Алиар: Мир без души (СИ) - Огнева Мария - Страница 26

Это был удивительный конь. Кина любила животных и быстро привязывалась к ним — но сложно любить того, кому настолько плевать на тебя. Пасся конь или вёз телегу, гладили его или били, хвалили или понукали — он оставался столь же безразличен к происходящему. Поэтому и относилась Кина к нему, как к декорации: к телеге или опустевшим уже бочкам из-под яблок. Мрак, впрочем, воспринимал её так же.

Телега резко остановилась, и Джон спрыгнул рядом с одним из рыночных лотков. На прилавке лежали кольца, еда, оружие, бижутерия, тарелки, книги... Джон взял в руки один из амулетов. Это был типичный айнерский приз победителя состязаний: круглая серебряная пластина с вычурным рисунком спереди и гравировкой сзади. Джон немного подержал его в руке, взял ещё один такой же, качнул головой, положил всё на прилавок, спросил что-то у торговца и залез обратно.

— Зачем тебе амулет Священного Города?

Джон помотал головой:

— Они были похожи на кое-что.

Он остановился у гостиницы и снова пошёл договариваться. Кина вздохнула. Что, если Джон и вправду найдёт здесь того, кого ищет? Что тогда? Их путешествие подойдёт к концу и они разойдутся? Или, наоборот, он покончит с делами и наконец обратит внимание на неё?..

Из гостиницы вышел слуга и, весело улыбаясь и поглядывая на Кину, отвёл Мрака в стойло. Конь так же безразлично пошёл за ним. Кина проводила их взглядом и проследовала внутрь. В гостинице было много поситетелей, все они гомонили и смеялись, но это было не сравнить с эрнельской улицой, и Кина глубоко вздохнула, вдыхая, казалось, саму эту почти-тишину.

Джон окинул её равнодушным взглядом и кивнул, показывая, что заметил её присутствие.

— Я как раз закончил. Вот ключи. Устраивайся, я пойду поговорю с местной атаманш...

Они посторонились, потому что к хозяйке гостинице подошёл невероятно самодовольный монах.

— Что, Барли, мою любимую комнату ещё не заняли? Я тут подзадержусь, знаешь ли...

Он увидел Джона и побелел. Джон так же молча смотрел в ответ. Казалось, они были настолько потрясены присутствием друг друга, что не могли испытывать гнев, раздражение или даже изумление, лишь пытались осознать это событие. Как ни удивительно, монах пришёл в себя первым — и опрометью кинулся к выходу. Джон, расталкивая людей, помчался за ним. Кина не успела опомниться, а они уже скрылись из глаз. Она подумала, не нужно ли помочь, но решила, что Джон разберётся сам.

Хозяйка гостиницы востроженно захлопала глазами.

— Погоня! Пого-оня! Как здорово! Будет, что рассказать посетителям!

В голове Кины щёлкнуло.

— А мне вы можете что-нибудь рассказать?

— Конечно! Ваш муж уже заказал ужин. Подать?

Кина хотела поправить её, но увидела, как хозяйка сразу же навострила уши: что скажет, муж? брат? просто любовник?! — становиться предметом местных сплетен не хотелось, и Кина лишь кивнула:

— Подайте. Что это был за монах? Ничего, что Джон за ним погнался? Проблем со стражниками не возникнет?

Женщина вытаращила глаза:

— Это же не Кивиш, откуда у нас стражники!

Вскоре Кина уплетала ужин и слушала биографию этого монаха — вперемешку с историей города, рассуждениями о современной моде и воспоминаниями о муже хозяйки. Звали монаха отец Ульа, в Айнере он был крупной шишкой. Хотя выглядел он моложаво, на самом деле, у него уже были сын и даже внук.... Тут-то Кина по-настоящему удивилась. Святым отцам и братьям запрещалось заводить семью, и, хотя по стремительной карьере многих братьев было видно, что у них есть родственники наверху (да это особо и не скрывалось), о семейных связях обычно не говорили. Видно, эта женщина и вправду знала многое.

