Дождь в полынной пустоши (СИ) - Федорцов Игорь Владимирович - Страница 42

На начало, в банке висело, по девяносто штиверов от каждого, и половина золотом. Правила допускали сделать всю ставку до начала игры. Но кто же на этом остановится?

− Добавлю, − отстукивая колоду по столу, Колин пододвинул еще двадцать.

Тот, что слева ушел. Не оказалось столько денег. Справа предупредил.

− Наличности нет. Вексель возьмете? Тут сотня.

Руки у парня тряслись, что у паралитика. Слюну сглатывал, не мог сглотнуть. Выпить бы попросил да до раздачи нельзя.

− Чей вексель? - спросил Ридус, не прикасаясь к бумаге. Дурная примета браться за бумагу, когда в карты играешь.

− Ренфрю. Виону Ренфрю.

− Годиться, − признал надежность поручительства Ридус. И опять на удачу. - Подниму на раз! - и сдвинул стопку золотых.

- Ровняемся, - согласен Колин и подмел к общей куче свои монеты.

И Ридус и унгриец поджидали решения третьего. Упадет? Поддержит? Тот впрягся, трясущимися руками снял с шеи медальон. Вещица дорогая, памятная.

− Эх, нежили богато, неча начинать!

Игровой от волнения вытер потные ладони о предплечья. Убирать под стол - обвинят в нечестной игре.

− Сколько там? - шепотки из круга зрителей.

− Под семьсот.

− Сколько?!

− Тихо!

− Да, я...

− Заткнись!

Тасовка. Каждая карта под прицелом внимательных глаз. Ридус помнил верхнюю - девятка с ломанным углом. Колин дал сдвинуть. ˮПод ноготьˮ. Никто не возразил.

− Скажи своему бородатому приятелю не стоять за мной и не отсвечивать, − попросил унгриец игрового.

Все и, Ридус в том числе, невольно вперились в невротика с бородой. Одно мгновение. Короткое, но достаточное.

− Знать не знаю, − недоуменно выговорил игровой на претензию.

− Я ошибся? - сделал удивленные глаза Колин. И в голосе искреннее удивление.

− Безусловно.

Слово едва не застряло в глотке. Верхней картой после сдвижки опять лежала девятка. Когда? Как? Ридус взмок до задницы. Заикнись о подставе и поймут − читает рубашки. Резонно спросят, почему он их читает. Хорошо если разобьют голову или поломают кости. Удавят!

ˮРазвел, сучонок!ˮ − открылось Ридусу причина удачливости молодого

Через две минуты банк оказался у Колина. На глазок, его общий улов за игру приблизительно тысячи штиверов. Плюс вексель на сотню. Что сказать? С пользой время проведено.

− Угощаю, − Колин кинул серебро и поднялся из-за стола.

Ридус нервно закусил губу. Вот и отбил ужин. Кровные уплывали в неведомо направлении. Но обидно другое, его поимели. И кто? Молодой разложил его, что опытный ебарь нетронутую малолетку.

ˮУзнают, продулся в какой-то забегаловке, засмеют.ˮ

− У тебя запоминающееся лицо, − проговорил с досады Ридус. Ему хотелось зацепить молокососа. Припугнуть. Заставить искать дружбы. Проставиться как следует, в конце-то концов! С такого-то выигрыша!

Любимец фортуны оказался не из пугливых.

− На тот случай, если забудут мое имя.

− Назовешься?

Жадных надо учить. Хорошее правило. Одно из не многих, что следует свято соблюдать. Второй раз за вечер Ридус лажанулся, развязал ботало.

− А кому напоешь? - спросил Колин, прежде, чем игровой осознал свою роковую ошибку.

Ридус готов был откусить собственный поганый язык. Его взгляд обежал окружение. Сколько недоброго внимания. Пожалуй, с трекалом, ему помогут. Просто так из шинка не уйти.

В ,,Мечи и Сверестелкуˮ Колин отправился попутно наведавшись в три-четыре заведения, где по мелочи, на скорую руку, насшибал еще три сотни серебром. Лишние не будут, карман не оттянут. Мелочь, но мелочь приятная. Из приятных мелочей складывается жизнь. С другой стороны злоупотреблять везением и зарабатывать игрой он вовсе не собирался. Везунчики быстро запоминаются и их либо не берут в игру, либо подкарауливают в подворотне. Зачем наживать головные боли за столь жалкие крохи? А нажить их ничего не стоит.

