Дождь в полынной пустоши (СИ) - Федорцов Игорь Владимирович - Страница 38

− Для начала что-либо..., − Колин прижал один из кинжалов к столешнице и резким движением, будто смел сор, швырнул в настенную мишень. Попал. В ,,яблочкоˮ, - ...такого рода.

Кроус оторвался от важного заказа. Тот, кто умеет пользоваться оружием, навряд ли станет выбирать себе клинок, чье достоинства чернь, скань, богатые ножны, травление или еще какие украшательства.

− Гляньте на это, саин. Ковка Нидвальда. Восемь слоев отличной стали.

Из-под прилавка извлекли хитрый кожаный наручь. В кармашки воткнуты пять длинных ножей. Без ручек. Полоски металла заостренны с обеих концов.

Колин выдернул один, побросал на ладони, покрутил в пальцах не боясь пораниться об острое лезвие, постучал по металлу. Глянул цвета побежалости.

− Перекал, выкрошится заточка. Или сломаются, − объяснил он, чем вызвал удивление и уважение у Кроуса. - А похожее?

От нового предложения отказался не глядя.

− Это целые топоры!

Хозяин проковылял в кладовую и, баюкая, что дитя, принес аккуратный сверток. Развернул, расстелил вощеную тряпку.

− Что скажите?

− ???

− Витлы.

− На вид достойные, а как остальное, − Колин широким махом швырнул нож за спину, в середину щита. Послушал песню дребезжащей стали. − Пожалуй, возьму.

− По семь штиверов за штуку.

− Часть золотом.

Хозяин сглотнул. В отличие от серебра, золотой штивер не обесценивался, а только дорожал, набирая покупательскую способность.

− Шесть, − назвал он окончательную цену. На хитрый прищур покупателя сбавил еще. - Пять и пять грошей.

− Теперь...., − Колин высматривал по стеллажам и полкам, но не находил. - Э.... что-нибудь....Мммм...

Кроус не торопил. От того что скажет и как скажет, зависит и предложение.

− Мне нужен лом, − выдал унгриец.

− Простите что?

− Лом... но не буквально, а образно. Крепкий, жесткий, тяжелый клинок.

− Подождите, − засуетился хозяин. Ему найдется, что показать. Дорого, но золото лучшая рекомендация, чем внешность. С внешностью он ошибся.

Кроус сносился в клеть за футляром. Сдерживая дыхание открыл. Внутри конверт из мешковины. Развернул. Кожа с воском, а в ней...

− Гляньте. Герганские наемники таким оружием пользовались.

− Скажите, пожалуйста! - округлились и заблестели глаза у посетителя при виде меча. - Блядешка!

− Шнепфер! Шнепфер! - поправил Кроус. Ему совсем не нравилось вульгарное прозвище убийственного клинка. Как только поворачивается язык оскорблять благородную сталь?

Унгриец подхватил меч на две руки.

− Десять гривен и не золотником больше. На ладонь короче, общепринятой длины, но вес какой и положено быть, − пояснял Кроус. Не дожидаясь вопросов, оружейник выставил на стол деревянную усеченную пирамидку. - Проверьте.

Колин положил клинок, определить баланс.

− Шесть пальцев! - объявил Кроус.

− А что с перкуссией?

Оружейник легко ударил по клинку металлической палочкой.

− Не ужели думали его ковали неумехи? Двадцать восемь и проверять не надо!

− Сдаюсь! Сдаюсь! - согласился Колин с доводами Кроуса и опять взял клинок в руки. Потрогал шершавую, цепляющуюся за кожу, оплетку рукояти. - Из акулы.

− Точно так, − радовался Кроус. Приятно общаться с понимающим человеком. Пусть даже тот, на стороне, подслушал деталь. Только такие рукояти герганы и признавали.

− Игольчатое? - выказал Колин недоумение виду навершия. Шип в полмизинца грубой трехгранной ковки.

− Старый клинок, у новых камешек. Рубин или шпинель. Или еще какая пустяковина.

− Старый..., − Колин оценил малозаметную выгнутость клинка, - не значит плохой.

− Совсем не значит, − согласился Кроус. - Обратите внимание на заточку.

− Угу. У теперешних односторонняя, а у этого полуторная.

Колин провел пальцам по шероховатой, из-под молота, поверхности клинка. Нарочитый примитивизм. Отказ от цивилизованного блеска и прилизанности в пользу дикости и буйства.

