Красный рыцарь - Кэмерон Майлз - Страница 188

Подшлемник засиял от влившейся в него силы, которая, сверкнув, перешла в королеву.

От шеи до загорелых ног, вдоль позвоночника пробежал алый туман. Он опоясал сначала бедро, потом потянулся к ране у почки. И оттуда высыпалась крохотная кучка сероватого пепла.

Капитан обессиленно упал рядом.

Королева пискнула, словно ее ущипнули, вздохнула и протяжно застонала.

Леди Альмспенд захлопала в ладоши:

— Хвала Господу! Поверить не могу!

— Это не я, — покачал головой молодой мужчина, — вернее, не я один.

Голос у него охрип.

Рана Дезидераты снова открылась и начала кровоточить, и ее аккуратно перевязали.

— В вас вливалась сила, я это чувствовал! — в отчаянии воскликнул он.

— Уже не так болит, — мужественно ответила королева. — Вы отлично справились, сэр рыцарь.

Рыжеволосый здоровяк прикрыл раненую своим плащом.

— Надо отнести ее на берег.

— Не стоит, — не согласился капитан. — Вот уже второй день противник пытается захватить замок, мы удерживали его всю ночь. Я бы не стал рисковать королевой Альбы, перенеся ее туда.

Лодки продолжали причаливать к мосту, бросать якоря и пришвартовываться к сваям, а находившиеся на них арбалетчики вели непрерывный обстрел боглинов на северном берегу. Более отважные лодочники проплывали под мостом, маневрируя по узким проливам, пытаясь обогнуть тварей с фланга, со стороны раскинувшихся к северу от реки полей.

— У меня двадцать храбрецов, которые могут пополнить ряды вашего гарнизона, — сообщил рыжебородый.

— Я бы с большим удовольствием одолжил этих прекрасных арбалетчиков, — улыбнулся Красный Рыцарь, ожидая услышать в ответ на свое контрпредложение хоть что–то. Но собеседник промолчал. — Что ж, несите королеву на берег. На трупы боглинов внимания не обращайте, нам пока было не до уборки.

Он с большим трудом поднялся на ноги, настолько мало у него осталось сил. Кое–как перелез через борт судна, спустился на пристань и отдал необходимые указания.

Красный Рыцарь прислонился к причальному палу, понимая, что рыжебородый горец стоит рядом с ним и о чем–то толкует, но после бессонной ночи и применения столь сильных чар на него навалился постмагический синдром, о котором не раз предупреждала Пруденция.

Он потянулся к тусклому солнечному свету. Снял рукавицы и поднял руки навстречу светилу.

«Что бы сказала на это мать?» — размышлял он. Стоило огненному диску обогреть ладони, как в капитана через них потекла сила. Головная боль утихла. Уныние…

«Амиция?»

«Капитан?» — недовольно отозвалась она.

«Солнце. Дотянись до него и черпай силу оттуда».

«Не могу, у меня нет таких способностей».

«Чушь, моя госпожа. Гармодий говорил примерно так: сила есть сила. Нужно лишь потянуться и взять».

«Ты звал меня?»

«Научи ее, как научил меня. Покажи, как дотянуться до солнца».

«С радостью, но только после того, как перестану сражаться за собственную жизнь».

В эфире облик Гармодия был рваным и нечетким.

«Тогда используй источник», — парировал капитан.

Непреднамеренно он перенесся на мост Амиции, перекинутый через реку. Поток почти иссяк, камни в русле обсохли, а растительность увяла.

Красный Рыцарь взял послушницу за руку, и та тяжело вздохнула.

«Мы победим», — сказал он.

Победа действительно была близка, наступил переломный момент. Он не представлял, каков источник в ее месте силы, поэтому вообразил перекрытие колодца и ручной насос у окончания деревянного моста.

«Протяни руки», — попросил капитан.

«Солнце не для меня, но я могу использовать источник», — улыбнулась девушка.

«Сила есть сила. Бери сколько нужно. Она здесь, перед тобой».

Он нажал на ручку насоса. Из колодца, словно вода под мощным напором, хлынула сила, она окатила послушницу с ног до головы и впиталась сквозь зеленый кертл в Амицию. Девушка засмеялась. Теперь сила была повсюду: она залила высохшее русло под мостом, омыла деревья вокруг. Свет становился ярче, речной поток забурлил новой жизнью.