— А как ему удалось стать настоятелем Холодного Храма? У него что, тоже отец из Айнера?

Барли махнула рукой:

— Нет, что ты. Ульа как раз всего добивался сам. Ты разве не знаешь? Это ведь он придумал Состязания Веры. Ещё братом. Вот тогда его карьера прямо взлетела!

— Понятно.

Кина замолчала: и к монахам, и к Состязаниям она с последнего времени относилась весьма настороженно... особенно к высокопоставленным монахам. Оставалось лишь надеяться, что Джон, если и встрянет в проблемы, легко из них выпутается.

***

       Мы будем драться на земле,

           Под солнцем и в кромешной мгле,

           Враг — словно призрак без лица...

           Мы будем драться до конца!

Ария

— Надеюсь, за годы в храме ты не разучился молиться?

Ульа исподлобья глядел на него:

— Ты можешь сделать со мной что угодно, но ты никогда не найдёшь его!

Из себялюбивого лицемерного монашка он вдруг превратился в борца за веру, и было видно, что даже пытки не заставят его признаться. Джон сцепил зубы.

— Вот ублюдок... Создать полсотни копий моего амулета и раздавать их как призы... как призы за веру! Дурак! Ты хоть знаешь, какая сила в нём сокрыта?!

Монах фанатично улыбнулся.

— Знаю! И ты никогда не получишь её. Тебе не найти амулет. Мой мир спасён! — выкрикнул он и зажмурился.

— Кажется, уже нашёл.

Джон задумчиво смотрел в стену. Это было так... логично. Так очевидно. Как он не понял сразу?

— Ты уверен, что его силы хватит захватить мир... Ты не доверил бы такую мощь обычному монаху... Ты никому бы её не доверил. И ты знал, что я буду искать тебя... Жаль, что не знал другого: если амулет не использовать, через месяц энергии накопится столько, что носящего его разорвёт на куски.

Ульа стал столь белого цвета, что было очевидно: ему стало страшнее раза в три. Джон кивнул своим мыслям.

— Да... как я и думал... ты мог доверить амулет только своему сыну. Что ж, радуйся. Потому что ты своими руками его убил.

***

— Кина, мы уезжаем. Хозяйка, соберите нам еды на два дня.

Кина вскинула голову, но прежде, чем она успела что-либо сказать, Джон за руку вытащил её к конюшне. Он быстро рассчитался с хозяйкой, и вскоре они уже ехали по дороге на Айнер.

— Это и был тот, кого ты искал? — наконец нарушила молчание Кина. — Надеюсь, ты его убил?..

— Откуда такая кровожадность?

Она поморщилась.

— Мне рассказали, кто его сын. Брат Елло! Он сейчас настоятель завандрского монастыря... козёл.

Джон уставился на неё.

— Он в Завандре?!

— Был там, когда я убегала... собственно, из-за него и пришлось бежать...

Джон резко остановил Мрака. Благо, дорога была достаточно широкой и, пусть с трудом, ему удалось развернуть коня.

— Ой. Погоди! Погоди, ты что! Куда? Мне нельзя в Завандр!

— Почему?

— Меня ищут все стражники и бандиты!

— Зачем?

— Да всё из-за него же, из-за этого ублюдка!

— Что ты сделала?

Кина промолчала.

— Хорошо. Что ты не сделала?

Сквозь безразличие на лице Джона можно было различить насмешку. Кина обиженнно насупилась, но вскоре не выдержала:

— Что-что! Сам знаешь. Нет, ну ты представляешь?! Он ко мне приставал! А ещё святой отец! А когда я отказала, натравил на меня и бандитов, и стражников! Ты знаешь, какие связи у этих монахов?! Мне туда нельзя!

Джон кивнул.

— Разберёмся.

5.3. Дейнар: Заслуженная передышка.

Кина наотрез отказалась оставаться в гостинице: о её прибытии стало бы известно сразу же и вскоре явились бы гости, с которыми бы она ни за что не справилась сама... Так что они сразу поехали к монастырю. Телегу оставили невдалеке (так, на всякий случай) и к стенам подошли пешком.