Красный рыцарь - Кэмерон Майлз - Страница 82

Мэри, так звали вторую из сестер, была полной противоположностью Элиссы: низкорослая, но не приземистая, чуть полноватая. У нее была копна золотистых волос, узкая талия и курносый носик. Она считала себя непревзойденной красавицей и искренне недоумевала, когда парни предпочитали общество старшей сестры.

У Фрэн были каштановые волосы, полные губы и широкие бедра. Внешне она походила на мать, но от отца ей достались незаурядный ум и обостренное чувство справедливости. Ее почти не заботило, нравится она парням или нет. И Кайтлин — самая младшая. Ей исполнилось всего пятнадцать. Не такая высокая, как Элисса, не такая округлая, как Мэри, и не такая смышленая и язвительная, как Фрэн. Русые волосы обрамляли личико, по форме напоминавшее сердечко. А еще она была самой тихой и уважаемой из сестер.

— Старая сука, — выругалась Фрэн, отбрасывая в сторону сердцевину яблока, — думает, мы до конца жизни будем хорошенькими маленькими девочками с перепачканными свиным дерьмом ножками.

Элисса обеспокоенно огляделась.

— Нам нужно лишь правильно воспользоваться сложившимся положением, — задумчиво произнесла она, сунув дольку яблока в рот.

Девушка ловко доставала из–за пояса ножик, отрезала дольку, вытирала ножик о фартук и засовывала его обратно за пояс с такой скоростью, что далеко не всякий мог уследить за ее движениями. Она глянула поверх своего длинного носа на Фрэн.

— Предлагаю объявить заседание клуба «Выйди замуж за дворянина» открытым.

— Детские глупости, — презрительно усмехнулась восемнадцатилетняя Мэри. — Никто не женится ни на одной из нас.

Ее взгляд скользнул по сидевшим кружком сестрам.

— Ну, разве что только на Кайтлин, — добавила она.

Фрэн резко швырнула сердцевину в загон для свиней у нее за спиной.

— Ежели кое–кто перестанет кувыркаться с первым попавшимся деревенским мальчишкой на первом попавшемся чертовом стоге сена…

Ее слова ничуть не задели чувств Элиссы, которая продолжала улыбаться.

— Ах, Фрэн, ты уж точно отправишься под венец девственницей, не так ли? — фыркнув, заметила она.

Следующая сердцевина попала старшей сестре прямо в нос, и та сердито шикнула на Фрэн.

— Да без разницы, спишь ты с ними или нет, ведь если кто–то из них скажет, что спишь, то остальные поверят, — сказала Мэри.

Все согласились.

— Послушайте, солдаты не разговаривают с фермерами. Они ни черта не знают о нашей жизни. Даже лучники… — Она пожала плечами. — У лучников денег больше, чем у любого из фермерских сынков. А у наемников…

— К тому же не все они джентльмены, — перебила ее Мэри. — Будь у меня хоть что–то из приданого, я бы никогда даже не дотронулась до этого Плохиша Тома.

— А мне он нравится, — заявила Фрэн.

— Значит, ты еще тупее, чем я думала. Разве не ты должна быть самой умной и разбитной из нас? От одного его вида меня в дрожь бросает, — вздрогнула Мэри.

Элисса вскинула руку, призывая их к тишине.

— Так или иначе, к чему весь этот разговор… — Она обвела взглядом сестер. — У нас кое–что есть. Кое–что весьма ценное.

Она улыбнулась, и эта улыбка озарила ее лицо, превратив юную ведьму с широкой прямоугольной челюстью в весьма привлекательную молодую особу. Мэри обернулась и увидела, что улыбка Элиссы предназначалась оруженосцу средних лет, проходившему мимо кухни с ведром золы. Он направлялся чистить доспехи своего господина.

Как только мужчина скрылся из виду, Элисса тут же стерла с лица улыбку и продолжила:

— В крепости шестьдесят солдат. Значит, есть шестьдесят возможностей, что один из них женится на одной из нас.

Мэри фыркнула. Фрэн подалась вперед, напрочь забыв о зажатом в руке яблоке.

— Может, в этом что–то и есть.

Как правило, союзницами они не были, но в этот раз их взгляды встретились, и сестры улыбнулись друг дружке.

— Поэтому мы не будем сами. Это все, что от вас требуется, девочки. Не будем сами. Посмотрим, что они нам предложат.

