Золотая рыбка в мутной воде (СИ) - Торрентон Билли-Боб - Страница 106

Потому все было возвращено на свои места — печати в том числе. Надеюсь, Пелер всего лишь освоил некоторое количество полезных в быту простейших заклинаний — из числа доступных не-магам. Не хотелось бы нарваться на обученного колдуна, даже низшего уровня.

Бросив взгляд на большие часы, мирно тикающие на столе, с удивлением понимаю, что провозился почти час. Наверное, стоило было бы просто уйти и перекантоваться до завтра — когда придет экспресс на столицу — у старины Менера. Ведь не факт, что Пелер вернется сюда. И вернется если не один, то лишь с этой пятеркой, а не с сотней головорезов. Но, пожалуй, я все же попробую его подождать.

В качестве укрытия выбираю комнату, примыкающую к спальне Пелера, но дальше по коридору от лестницы — я еще снаружи обратил внимание на слегка перекошенные ставни. Перекошены они не сильно, но вход во двор и дальняя сторона улицы просматриваются замечательно, увеличенный за счет перекоса сектор обзора позволяет. Вдобавок тут обои местами содраны и на стене, отделяющей меня от апартаментов Пелера, видна трещина, закрытая с той стороны лишь бумагой.

Опаньки, а вот и тот, кого так ждали… Надо же, и Ксивен с ним. К чему бы это? Так, а одного из пятерки нет. Побежал куда с поручением? Скорее всего. Ладно, он мелкая сошка. А вот то, что Пелер привел Ксивена сюда, предполагает два варианта — либо Ксивен здесь и останется, поскольку мешает Пелеру, готовому наплевать на запрет и убить графа Урмарена до того, как тот покинет Ханаран… либо Пелер не намерен здесь больше оставаться. Даже на эту ночь.

Так, один завис у ворот, присев на заранее вытащенный к ограде стул, другой явно отправился на задний двор. Остальные "пришельцы" двинулись к крыльцу и вскоре я потерял их из виду. Зато они вошли в зону слышимости.

Один из молодчиков бывшего сержанта заглянул в мою комнату. Он явно не ожидал заметить здесь какие-то изменения и, не увидев ничего необычного в расположении мебели, накрытой пыльными чехлами, закрыл дверь. Громко так закрыл. Похоже, без шума выйти не получится — рассохшиеся створки закрылись плотно, со скрипом и хрустом. Хорошо хоть ключ в замке не повернул. Впрочем, его там не было. Ключа.

Ладно, это потом. Пока аккуратно перемещаюсь к щели в стене. Оттуда доносится разноголосое "бу-бу-бу". Прижимаю ухо. Ага, Пелер, Ксивен, кто-то из людей Пелера… нет, этот получив распоряжения, уходит — слышны удаляющиеся шаги, потом хлопает дверь. Звук откупориваемой бутылки, шум льющегося вина. Слышно хорошо, хотя они в "кабинете" — голые стены плохо поглощают звуки. Скрип, похожий на старческий стон — кто-то сел на диван. А этот скрежет означает, что его собеседник предпочел стул.

— Да, симпатичное гнездышко. Немного грязновато, но уютно, — узнаю голос Ксивена.

— Неплохой домик. Запущенный, согласен, но крепкий. И просят немного. Может, и поселюсь потом. Только уже в открытую. Если, конечно, вернусь в Тигуру.

— Что-то может помешать? — с чего ему так весело?

— Вряд ли это случится скоро. Может, передумаю еще, — философски отвечает Пелер. У этого тоже настроение какое-то… благодушное. Судя по голосу.

— Тебя надолго выпустили? — снова он. Уже совершенно иным тоном.

— Не очень. Маркизе кое-что понадобилось, самой ей выходить нежелательно, я за нее пройдусь по дамским магазинчикам.

— Успеешь?

— А уже. Часа два точно есть, пока мои попутчики на рынке управятся. Им там много чего надо.

— Это хорошо. Что его светлость?

— Не знаю. Но, по-моему, он не особенно расстроился, когда я в город собрался.

— Может, у него встреча с кем-то?

— Чего не знаю, того не знаю. Любопытствовать не рискнул. Нутром чую, подозревает он меня. Не знаю только, в чем именно. У него фантазия богатая…

— Может, лучше тебе не возвращаться?

