Дождь в полынной пустоши (СИ) - Федорцов Игорь Владимирович - Страница 31

ˮОтличная задница в седле держаться,ˮ − отметил Колин посадку наездницы. Хорошее в человеке достойно всяческого восхищения.

Площадь Святого Эгигара приветствовала плеском фонтанных струй и сотней вспорхнувших птиц.

Скар истово осенился святым троеперстием. Святой покровительствовал воинам. Его молодой приятель поморщился и отвернулся.

− Зря ты так, Вигг, − укорил виффер*.

− Ты Ллей, скажи это тем, кто на Тоджском Всполье остался.

Скар осуждающе покачал головой.

− Все одно зря.

Хлебная она Хлебная и есть. Епархия настроила печей, где желающие, за плату, пекли хлеб для своих семейств.

Рыбная. Торгуют рыбой с лотков, корзин и тачек Мелочью на вес или плетушками. Покрупней по счету, а крупную пядями. А как еще продавать, еже ли белуга в две сажени длинны и толщиной с бревно?

Королевские Прачки. Сисястые, горластые, с подобранными рукавами и подоткнутыми юбками, бойкие бабенки кипятили и парили тайны чужих простыней.

Повернули к набережной. Хлопали, сникая паруса шнек, плехали весла галер и лодок, стукались бортики вертлявых яликов. Вдоль канала, как в трубу, дул пронизывающий ветер с моросью. Ехать тесно. Пространство забито и завалено тюками, ящиками и мешками. Работяги галдят не меньше чаек. Грузят, таская с берега на борт. Выгружают, суетясь по сходням.

Будничность развеяли сорок отменно вооруженных всадников, сопровождавших крытую повозку. Транспорт тяжело скрипел и стучал стальными ободьями по мостовой. Плотный строй таранил зевак. Умные шарахались прочь без напоминаний.

− Эсм! - предупредительно гаркнул едущий первым копейщик с баннеролью. За стальной личиной не видно лица, но его хорошо знают.

Любопытная встреча. Кто кого? Младшая династическая корона или малая корона солера?

Гранда и не думала оспаривать преимущество проезда первой. Всадников пропустили проехать.

По набережной продвинулись к мосту. Горгульи караулили въезд с этого берега, драконы с того.

− Мост Святок, − объявил клирик.

− Причем тут чудовища? - спросил Улф, пораженный мастерством. Монстры как живые.

− Святки есть пережиток язычества. Помрете, будут испытывать, истинно веровали или колядовали на Солнцеворот.

− Чего испытывать-то? - не понял новик.

− Веру, саин. Веру.

Слева выступал величественный собор Пяти Архангелов. Пузырь купола главного нефа, сверкал сусальной позолотой и белизной мрамора. За собором − Старый Королевский дворец. Удивительно ажурное и воздушное здание. С лепниной, арабесками, тонкими колоннами и прочими легкомысленными и ненужными украшательствами.

− Прежний король здесь жил. Нынешний повыше перебрался, − пояснил Ллей, опередив замешкавшегося клирика.

Факт любопытный, но мало кому интересный. Что в старое жилище, что в новое, ход новикам закрыт.

− Сразу бы сюда и ехали, - недоволен Улф. - А то кружим, что грачи над пахотой.

При любом упоминании короля или королевского, у парня начиналось ерзанье и зуд. Желтуху* тот ему вылечил, что ли?

Площадь Весов. Монструозное сооружение предназначено пугать, но не восхищать.

− Вот на таких и взвесят наши грешные души, − смирен и скорбен клирик предопределенности судеб. - В правой добрые дела, в левой худые. По перевесу и ответ держать.

− И прямиком в ад, − посмеивается Вигг немало не беспокоясь о небесных карах.

− Таково человеческое бытие. Родиться, умереть и быть судимым за деяния, − наставляют новиков.

− И долго нас будут таскать? - вопрос от Риммона, но выразил он чаяния всех.

− Сколько потребно, − заверил клирик с опечаливающей уверенностью.

− Весь день пропал, − недоволен молодой скар. В родном городе для него диковинок нет. - Маятно.

− Тебе лучше в Сороку махнуть. Или в Веретено, − выговаривал виффер молодому повесе. − Вот уж где весело. И пьется и естся. И бляди хоровод водят, и честные давалки. А лучше сразу в мыльни. Там этого добра на выбор. В первозданной красе.

