Указанная пророчеством - Ренье Сандра - Страница 9

— Доброе утро, Фелисити! — прозвучал его мягкий голос.

— Здорово, — мрачно бросила я и села на свой стул.

Мистер Селфридж начал урок, я спешно выложила на парту учебник и тетрадь. Уравнения! Я собралась, сосредоточилась до предела и весь урок не думала о соседе по парте до того момента, когда надо было самостоятельно решать несколько уравнений. Я была вполне довольна результатом, но Ли, глядя на мои записи, шепнул у меня над ухом:

— Можно дать тебе совет?

Я напряглась, но кивнула.

— Если ты здесь прибавишь, а потом извлечешь из суммы квадратный корень, решишь быстрее и правильно. А вот здесь ты ошиблась, — он показал на одно из первых уравнений.

Я закусила губу, глубоко вздохнула и начала решать заново. Но тут прозвенел звонок. Остальное пойдет на дом, как и всегда. А впереди еще целый день в школе.

Почему я? Этот вопрос мучил меня всю неделю. Ли исправно ходил на все те уроки, которые посещала и я. Почему из всех курсов и предметов Хортон-Колледжа Ли выбирал именно те же, что и я? Куда бы я ни пришла, он уже сидел там на соседнем месте. И зачем мне, спрашивается, такое счастье? За ним повсюду таскалась свита из трех граций во главе с озабоченной Страттон, и он привлекал внимание не только всех учеников, на него засматривались даже учителя.

В итоге и мне доставалось удвоенное внимание педагогов, приходилось вдвое больше отвечать. А Ли блистал по всем предметам, ни в чем у него не было проблем: он был самым музыкальным, лучше всех разбирался в основах мировых религий, в биологии, быстрее всех раскладывал на части модель ДНК. И вообще, когда он брался объяснить, как строится человеческий ген или хромосомы, в его исполнении это звучало гораздо яснее и проще, чем у самой мисс Гринакр. Если я начинала лепить ошибки или мне что-то было неясно, он помогал мне тихими подсказками. Спасибо ему, конечно, за это.

На переменах его обычно брали в оборот Фелисити, Синтия и Ава, но дважды мы оставались с ним только вдвоем.

— Ты тоже хочешь стать учителем? — спросила я его как-то после биологии.

— Пока не решил, — ответил он.

— А какие еще есть варианты?

Мы тогда остановились у моего шкафчика, в который я запихивала, как всегда, какие-то шмотки. Он же стоял, небрежно облокотясь на один из шкафов рядом с моим.

— Как все мальчишки, мечтаю стать полицейским. — И он улыбнулся.

— А, ну да. А я мечтаю выйти замуж на принца Гарри. — Я улыбнулась ему в ответ.

— Ты все шутишь, — рассмеялся он, — а я серьезно. Ну, не полицейским, а следователем, агентом или комиссаром.

— О, понимаю, — протянула я, ища ключ, — Джеймсом Бондом.

— Опять шутишь! Составишь мне компанию, когда я стану Бондом?

— А как же! Меня даже называют вестминстерской девушкой Бонда, — сухо ответила я, кивнув на мои футболки размера, близкого к XL.

Он снова засмеялся. А у меня снова заел замок. Шкаф не открывался. Чертыхаясь, я беспомощно трясла ключ, торчавший в замке, и боялась его сломать. Наш завхоз мистер Вильямс второй раз не будет так мил.

— Дай я попробую, — он взял у меня ключ, и когда вскользь коснулся моей руки, кожу у меня как будто кольнуло. Ли посмотрел на ключ и обратился ко мне:

— Шпилька есть?

— Сегодня нет, — я тряхнула волосами, — есть вот это, — я протянула ему канцелярскую скрепку.

— Не пойдет, — он покачал головой, — слишком маленькая и хрупкая. Циркуль тоже не подходит. А это что? — Он с изумлением воззрился на незнакомый предмет, который я ему протягивала: — Похоже на карандаш.

Я задействовала скрытый механизм, и из предмета высунулось острие сантиметров в десять.

— Стилет, — объяснила я. — Мне дед подарил, незадолго до смерти. Для самозащиты.

— Ты полна сюрпризов, — усмехнулся Ли, и за пару секунд стилетом открыл замок.

— Круто! — похвалила я, — из тебя получится классный агент. Чтобы поймать преступника, надо мыслить и действовать, как он.

В это время у Ли в кармане заиграл мобильный телефон.