«Ах!» — воскликнула она и потянулась к источнику.

Насос и колодец исчезли, река под мостом снова стала полноводной.

«О боже мой», — зажмурившись, произнесла Амиция.

Красный Рыцарь вздохнул. Упоминание Бога — последнее, что он хотел услышать.

В реальном мире люди звали капитана.

Он наклонился и поцеловал Амицию. Здесь, в эфире, ощущение сомкнутых губ оказалось еще слаще.

«Мне нужно идти», — попрощался капитан.

— Вон там королевские гвардейцы! — указывая на юг, на противоположный берег реки, воскликнул рыжебородый горец. — Я их знаю.

— Коней, — приказал капитан Майклу. — Себе и мне боевых, а гиганту тягловую. Сэр Милус, до моего возвращения примите командование на себя. Отправьте человека в крепость за лекарем, скажите, королева Альбы при смерти.

Ему не хотелось оставлять ее в такой момент. Да и откровенно говоря, Красный Рыцарь не привык бросать начатое, к тому же он израсходовал еще не всю силу. Но королеве требовалась рука более опытного в подобных делах человека. А ему нужна была энергия для продолжения боя.

Ее величество пронесли мимо.

— Будь оно все неладно, — пробормотал он и, дотянувшись до королевы, положил ей на плечо руку. На этот раз молодой мужчина отдал ей всю силу: все, что взял у Амиции, из источника и от солнца.

Красный Рыцарь отшатнулся от раненой, сплюнул в воду, избавляясь от появившегося во рту привкуса желчи, и упал на колени.

Королева издала странный звук, ее глаза закатились.

Майкл тронул капитана за плечо и сунул ему в руку флягу. Тот отпил. В ней оказалось разбавленное вино, и он снова сплюнул. И отпил еще.

— Помоги подняться.

Рыжебородый подхватил его под другое плечо.

— Ты что, колдун? — грубовато спросил он.

— Пожалуй, не стану обижаться за неправильное название, — не сдержал смех капитан.

Вино было отменным.

Майкл протянул кусок медового пирога:

— Поешьте.

И он ел, подставив под солнечные лучи лицо и руки.

В пятнадцати футах от него сэр Милус окунул голову в лохань с водой.

— Как думаешь, сражение уже закончилось? — спросил он и так тряхнул мокрыми волосами, что во все стороны полетели брызги.

— Скорее всего, должно, — пробормотал капитан.

Он слышал, как им ведут коней: копыта громко цокали по выложенному булыжниками внутреннему двору Замка у моста, бряцала сбруя.

— Ведет Жак, — сообщил Майкл.

— Ненавижу этого коня, — заметил Красный Рыцарь.

Он проглотил последний кусок медового пирога, запил вином и поднялся по лестнице на северную башню Замка у моста. С высоты в шестьдесят футов можно было увидеть многое и представить общую картину происходящего.

Разглядеть, что творилось по ту сторону горной гряды, у южного берега реки, было невозможно, но искрившаяся броня не оставляла никаких сомнений в том, что там солдаты королевской армии.

Лес на западе кишел боглинами, а на севере, примерно на расстоянии в милю от Замка у моста, из–за деревьев вышли три странных существа, ростом выше боевого коня. По обе стороны от них выстроились длинные колонны пехоты.

Новый требушет, установленный на руинах северной башни, выстрелил, и град камней осыпал землю, совсем немного не долетев до цели, но тем не менее вынудив Диких попятиться.

Капитан заметил, что существа из земель Диких заполонили всю окраину леса.

— Глупец, зачем ты до сих пор сражаешься? Даже если вдруг ты одержишь эту победу, крепость тебе все равно не взять. Ты проиграл, — пробормотал Красный Рыцарь. — Просто отступи, чтобы дожить до следующей битвы.

На секунду им овладело безумное желание мысленно дотянуться до Шипа. Если чародей решил не прекращать бой, то кто–то из наемников неминуемо погибнет, а он ведь по–своему любил их всех. Даже Сима.

«Я устал, поэтому так расчувствовался».

Спустившись, он заметил Жака, державшего его нового скакуна. Майкл стоял у ворот потерны. А Джек Кейве помахал ему рукой.