Мэри не была столь уверена.

— Ну и что с этого–то? Мы не будем спать с ними? Что еще? Может, нам стоит научиться стрелять из лука? Или пойти к Мэг и заняться шитьем?

Старшая из сестер покачала головой.

— Лиза не перестанет раздвигать ноги перед любым мало–мальски симпатичным парнем, — заявила Мэри.

— Пусть Лиза делает, что хочет. Она старая, а мы нет. — Фрэн осмотрелась. — Капитан ничего такой.

Элисса фыркнула.

— Он крутит с одной из монашек.

— Неправда! — воскликнула Кайтлин. До сих пор она молчала, но некоторые вещи просто не могла выносить.

— Да что ты говоришь? Неужто ты в этом разбираешься?

— Я прибираюсь у него в комнате, — покраснев, призналась Кайтлин. — Иногда.

Элисса уставилась на нее.

— А ты, юная особа, оказывается, темная лошадка.

— Неправда! — заявила девушка, готовая к их подколкам.

— Ты заходишь прямо в его комнату?

— Почти каждый день. А что?

Кайтлин огляделась. Элисса пожала плечами.

— Одна из нас могла бы забраться к нему в кровать.

Кайтлин поднесла руку ко рту, Мэри сплюнула, а Фрэн выглядела так, словно всерьез обдумывала предложение.

— Слишком безрассудно, — объявила свое решение Фрэн. — Он тоже довольно опасный.

— От него в дрожь бросает, — подтвердила Мэри.

— Зато его оруженосец хорош, как с картинки, — заметила Элисса. Младшая сестра залилась румянцем. К счастью, остальные этого не заметили.

К СЕВЕРО-ЗАПАДУ ОТ ЛИССЕН КАРАК — ШИП

Шип отчаянно нуждался в сведениях. Хорошо бы его друг со Скалы был посмелее. В сгущавшихся сумерках он призвал на помощь птиц. Теперь чародей взбирался с одной горы на другую. Спуск по северной стороне всегда был более пологим, нежели подъем. Шип поднимался все выше и выше. Деревья редели, и на более открытой местности маг двигался быстрее.

Словно ястребы к рыцарю, к нему на руки сели два ворона. Он заговорил с ними, поместил послания в их сообразительные головы и отослал в крепость. Вороны никогда не вызывают подозрений. Два крылатых вестника взмыли над головой Шипа и полетели на юго–восток, а маг повернулся и увидел, насколько высоко он забрался.

Он обвел взглядом девственную природу. Далеко внизу под ногами тянулась цепь бобровых запруд, крохотные озера искрились в лучах заходящего солнца. Соединявший их поток серебряной нитью сверкал то тут, то там среди искореженных переплетавшихся деревьев.

Маг продолжил восхождение. Склоны стали более крутыми, и это замедляло продвижение. Длинными сильными руками ему приходилось хвататься за деревья и подтягивать свое неуклюжее тело вверх.

Сделав последний рывок, он перевалился через скользкий валун и оказался на самой вершине. Тяжело дыша, Шип остановился и широко развел нывшие от усталости руки: поднимать столь огромный вес не так уж и просто. У самых его ног раскинулось темное глубокое озеро, в которое с невероятной высоты низвергался водопад. От летевших во все стороны брызг одежда мага тут же вымокла. Он опустился на колени и принялся жадно пить из магического источника.

Из–под толщи воды на расстоянии вытянутой руки вынырнула голова, и чародей резко вскочил.

«Кто пьет из моего озера?»

Слова прозвучали в голове мага, даже не будучи произнесенными вслух

— Меня зовут Шип, — ответил он.

Существо направилось к берегу, потоки темной воды стекали с его гладкого тела. Оно становилось все больше и больше, угольно–черная кожа сияла, подобно обсидиану.

Движение было стремительным, но при этом само существо казалось абсолютно неподвижным. Все это Шип улавливал лишь краем глаза. А когда создание полностью вышло из воды, оказалось, что оно на четверть выше самого чародея.

Сиявший чернотой каменный тролль. Безо рта, глаз и, похоже, вообще без лица.

«Я тебя не знаю».

— Зато я знаю о тебе, — ответил Шип, — и мне нужны союзники. Говорят, ваш вид бесстрашен в бою.

«Чувствую твою силу. Большую силу».

— А я вижу твою мощь и твою скорость. Они тоже немалые.