Красный рыцарь - Кэмерон Майлз - Страница 31

И услышал звонкий щелчок — это Гельфред закрепил тетиву арбалета во взведенном положении.

Рыцарь не отрывал взгляда от огромного валуна размером с дом богатого фермера. От него поднимался пар, словно дым от полыхающего строения.

— Оно именно там, — произнес он.

— Благослови нас, пресвятая Богородица, ныне и в час смерти нашей. Аминь, — перекрестился Гельфред.

Капитан глубоко вдохнул и осторожно выдохнул, пытаясь успокоиться. Подходы к скале заросли карликовыми елями, везде валялись поваленные деревья, лежал снег. Отвратительная местность, если придется сражаться на лошади. К тому же он поехал не на Гренделе; под ним была обычная верховая кобыла, никогда не участвовавшая в бою.

И доспехов он не надел.

«Я — полный кретин», — раздраженно подумал он.

— Гельфред, — окликнул капитан, не поворачивая головы, — их там больше чем одно? Что там на нижнем склоне?

— Думаю, там еще один. — Охотник сплюнул. — Мой просчет.

Голос егеря прозвучал спокойно, и Красный Рыцарь почувствовал внезапную симпатию к охотнику.

— Это точно наш убийца? — поинтересовался капитан.

Не без гордости он отметил, что голос не дрогнул. Если ему суждено погибнуть, он не посрамит чести истинного дворянина. Что не могло не радовать.

Гельфред тоже оказался храбрым человеком.

— Тот, что наверху склона, и есть наш убийца, — ответил он. — Во имя Христа, капитан, кто они?

— Держись ближе ко мне, — скомандовал Красный Рыцарь. — Ты же егерь, Гельфред. Вот и ответь: кто они?

Он поскакал вперед по следу, ведущему на запад. Проехал мимо Гельфреда, даже ощутил исходившее от его лошади тепло. Дальше двинулся вниз по крутому склону прямо к речке, теперь он не видел валунов, лишь слышал, как что–то пришло в движение, — раздался грохот и треск.

Одним прыжком его лошадь преодолела поток. Он почувствовал ее страх. Да и сам был порядком напуган.

Проехал еще пять ярдов, заставляя ее бежать рысью. Она, между тем, все норовила свернуть. Десять ярдов. Капитан услышал всплески: Гельфред пересекал речку вброд вместо того, чтобы принудить животное ее перепрыгнуть. Он попытался развернуть кобылу, но та не подчинилась. Тогда Красный Рыцарь пришпорил ее с правого бока, и она наконец–то послушалась.

— За мной.

Взглянув на проделанный ими путь, он снова, прикидывая расстояние, развернул лошадь.

— Я спешусь, — произнес Гельфред.

— Заткнись.

Капитан пытался сосредоточиться, чтобы мысленно оказаться в зале Дворца воспоминаний. Он заставил себя закрыть глаза, не обращая внимания на доносившийся с вершины скалы на востоке грохот.

«Пруденция?»

Она стояла в центре зала — глаза открыты, он подбежал к ней, схватил протянутую руку и положил себе на плечо.

«Екатерина, Apec, Сократ!» — прокричат Красный Рыцарь и, кинувшись к нужному выходу, схватился за ручку, повернув ключ в тот момент, когда зал начат вращаться.

Замок, щелкнув, открылся. Распахнувшаяся дверь сбила его с ног, и он сильно ударился о мраморный пол. В этот раз ветер превратился в леденящий зеленый вихрь, а с противоположной стороны…

Некая сущность попыталась ухватить его за плечо, но он, влекомый ветром, заскользил по полу, существо налегло на дверь, не давая той захлопнуться. Он спрашивал себя, что произойдет, если она слетит с петель. Гадал, может ли он погибнуть в этом небольшом круглом зале. Выходило, что может.

«Здесь командую я!» — прокричал он, подогнув под себя колено, как если бы боролся с превосходящим по габаритам противником. Ухватившись за ключ, он кое–как сумел приподняться и надавить плечом со своей стороны.

Несколько протяжных ударов сердца казалось, будто он толкает застрявшую в грязи телегу, но вот дверь чуть поддалась. Всего на какой–то миг эта маленькая победа многократно увеличила его силу, словно факир раздул пламя. Он захлопнул дверь, как только нити силы сплелись, образовав единое целое, подобно паутине огромного паука.