На Скворцах, в темнющем проулке Колин легко различил притаившуюся фигуру. Баротеро не выглядел обычным босяком. К тому же ,,светилˮ один.

− Не холодно? - запросто спросил Колин бандита.

− Работа такая, − ничуть не смутился ночной охотник за чужим имуществом.

− Кормит? - не торопился уходить унгриец.

− Когда как, − ответил тот и намекнул приставучему прохожему, следовать намеченной дорогой. - Плащик у тебя дерьмовенький. А вот железка путная.

− Да, плащик не очень.

− Парень, − баротеро понял, скоро не отвязаться от назойливого собеседника. - Добычу выдает не одежда, а повадка. Дворняга и в львиной шкуре дворняга.

− А здесь что? Доходное место? - продолжил расспросы Колин. Улицу оживленной не назвать. И шинков не богато. Борделей нет.

− На Скворцах? Так себе. Но я не человек Виллена Пса и не баржа Оуфа Китца. А здесь не их территория.

− А где их?

− Почти повсюду. Но на Скворцах нет.

Колин кинул баротеро серебро. Человек в подворотне всегда пригодится.

− Согреешься.

Унгрийца прекрасно поняли.

У входа ,,Мечей и Сверестелкиˮ, надо же внутрь не пускали! паслись шлюхи. Желтые фистоны на подолах, красные рукава и воротнички. Женские хитрые штучки. Из позорного знака сделать украшение. Вели они себя скромно, на шею не вешались, в штаны не лезли. Условия оговаривали сразу.

− Только передком.... Горлом не работаю.... В любые две из трех.

Уже поэтому можно понять − приличное место! и рекомендовать приятелям.

Запах в шинке из стандартного набора. С той разницей, воняло более-менее терпимо, и чад не выедал глаза.

− Знакомое лицо, - удивился Вигг появлению новика.

Не далее как вчера предупреждали сюда не соваться.

− Мимо шел, − ответил Колин, присаживаясь на свободное место.

Зал как зал. Сорно под ногами. Кривые ряды черных от времени столов и лавок. Сумрачно, хотя над каждым горит масляный светильник. Народишку бедновато, в большинстве своем скары, свободные от несения караульной службы во дворце.

В углу не шумные драбы, они здесь на птичьих правах, заскочили опрокинуть вскладчину по кружечке. На усталых лицах тяжкие раздумья, не опрокинуть ли по второй. Самые дальновидные держали в уме пятую.

− И шел бы мимо, − не очень приветлив шишкоголовый мужик, захвативший соседний стол. Кислое лицо выдавало дурное расположение духа. Очевидно, от этого, перед скаром, свинарник - крошки, огрызки, пролитые лужи, опрокинутая посуда. Маялся мужик давно.

− Тихо, Агесс. Не начинай, − вмешался Ллей, только вошедший в зал. - Пьешь - пей, а на людей не кидайся.

− А я не кидаюсь. Пока, - смотрел Агесс осоловелыми злыми глазами. - А говорю как есть.

Понятно, вовсе не Колин причина его явной неприязни. Но унгриец лучший кандидат на кого выплеснуть недовольство. Потому как не свой. Новик. Никто при дворе, никто в столице. И вдобавок пришел и сел. Что ему тут делать с резаной рожей?

− В смысле правду? - проигнорировал Колин предостерегающий знак Вигг - не связываться.

− Её самую, − Агесс подался вперед, чуть ли не пополз по столешнице, собирая объедки на одежду. - Не нравиться?

− И что предлагаешь?

Виггу удивительно, парень не опасался его задиристого сослуживца. И охотно, чудно право слово, охотно шел на обострение конфликта. А ведь за Агесса вступятся остальные. Дух товарищества не позволит остаться в стороне. Но похоже и присутствие и поддержка скаров не волновала новика.

ˮПрицепил блядешку - похрабрел,ˮ − решил для себя Вигг. Других достоинств он за юнцом-новиком не усматривал. Если только угостит знатно.

В другой обстановке Колин объяснил бы, разложил по полочкам, неочевидные нюансы ситуации. К примеру, тот кто хочет драки, затевает её без лишних слов. А тот, кто хочет взять на гнилуху, на слабо, грозно и много гавкает. Судя по тому, как свои воротят морды, Агесс совсем не тот человек, кидаться за него в драку всей сворой. А раз ,,не своройˮ, то и бояться особенно нечего.

− Предлагаю поискать другое место, − никак не желал угомониться перепивший скар.

Но угомонился, подтвердив о себе нелицеприятное мнение Колина.