Кроус привстал на цыпочки. Он правильно понимал покупателя. Тот не искал изъянов охаять оружие, а наоборот, примечал скрытые от неопытных глаз достоинства.

ˮГде же натаскался?ˮ - гадал оружейник об осведомленности юного покупателя. Оставалось списать знания на родителя. Или родственника, по-настоящему понимающего в оружейной ковке, а не вторившего брехне купцов.

Унгриец опять завертел головой.

− Попробовать? Вон на том, − хозяин показал на выставленную кольчугу, надетую на деревянный торс.

− Не испорчу?

− Пф..., − возмущен Кроус. Такой клинок!

Речь не о клинке. Что за удар, нанес покупатель шнепфера, Кроус не уследил. Короткий замах и... звякнули кольца, отлетели щепки.

− Превосходно, − объявил Колин, предоставляя хозяину любоваться разрубленной кольчугой и глубоким выщипом на бревне. Без серьезной починки доспех выбрасывать.

− Цена этого чуда?

− Восемьдесят. Не меньше, − безбожно шкурничал Кроус.

− Я заметил ниже по улице другие лавки. Как думаете, там мне уступят?

− Заверяю, шнепфера у них в продаже не найдете.

− Ну, почему обязательно шнепфер? А тавлар? Махайра? Флисса? Ятаган...

Кроус возмущенно выпучил глаза - варварство!

−...Народу к ним ходит поменьше, значит и цены умеренней. Не уступят, пригрожу пойти к вам, − усмехнулся Колин.

− После того как у меня побывали? - возмущен Кроус шантажом. Парень, не смотря на молодость, тертый калач. Не зря на морде отметина красуется.

ˮГде же он пообтерся?ˮ − снова задал себе вопрос оружейник. Обычно ровесники юнца, да и не ровесники, смутно представляли им потребное, а найдя, сыпали деньгами почем зря. Этот же нет! Торгуется как старая дева на рынке из-за чулок!

− А кто им скажет?

− Не поручусь за других, может, и найдете дешевле и не хуже, но я продаю клинок за столько.

− А как же скидка? Постоянному клиенту? И часть расчета золотом.

− Вы у меня первый раз.

− Прикажете выйти и зайти? Или подождать до завтра?

− Вот когда прейдете...

− Слово...

− Хорошо, семьдесят пять, − уступил оружейник. Шнепфер у него болтался давно. Кому попало не продашь. Торговля оружием с побережья не приветствовалась. Не то чтобы запрещалась, но лучше не связываться.

− Семьдесят и можете подыскивать что-нибудь типа дюсака, а лучше алкуса. Нужны парные.

− Хоть сейчас.

− Сейчас преждевременно.

− Только посмотрите. На будущее.

Кроус позволил заглянуть Колину в один из запертых ящиков. Не много не то, что просил. Но хороши!

− Тоджи!

− Совершенно правы, их оружие, − согласился Кроул.

В ящике лежали: улуги* - небольшие мечи, носимые за поясом сзади; кестики - удобные ножи и набор шивегеев − четырехгранных шилец. У всех рукояти из уру - нароста на березе и вываренной бересты.

− Если только для коллекции, − обнадежил с покупкой Колин. - А дюсаки все же присмотрите. С такой красавицей...

ˮОпять шлюхой обозвал,ˮ − обиделся за клинок оружейник, но с легкостью простил. Не каждый день у него такой примечательный посетитель.

− ... В тесной драке не развернешься. Так что зайду в самое ближайшее время. В самое ближайшее.

− Тальгарские дороги, − завздыхал Кроус донести до покупателя, в следующую встречу не сбросит ни полгроша.

− То, что прослужит вечность не стоит бросово, − согласился Колин.

На прощание сунул мальчишке монетку. Тот подкинул, поймал левой и шлепнул на коленку.

− Аверс! Хорошая примета!

Забрав покупки, Колин вышел из лавки и неспешно двинулся вниз по улице. Солнце, смилостивилось, выглянуло, позолотить крыши и лица людей. На душе по-особенному хорошо. Подъем настроения и желания. Все задуманное получится.

ˮЕще бы с рисунком разобраться. На кой она (гранда! гранда же конечно!) мне?ˮ

− Не боишься пораниться? Или тебе не в первой? − обратился к Колину стоящий в сумраке подворотни мужчина. Он со вкусом, смачно хряпал грушу. Чавкал что свинья у корыта. Кожаный жак, меч, на голове калотта с крашенным пером цапли. Типичный наемник. За два нобля в месяц.