− От горбатой до прямой, − не прочь проследовать в указанные места Вигг .

− Давно к лекарю бегать перестал? − напомнил ему Ллей.

− На то и лекарь, к нему ходить, − не особенно унывал молодой скар.

Дружеская перепалка заинтересовала новиков больше, чем красоты Старого Королевского дворца.

Собачиться скары закончили у ˮМечей и Свиристелкиˮ. С крыльца охрану приветствовали знакомцы и сослуживцы, разной степени шатания и качания.

− Где еще можно выловить этих обормотов, − помахал в ответ Ллей.

− Сам говорил, настоящий мечник умрет либо в бою, либо в кабаке. Раз войны нет...

− Тьфу на тебя, Вигг. Накаркай, − погрозил Ллей товарищу.

−... вот они и гибнут.

ˮКак до виффера дослужился?ˮ − подметил Колин неумеренную суеверность командира скар.

Крак или Трезубец своеобразное строение. Толстенные стены, сомкнутые в колодец, одновременно являлись и донжоном и крепостной куртиной, над которой торчали три песочницы*. Въезд внутрь зарешечен. Во дворе полно мечников. На стенах предостаточно стрелков.

− Воронье, − ворчит Ллей недружелюбно.

− Замок построен три века назад, − завелся клирик. - Первый владелец барон Карро....

...труха истории посыпалась без передышки.

− А мечники ничего, - высмотрел Раммон учебный поединок. Один держал оборону против двоих. Потел, но справлялся.

Бравые обитатели Крока, блистали серебряной вышивкой по черной коже и отличным оружием.

− Виласы, − сообщил Вигг, извечный оппонент Ллея.

− Что за виласы?

− Сверкающие, − тут как тут клирик. − В старину, воины, поклявшиеся в вечной преданности сюзерену. Другому служить не станут и своего не предадут.

− В самом деле? - подивился Колин наивности утверждения.

− Прецедента не было.

− А как же Яусс? - подловил Вигг клирика на лжи.

− А что Яусс? - пожелал подробностей Улф.

Подозрительная немота одолела и клирика и скар.

На вывеске четыре подковы. В каждую заключена карточная масть: чаши, мечи, монеты и розы.

− Для вас парни лучше в такие места не попадать, − предупредил Ллей

− Азартные игры регулируются законам, − загундел клирик, помидорно краснея от усердия донести смысл им сказанного. - Нельзя проигрывать более пяти тысяч за раз или более годового дохода. Родовые земли и недвижимость к ставке не принимаются.

− Для начала их следует заложить. Нотарий ждет на втором этаже, − потешался Вигг над бумажным хорьком. - Как с пятью тысячами? − скар указал на заплатку на шоссах Улфа.

Новик смутился и потерял запал задавать вопросы.

Площадь Хехли. Бронзовый безглавый наездник вздыбил лошадь над поверженным противником.

− Герой! Еще при жизни барону воздвигли памятник за беспримерное деяние во славу короны, − с гордостью объяснил клирик.

− Это какое же? - желательны Риммону подробности.

− На своем жеребце Огненном, в одиночку, держал оборону моста против ста воинов Суэкса.

− Давно?

− Двести лет назад.

− А за то что хаживал к королеве, малость укоротили. И живого и бронзового, − подвел Вигг итог жизненного пути героя. - Его голову король держал в своей спальне.

− Королеве тоже перепало на память, − усмехнулся Колин.

− ???

− Жеребец-то - кобыла, − указал унгриец в подбрюшье бронзового скакуна.

− Ха-ха-ха! - загоготало окружение шутке. - Надо было барона спешить.... И шоссы снять.... А может не тому голову отрубили!... Не ту!.... А я-то гадаю, чего Ллей своего Брыка продал... Ха-ха-ха!

Шутку унгрийца оценили и посчитали достойным выделить из остальных новиков.

− Где это парень тебя угораздило? - спросил виффер Колина. Ллею, как и его подчиненным надоело оглядывать знакомые окрестности. Что с ними стало со вчерашнего дня?

− Охота было на охоту, − подражая молодому скару ответил унгриец.

− Понятно не за вышиванием. Только на охоте такое заполучить постараться надо. И зверь не всякий подобную отметку поставит. Особенный. О двух ногах, о двух руках.

− Обезьян, что ли? - балагурит Вигг, хлопая Колина по плечу. Исповедуйся сыне!