— Извини, — быстро проговорил он, — это надолго, давай, до понедельника, — и пошел прочь.

— Между прочим, в школе запрещено пользоваться мобильными, — крикнула я ему вслед, но он меня уже не слушал.

Мне стало как-то легче, когда он ушел. Я вздохнула. Оказывается, рядом с ним я ужасно напрягаюсь. Ума не приложу, что этому гламурному типу из рекламы парфюма нужно от такой, как я? Он опекает меня, как сестру!

В смешанных чувствах я поплелась домой.

БОЛЬШАЯ ПЕРЕМЕНА

Когда в понедельник утром я в последнюю минуту влетела в класс, передо мной предстало уже привычное зрелище: три грации осаждали новенького, восседавшего за моей партой. Он был все так же хорош собой. В голубой рубашке, обтягивающей его атлетический торс, две верхние пуговицы расстегнуты. Густые волосы небрежно спадают на уши. Он галантно болтал с Фелисити. Мистер Селфридж мог войти в любой момент, так что я целенаправленно прошагала к парте Страттон и села на ее место.

— О господи, как воняет! — выкрикнул у меня за спиной Джек Робертс.

Проклятие! Неужели теперь два урока подряд я буду выслушивать эти идиотские оскорбления! Но нет: Джек собрал свои манатки и пересел на другое место. Мистер Селфридж вошел в класс, как всегда не обращая внимания на нашу возню. Он положил свои вещи на учительскую кафедру, тут же отвернулся к доске и стал писать биномные формулы. Мне пришлось поторопиться, чтобы успеть за ним. В этот момент кто-то занял стул рядом со мной. Это был Ли.

— Мы же вместе сидим? Разве нет? — отвечал он, видя мое изумление.

На лицах наших одноклассников было написано то же чувство.

— Наплюй ты на них, как я наплевал. — И Ли принялся списывать формулы с доски.

Я пялилась на него ее несколько секунд, потом снова подумала, что нужна ему лишь для отвода глаз, и мне осталось лишь улыбнуться. Он подмигнул, и мне показалось, что мы чем-то связаны. По крайней мере, ближайшие два урока алгебры меня это ощущение не покидало.

С ним было хорошо, с Ли. Он всегда готов был помочь, поддержать, порадовать шуткой. Неожиданно я даже осмелилась пригласить его в обеденный перерыв за наш столик в кафе, но тут из ниоткуда выскочила Страттон, и мое приглашение, конечно, сразу показалось дурацким и неуместным. Действительно, зачем ему сидеть за одним столом с лузерами, когда его окружают звезды?!

— Ли, дорогой, ты идешь? — пропела Фелисити.

Я не ждала, что он ответит ей, думала, просто пойдет с ними, и все. А он возьми да и откажись! Во дела!

— Нет, спасибо, — услышала я его голос. — Фелисити Морган пригласила меня за свой столик. Увидимся на английском без четверти два.

С этими словами он встал, взял меня за руку и вывел из кабинета.

Я снова почувствовала легкий удар током и, спотыкаясь, побрела за ним. Меня привел в чувство запах еды уже в дверях кафетерия.

— Ты что, правда только что послал Фелисити, чтобы пообедать с нами, неудачниками? — заикнулась я.

Он впервые взглянул на меня с неодобрением:

— Может, ты себя и считаешь неудачницей, ну и считай, твое дело, а другие так не думают.

— Это не я себя такой считаю, — я сглотнула, — это другие меня так называют.

— А ты и сдалась! Не пробовала защищаться?

На это мне нечего было ответить.

— Ты сама себя считаешь кем? И правда неудачницей? — не унимался Ли.

— Да нет, нет, конечно, нет!

— Вот и правильно, — похвалил он, — у человека всегда есть выбор.

Ну-ну! Разумеется! Легко красиво говорить, когда ты сам весь такой необыкновенный! Тогда, конечно, выбор есть. Ладно, молчу. И я с подносом встала в очередь в кассу. Сегодня опять ирландское рагу, как и почти всякий понедельник. Терпеть не могу это блюдо. Ли стоял в очереди позади меня.

— Ли, я пойму, если ты больше хочешь обедать в «звездном клубе».

Придется есть ненавистное рагу. Выбирать не приходится. Я готова была уже взять протянутую мне из-за стойки тарелку, когда Ли вдруг схватил меня за локоть, и меня снова легко ударило, как током. Ли тоже слегка тряхнуло, я это заметила. Но он смотрел в это время не на меня, он обратился к нашей поварихе на раздаче: