Указанная пророчеством - Ренье Сандра - Страница 44

Я схватила пару кухонных полотенец и открыла духовку.

— Тут скоро кухня сгорит, а вам наплевать! — бросила я им.

Ветчина в духовке безнадежно обуглилась. Я открыла окно.

— Ой, а мы и не заметили! — Филип захлопал глазами и глотнул пива.

Карл беспардонно разглядывал меня. Он моложе Джереми, но выше ростом, крепче и красивее. Знает об этом и считает себя подарком судьбы для любой женщины. Меня он до сих пор удостоил хорошо если десятью фразами. Зато всякое Рождество бесстыдно флиртовал с Анной. Но на этот раз он смотрел на меня другим взглядом. Как будто видел меня впервые.

— Давно ты так похудела, Сити? — произнес он, скользя глазами по моим ногам.

Филип тоже поглядел на меня.

— Тебе идет. — Карл глотнул пива и слегка рыгнул.

— Что-то изменилось. Прическа, что ли, новая? — недоумевал Филип, разглядывая меня.

Да пошли вы оба!

— Что мы теперь будем есть? — поинтересовалась я. — Анне говорить нельзя, с ней истерика будет.

Карл пожал плечами, открыл новую бутылку пива и протянул мне.

Сдурел совсем!

— Бери! В этом психдоме по-другому целый вечер не выдержать, — настаивал Карл, развязно улыбаясь.

На пьяницу он был не похож. Гладко выбрит, причесан, добротно одет во все новое и выглаженное. И сильно пахнет дешевым парфюмом.

Мой братец же, напротив, был облачен в истрепанные джинсы и засаленную майку со своей любимой группой хеви-метал и грязные ботинки. И если у меня была новая прическа, то у него не было никакой. Неухоженные волосья свисали патлами на уши.

— Нет, спасибо, — отказалась я.

Карл пожал плечами, одним духом осушил свою бутылку и приступил к той, что открыл для меня.

Я перерывала холодильник и морозилку.

— Боюсь, придется довольствоваться овощной запеканкой, — заключила я, — приготовлю гратен[9] из овощей. Филип, почисти пару картофелин.

— Еще чего, — фыркнул мой брат, — ни в коем случае. Это женское дело.

Спокойно, Фелисити! Сосчитай до десяти.

— Если ты не почистишь картошку, никакого гратена не будет! — без обиняков заявила я.

— Чего сама-то не почистишь? Ты же женщина! В чем проблема? — Филип был искренне удивлен, как будто я потребовала украсть драгоценности британской короны.

— Потому что я должна быстро приготовить поесть, пока Анна ничего не заметила, — процедила я сквозь зубы.

Счет до десяти никогда не помогает. Уж точно не в моем семействе.

— Я не буду делать бабскую работу, — категорически заявил Филип и закрыл тему.

Я была поражена.

— Да ладно тебе, Фелисити, — Карл фамильярно шлепнул меня по спине, — ты не можешь требовать от настоящего парня, чтобы он стряпал.

— А для Ли это не составило бы никакого труда! — вырвалось у меня.

И я тут же пожалела об этом. Филип весело заблестел глазами.

— Это который? — спросил он. — Рыжий, что ли? Да не гони ты! Он и ножа-то в жизни в руках не держал! Или этот, как его, Джейден, что ли? Этот жирный негр. Он вообще не мужик. Мямля!

Я не стала спорить. Что толку? Что с них, убогих, спросишь? Я поставила на плиту кастрюлю с водой и стала мыть овощи.

Филип и Карл продолжали болтать, как будто меня вообще здесь не было.

— Че это с ней? — подмигнул Карл. — Че нашло? И часто такое бывает?

— Да нет, — отвечал мой братец, — бывает иногда. Это все эта ее школа. Колледж, мать его! Их там учат всякому барахлу! Училкой хочет стать.

Карл засмеялся, как будто Филип удачно сострил.

— Обломается! Какой-нибудь парень скоро заделает ей дите, и она засядет с ним дома.

— До сих пор я думал, она правда станет училкой, она же отличница! Но она вдруг красоту навела. Ты к парикмахеру, что ли, ходила?.. Эй, Фелисити, я тебе вопрос задал!

Я слушала, стиснув зубы, и не сразу поняла, что он обращается ко мне.

— Я думала, это ты меня обсуждаешь, а не спрашиваешь, — процедила я.

— Ну так что: была в парикмахерской или нет?

— Нет. Подружка подстригла.

Филип отпил пива и положил одну ногу на край кухонного стола.

— Познакомь, а? Пусть она меня тоже пострижет. Она красивая? Может, она мой тип? Я найду чем отблагодарить…

Сильно сомневаюсь! Фло годится ему в матери, и уж он-то точно не в ее вкусе. И вообще, Флоренс работает с такими моделями, как Ричард или Леандер, неумытый пролетарий вроде моего братца ее точно не интересует. Давно ли он превратился в такое быдло? Какое счастье, что он рано ушел жить сам по себе, так что мне не пришлось долго терпеть его свинство. Мне стало смешно, когда я представила себе встречу Фло и Филипа.

— Фелисити, чтоб тебя! Я с тобой разговариваю! — рявкнул брат.

Да ты что! А я и не слышала!

— Странная ты сегодня, ей-богу! Спроси подружку-то, пусть она и меня пострижет! Я ж тебе брат все-таки.

Да, когда ему что-то нужно, он вспоминает, что он мне брат!

— Что Фелисити должна спросить? — в кухню вошла мать, посмотрела на несчастную обуглившуюся ветчину и, оценив ситуацию, принялась молча и быстро чистить картошку.

— У нее подружка парикмахерша, пусть меня пострижет, — объяснил Филип, — скажи ей. — И он рыгнул, гораздо громче, чем до этого Карл.

Мать посмотрела на меня:

— Кто тебя постриг? Николь, Руби или Филлис?

— Меня стригла подруга Ли, — ответила я матери.

При упоминании этого имени глаза у нее заблестели.

— Сомневаюсь, что эта подруга будет тебя стричь, Филип, — неожиданно резко заявила мать. — Ли — человек из другого круга!

Карл и Филип уставились на меня.

— Ну и че ему надо от Фелисити? — жестко проговорил мой брат.

Мать пожала плечами и продолжала чистить картошку.

— Понятия не имею, — ответила она, — но он точно из богатой семьи и весьма галантен с твоей сестрой.

Вода на плите закипела. И я тоже начинала закипать. С какой стати мое семейство позволяет себе обсуждать меня в моем присутствии? Я грохнула крышкой от кастрюли по плите. Эти трое удивленно уставились на меня.

И тут в кухне появилась Анна.

— Что за фигня тут происходит? — рявкнула она и тут увидела на подоконнике обугленные останки погибшей в пламени ветчины. — Что ты сделала с моей ветчиной? — заорала она на меня.

Я было открыла рот в возмущении.

— Неужели сложно было просто достать блюдо из печки? — вопила сестра. — Я пятьдесят фунтов за этот кусок отдала! Пятьдесят фунтов! А ты все сожгла!

Ни один из парней ни слова не произнес в мою защиту. Они тянули свое пиво и перемигивались.

Да, семейный вечер удался!

Анна не съела ни куска овощной запеканки, которую мы с матерью приготовили, хотя получилось вкусно. Филип даже противень выскреб. Сестра сидела, сжав губы, и скорбела о погибшей ветчине. Джейкоб разбрасывал запеканку во все стороны, Джереми и Филип литрами поглощали пиво, миссис Бекетт, свекровь Анны, качала головой, как будто стряхивая снег с волос. Но хуже всего вел себя Карл. Он начал со мной флиртовать. Сыпал какими-то сальными, пошлыми, похабными комплиментами и шутками и постоянно бросал похотливые взгляды. Анна от этого злилась еще больше. Она метала яростные взгляды то на меня, то на мужа, то на Карла. Я видела, что она ревнует, и пыталась Карла остановить. Анну бесило, что ее младшая сестра, невзрачная, нелепая, вдруг привлекает внимание мужчины.

Она подловила меня в коридоре, когда я вышла из ванной.

— Ты что делаешь? — тихо, сквозь зубы прошипела она.

— Ничего. Правда ничего. Клянусь тебе. Карл сам пристал. Мне его и не надо совсем.

— Вот именно! — Она впилась пальцами мне в руку, так что остались синяки. — Ты что о себе возомнила, а? Ты кто такая? — напирала сестра. — Карл классный мужик, за ним бабы толпами бегают. А ты что? У тебя что, есть кто-то лучше?

Сказала бы я ей! За мной ухаживает Ричард Косгроув! Да разве она поверит!

— Ты омерзительна! — Анна бросила мою руку.

— Что случилось? — В коридор вышла мать.

— Она в кои-то веки понравилась Карлу, так нет! Чем-то он ей не хорош! — не унималась сестра.