Лошадь не слушалась, а чудовище уже преодолело половину холма, несясь вниз по дороге. Огромная туша крушила ветки деревьев по обеим сторонам, из–под когтистых лап летели комья земли.

Капитан старался не смотреть на голову монстра. Держал копье наперевес, ожидая подходящего момента.

Лошади — животные сложные; они выносливые, но возбудимые, а иногда еще и своенравные. Даже в лучшие дни его отличная скаковая кобыла бывала излишне разгоряченной и беспокойной, а теперь и вовсе желала лишь одного — убежать куда подальше.

С глухим щелчком Гельфред разрядил арбалет, болт впился чудовищу под длинный клюв, и оно пронзительно закричало.

Тридцать ярдов. Длина ристалища в замке отца. Удар должен быть выверенным. Противник — капитан никогда таких не видывал, но предположил, что он и есть пресловутый враг человека, — побежал размашистее, готовясь перемахнуть через ручей.

Демон.

Красный Рыцарь вогнал шпоры в бока лошади. Иногда с этими животными нужно поступать жестко. Кобыла рванула вперед.

Противник прыгнул, приземлившись у края потока, его крючковатый клюв нацелился капитану в лицо, передние лапы широко расставлены.

Рыцарю показалось, что ему удалось остановить чудовище, когда оно перепрыгивало речку, ведь он набросил над берегом великолепную сеть силы. Вот они: недоразвитые крылья, застывшее на морде выражение гнева, похожая на человеческую голова с костяным искривленным гребнем, брызги слюны. Но это длилось всего лишь мгновение — демон уже скидывал слабые оковы обездвиживания, словно разозленный и напуганный ребенок разрывает огромную паутину.

Красный Рыцарь нацелил копье в правый глаз чудовища, как если бы то была грудь соперника; мишень из латуни; верхний левый угол щита на столбе с перекладиной для отработки ударов. Острие, соскользнув с глабеллы[38], вонзилось в мягкие ткани глаза, и закаленная сталь длинного наконечника, ломая верхнюю и нижнюю кость глазницы, погружалась все глубже и глубже, принимая на себя вес человека и лошади под ним. Проткнутый, словно насекомое, приколотое к листу, демон попытался отпрянуть.

Древко копья разломилось.

Задние лапы непроизвольно подогнулись, и когтями передних чудовище принялось рвать лошадь, отделяя мышцы и сухожилия от костей, сдирая с бедного животного шкуру. Потеряв равновесие, капитан вылетел из седла и скатился с крупа лошади. Кобыла, душераздирающе крича, еще смогла встать на дыбы, и тогда монстр когтями выпотрошил ее, внутренности огромным комком вывалились на дорогу.

Демон наконец выпрямил задние лапы, а передними разорвал последние нити силы Красного Рыцаря…

Чудовище перестали занимать останки лошади, и оно обратило к капитану единственный оставшийся глаз, пылающий гневом так, что невозможно было разглядеть ни зрачка, ни нанесенного увечья. Ничего, кроме испепеляющего взгляда.

Ужас обрушился на капитана, словно удар обухом по голове, за какое–то мгновение став всеобъемлющим, лишив воли. Теперь он представлял собой не что иное, как сгусток страха.

И тогда демон нацелился на него, быстро привстав на задние лапы, но вдруг, словно марионетка с перерезанными веревочками, без признаков жизни рухнул на труп лошади.

Красный Рыцарь зажал рот рукой, надеясь подавить подступившую тошноту, но попытка оказалась неудачной, и он изверг все содержимое желудка на собственный жупон. Когда с рвотой было покончено, настало время восстановить дыхание после пережитого ужаса.

Немного придя в себя, капитан прокричал:

— Берегись! Там еще один!

Гельфред не спеша подошел к нему, держа кружку и не выпуская из рук заряженный и взведенный арбалет.

— Полно, уже прошло порядком времени, — покачал головой егерь. — Я успел прочесть молитвы по всем четкам, ожидая, пока ты придешь в себя. Не думаю, что второй демон на нас нападет.

Красного Рыцаря заметно трясло. Желая избавиться от привкуса рвоты, капитан сплюнул.

— Хорошо. — Он хотел добавить что–нибудь остроумное, но ничего путного придумать не смог, поэтому взял предложенную кружку. — Давно я тут преклоняю колени?