Алиар: Мир без души (СИ) - Огнева Мария - Страница 46

Дом Эльки Тэрн нашёл быстро. Но вот зайти туда оказалось задачей посложней.

«Что я ей скажу? Обрадуется ли она? Может, она уже спит? Может, у неё уже ребёнок спит? Да нет, рано ещё... Может, ей не до меня? Да и она после родов, что мне её тревожить?. Да чтоб тебя... Собер-рись! Вдруг ей помощь нужна!»

Он взял себя в руки и постучал в дверь. Открыли не скоро: Тэрн уже трижды порывался сбежать.

— Ничего не покупаем, в Творца не верим, работы нет.

На пороге стоял сонный мужчина с добрыми, но усталыми глазами. Тэрн помолчал.

— Мне бы... Эльку увидеть...

«Я, наверное, адресом ошибся», — сообразил Тэрн, а мужчина внимательно посмотрел на него.

— А по какому, собственно, вопросу?

И Тэрн вдруг резко понял, что он имеет право так спрашивать. Что это обычная ревность, вполне естественная, когда вечером приходит незнакомый парень и требует вашу жену или подругу, в то время как вы знаете, что от прежней жизни друзей у неё не осталось.

И Тэрн сказал, чтобы никак не зацепить чужие отношения:

— Мы работали вместе. Она считает меня мёртвым, решил показаться ей на глаза, чтобы не переживала.

Мужчина просиял.

— Так вы Тэрн?! Я Сэд. Заходите, заходите скорее. Мы вам стольким обязаны!

Говорил он взбудораженно, но негромко. Тэрн прошёл за ним так же тихо, почти на цыпочках. Он заметил, что у Сэда это выходило уже совсем естественно.

— Элька! — прошептал он в одну из комнат.

Она вышла — точно такая же, какой запомнил её Тэрн, только глаза стали гораздо ярче. Всплеснула руками, заулыбалась, подскочила к нему, что-то быстро, но тихо заговорила. Она провела Тэрна на кухню, продолжая что-то рассказывать, стала греть еду. Сэд вышел куда-то. Тэрн собрался с силами и постарался вникнуть в её речь:

— ...Стольким тебе обязаны. Если б не ты, я бы... ох, сложно даже говорить об этом! У нас ведь обычно матерей, которые хотят бросить детей, кладут отдельно — чтобы остальные их не переубедили... у нас низкая рождаемость, люди строят карьеру и не хотят заводить детей, а когда собираются, то уже поздно... Поэтому за любого ребёнка цепляются, — она помрачнела, потом тряхнула головой. — Так что если б не ты, мне никто бы этого не сказал. Хотя, мне кажется, я бы всё равно на такое не пошла... — она протянула ему тарелку с пирожками. Тэрн взял один и машинально начал жевать. — А тут — когда девчонки узнали мою историю, меня так поддержали! И до сих пор помогают всегда, представляешь? Такое большое Материнское Братство, — она хихикнула.

Вернулся Сэд с бутылкой вина. Дальше шёл длинный, очень подробный рассказ о том, как они познакомились. Если свести его к сути: Сэд был братом одной из женщин, с которыми Элька подружилась в родильном доме. Он тоже проникся историей «бедной девочки», а постоянно слыша от сестры об их совместных делах, понемногу втянулся и тоже стал ей помогать. Потом как обычно — влюбились, поженились... и хорошо.

Тэрн потряс головой, выходя из своего полусна. Элька и Сэд сияли одинаковой счастливой и вечно доброжелательной улыбкой, и Тэрн порадовался, что ей удалось найти такого же хорошего и доброго человека, как она сама. Выходит, всё в её жизни сложилось к лучшему.

Было ли ему жаль несложившихся отношений? Тэрн вдруг понял, что нет. Не его это была девушка, не его жизнь. Он просто зацепился за первое сколько-нибудь подходящее, чтобы закрепиться где-то, и чем прочнее, тем лучше, чтобы не быть больше одному... Но теперь он снова был абсолютно свободен. Свободен и никому не нужен.

— А?

— Я спросил, как прошёл ваш путь в Каммену? — кажется, Сэд повторял это уже не в первый раз.

— Да хорошо прошёл... я вам в следующий раз расскажу. Пора мне. Я же только вернулся, до ванной даже дойти не успел.

— Ой, — Элька приложила руки к лицу, — тебе жить-то есть где? Давай мы тебе у нас постелим? У нас есть гостевая комната.

