправлением, и они очень похожи на то, что рассказал Трис Ланкур, когда считал память погибшего цимоля. Они стреляли в этих тварей в упор, из тяжелого оружия, но те даже не моргнули! А тот корабль, про который мы думали, что они его взорвали — там же такой кошмар творился! Все с ума посходили!

Ган Ро Чин вздохнул.

— Да. Я так и думал про корабль. Должно быть, они смогли взять достаточно энергии от станции, чтобы транслировать туда свои обычные ужасы. Но их иммунитет к обычному оружию — довольно естественная вещь. Возможно, это потому, что они лишь оболочка чего-то другого. Если судить по тому вулканическому миру, где мы были, я бы сказал, что они еще и огнеупорны. Тем не менее, они дышат, спят, э-э… едят, но добраться до них естественным образом сложно — хотя я полагаю, что существуют и другие способы драться с ними. У них все же есть уязвимое место, вот здесь, — он показал на свою грудь, — между сосков, ниже грудины, там, где у терран находится сердце. Если воткнуть сюда любой заостренный предмет, то будет задет жизненно важный орган. Они умрут. Но бить нужно только спереди. Сзади у них под кожей хитиновые пластины, которые если и не остановят удар, то в любом случае отведут его.

— Великолепно. То есть, они будут стоять и ждать, пока мы не воткнем им в сердце осиновый кол? — саркастически спросил Джимми.