— Пока бояться нечего. Будь он уверен, ему доказательства и улики не требовались бы. Серая Стража это тебе не Департамент охраны порядка. Сам знаешь. Пока что ко мне претензий не больше, чем к любому другому. А сбегу сейчас — тогда до смерти прятаться придется.

— Грохнуть его все-таки надо… — гнет свое Пелер.

— Я же сказал: в Ханаране его трогать нельзя. Никто не будет разбираться, что он здесь делал. Все перетряхнут и перевернут. И наверняка найдут что-то, чего найти не должны.

— Да понял я, понял. Еще и телеграмму от Глотара получил. Тоже считает, что надо дать графу добраться до Тероны. Там у него врагов куда больше.

— Вот, а я про что говорю. Но в чем соглашусь, так в том, что тянуть с этим нельзя. Пока он не понял, против кого на самом деле идет.

— Хочешь сказать, старый индюк недостаточно замазан?

Это он случаем не принца Бархариха имеет в виду? Ксивен подтверждает мою догадку:

— Вообще-то он как дядя императора изначально главный подозреваемый в любом возможном заговоре. После того как он в молодости с энтузиазмом вляпался в несколько дурацких историй, он, наверное, даже в уборную один не ходит. Я про суровую реальность говорю, а не про то, как он ее видит.

— В смысле?

— Я про то, что он думает, что облегчается в приятном одиночестве, а на деле кто-то все слушает, разглядывает, а может быть, даже ковыряет, разглядывает на свет и нюхает… — поясняет телохранитель маркизы. Пелер фыркает:

— Да ну тебя! Хорошо хоть завтрак был давно, а для обеда еще рано… Так он что — вовсе не при чем?

— Да как тебе сказать…

— Да как-нибудь скажи.

— А оно тебе надо? Если попадешься — сможешь умереть героем. А будешь знать — ославят предателем.

— Скажешь еще, герцог тоже чист… словно белый лист?

— С чего ты так решил?

— А чего ж тогда Урмарена нельзя трогать, пока он границу Ханарана не пересек?

— Ты же не дурак, Пелер, хоть сержантом прикидывался весьма убедительно. Подумай сам — кому этот герцог нужен на троне империи, кроме собственной кодлы? Даже ахтурская семейка предпочтет договориться с Бархарихом, потому что своего главу им не пропихнуть.

— Тогда почему?

— Да ну тебя, в самом деле. Неужели не понимаешь, что чем больше подозреваемых, тем лучше? В мутной воде легче оставаться не замеченным. Как думешь, никто не увидит связи между тем, что Урмарена здесь никто не тронул, и амбициями герцога? При "великой дружбе" между "серыми" и "красными"? Нашему делу такая каша только на пользу будет. Ты вот лучше объясни, каким ветром тебя в Меленгур занесло? Я уж, грешным делом, начал подозревать, что тебя списали. Ты же…

— А что тут говорить… — хмыкает Пелер. — Вляпался там… в одну историю. Дурацкую. Из-за бабы. Едва не погорел по-настоящему. Повезло, что дознаватель попался из тех, кто благодаря родне по службе продвигается. Все ему враз понятно стало. Был бы там какой служака позубастее, я бы уже в рудниках кайлом махал на благо империи, если бы вообще жив остался. Спасибо Глотару, что оформили как обычный перевод по ротации, и личное дело подчистили, на случай, если б в Меленгуре кто захотел на него в центральном архиве взглянуть. А Меленгур — почти курорт… по сравнению с Лариньей.

— Ну надо же… А про Ларинью ты зря так. Там сейчас тихо. Опять же грибы, ягоды…

— Тьфу на тебя! Там во всей провинции жителей меньше, чем в Тероне даже без пригородов! Со скуки сдохнуть можно!

— Со скуки? Прогуляйся при случае по Мертвому тракту от Сонейты до Ортинской пустоши — незабываемые впечатления гарантирую… Если живым дойдешь, конечно.

— Сказки все это!

— Сказки, говоришь? Этот Таннер, между прочим, прошел там…

— Ну так жив и здоров вроде, что, нет?

— Ага. Только память о прогулке ему начисто отшибло, по-моему. И о Ларинье тоже.

— С чего ты взял?

— Понимаешь ли… Бывал я в Ларинье. Давно, но бывал. И провел там достаточно времени, чтобы понять, что Таннер там либо не бывал вовсе, либо забыл о ней начисто. Я бы выбрал первый вариант, но он порой выказывает незнание вещей, которые положено знать с младенчества, где бы в империи ты не родился.