— Спасибо. Мне Рия дала ключи от завода, туда и вернусь.

Тэрн заметил, как нахмурился Сэд при упоминании Рии. Хороший парень. Он явно принимал близко к сердцу все проблемы Эльки — даже ближе, чем она сама. Так часто бывает у этих добрых людей: тех, кто причинил боль им, они прощают легко, а вот тем, кто обидел их любимых, запоминают на всю жизнь. Не мстят, не затеивают скандал — они же добрые, — но помнят.

Перед уходом Тэрну предложили поглядеть на малыша. Отказываться было неудобно, да и надо же было, наверное, посмотреть на ребёнка, названного в его честь...

Это был обычный миленький карапуз, мало отличающийся от любого другого ребёнка; очень, впрочем, славный. Они на цыпочках прошли в комнату и так же тихо вышли, но, видимо, Тэрн с непривычки всё равно оказался слишком шумным, потому что Сэду пришлось остаться успокаивать малыша. Но справлялся он не очень хорошо, — заметно было, как Элька беспокоится и рвётся туда, — и повезло, потому что семья определённо собиралась задержать Тэрна ещё на часок. А так ему вручили сумку с пирожками («Придёшь — когда тебе готовить...») и отпустили-выгнали.

***

Тэрн ушёл недалеко: сел на лавочке около подъезда и снова задумался. Он видел, как потемнели окна у Эльки, как постепенно гасли другие окна в этом доме. Становилось всё прохладнее, но он не замечал.

Тэрн уже знал, что не будет больше помогать Рие. Отнесёт бутыль Юню и хватит с него...

Так что же теперь? Накупить книг, которые он видел в храме, и осесть где-нибудь: читать и разбираться с чертежами?.. Это было хорошее дело, отличная цель. Хотя, судя по размеру книг и сложности расчётов, на это потребовалось бы не меньше нескольких лет. А что потом? Что, если выяснится, что таким образом какой-то зануда просто рассчитывал, как ему украсить храм?.. А он, дурак, потратит на расшифровку всю свою жизнь?.. «Это будет достойный финал столь нелепой жизни», — ухмыльнулся себе Тэрн.

Остановиться, наверное, следовало в Дейнаре: библиотека под боком, там книги и найдёт... жаль, что у них библиотекаря нет! «А что? — подумал он вдруг. — Попрошусь к ним на службу. Идеально!»

Он засмеялся — потом так же резко остановился и потёр лоб.

Зачем ему эти расчёты? Какие ответы он пытается найти?

Почему нет места, куда он хотел бы вернуться? Почему большинство людей вокруг так не запоминается? Почему он по пальцам может пересчитать тех, кто хоть как-то заинтересовал его за время странствий? Это с ним что-то не так или их жизнь действительно пуста? А что делает жизнь не пустой? Не его же метание по городам, тогда что? Почему он считает свою жизнь полнее жизни стольких людей? Это и есть гордыня?

Так Тэрн мог думать ещё долго-долго, но его отвлекли. Какой-то человек приблизился к скамейке и замер напротив него. Тэрн уже собирался ответить, что, нет, покурить не найдётся, но вскинул глаза и наткнулся на слишком недоброжелательный взгляд.

— Верни, пожалуйста, мои вещи, — очень спокойно произнёс незнакомец.

Тэрн вздрогнул.

— Какие вещи?..

— Те, которые ты стащил из храма Каммены.

Тэрн вытаращился на незнакомца. Только сейчас он понял, кто это был, — тот торговец яблоками, который ещё говорил что-то про глаза.

— А с чего вы взяли, что они у меня?

— До Каммены может дойти только Герой из Пророчества. Герой — только один на поколение. И это ты.

— С чего вы взяли?

— Достаточно поговорить с тобой пять минут, чтобы понять. Оставалось лишь разыскать твою скандальную спутницу — а уж потом тебя.

Тэрн встряхнулся.

— Погодите-ка! Как вы могли добраться до Каммены и вернуться, да ещё и поискать меня, если я сам пришёл полдня назад? И у меня это заняло едва полгода!

— Ты не знаешь троп. Повезло ещё, что я не вернулся раньше тебя.

Он сделал движение рукой, явно собираясь протянуть её за своими расчётами, но Тэрн сбил его:

— А как вы оказались в Каммене, если туда может попасть лишь Герой? Который, как вы заметили, один на поколение?..

Мужчина промолчал. Тэрн набрался храбрости, сейчас ему было по-настоящему страшно.