Наследница дракона - Ренье Сандра - Страница 20

Слишком поздно? Так у них дошло до поцелуя? Или зашло еще дальше? Ли прав: не на всякий вопрос нужен ответ.

Туннель изменился. Камни стали больше, лучше обтесаны и пригнаны один к другому. Еще одно ответвление. Тупик. Отверстие в стене, через которое проникнет разве что такса. Ли нагнулся, провел пальцами по кельтскому узору на камнях, и проход увеличился. Фонарики мы предусмотрительно потушили, вошли в проход, выпрямились и оказались в пространстве не больше платяного шкафа. Только вместо платьев здесь на полках стояли книги и фолианты. Ли приложил палец к губам. Мы прислушались. Тишина. Ни звука. Ли снова включил фонарь.

— Книга пророчеств хранится вон там, — прошептал он и пошел дальше.

Маленькая комната, как оказалось, примыкала к огромному залу. Вот мы и пришли. Это была библиотека Авалона. Гигантский книжный лабиринт, где легко заблудиться. Хорошо, что Ли здесь был как дома. Это и неудивительно: он же тут целых двадцать лет учился.

Он целенаправленно прошагал к нужной полке и взял в руки Книгу пророчеств. Хорошо ему: он-то, в отличие от меня, умеет читать, что в ней написано. Я же никогда не учила руны и огамическое письмо.

Ли пролистнул несколько страниц и замер над каким-то латинским текстом. И что это означает?

— Избранная связана с регалиями Пана, — перевел Ли, — они притягиваются к Избранной, она поможет их найти.

— Отлично, — тихо прокомментировала я, — и что теперь с этим делать?

— Регалии сами должны прийти к тебе, — отозвался Ли, — нам не надо их искать, выбиваясь из сил. Они сами тебя найдут.

— Тогда ради чего я тут мерзну в насквозь мокром свитере?

— Можно и не мерзнуть, — согласился Ли.

— Тогда пошли домой. Хочу в горячую ванну, — потребовала я.

— Есть другой способ согреться, — ухмыльнулся он, протягивая ко мне руки.

— Не надо обещать того, чего не в силах исполнить, мистер Фитцмор. У тебя всего двадцать пять градусов тепла!

Тем не менее сердце забилось быстрее, и стало теплее. Бог знает, к чему бы это привело, если бы вдруг на страницах книги не появились сами собой новые строки. Книга сама себя переписывала красно-коричневыми чернилами на неведомом мне языке. Ли, только что крепко обнимавший меня за талию, остолбенел и опустил руки. Казалось, он глазам своим не верит. Недоброе предчувствие зашевелилось у меня в груди. Книга перестала писать.

— Что там? — тихо спросила я.

Ли поглядел на меня и мысленно произнес только два слова: Хортон-Колледж.

И в следующее мгновение кто-то включил у нас прямо над головой яркую лампу, так что мы зажмурились.

— Гляди-ка, — раздался голос, — да это наша новая однокашница, что внезапно исчезла без следа, даже не попрощавшись. Снова проблемы с чистой одеждой, Фелисити Морган?

Перед нами стояли Лайм и Финн. И вид у них был совсем не радостный.

ПРИЗНАНИЯ В БИБЛИОТЕКЕ

— А вы что тут делаете? — поинтересовалась я, стараясь говорить как можно увереннее и унять колотящееся сердце.

Лайм удивленно поднял свои идеальной формы брови.

— Я думала, библиотека по ночам закрыта для учеников, — продолжала я наступление.

— Кто тебе такое сказал? — смутился Финн.

— Финн, — произнес Лайм, глядя на Финна сверху вниз, — мы должны заявить, что они здесь.

— Зачем вам Книга пророчеств? — обратился Финн к Ли.

Ли захлопнул книгу. Теперь никто не увидит, что мы искали. Он посмотрел Лайму в глаза и отчеканил:

— Библиотека действительно закрыта для учеников по ночам. Что вам двоим здесь нужно?

— То же самое мы могли бы спросить у вас, — заносчиво бросил Лайм, — хотя у Мерлина будет к вам еще больше вопросов.

Он обошел вокруг книжного стола и схватил меня за руку выше локтя. Ли сделал шаг вперед.

— Не стоит! — отрезал Лайм. — Среди нас нет никого быстрее тебя, но Фелисити еще медлительнее и хуже образованна, чем мы.

У Финна было такое лицо, будто он на все готов. Теперь он совсем не походил на того милого приветливого юношу, который открывал мне ворота.

— Вы что, угрожаете мне? — проговорила я.

— Никто тебе не угрожает, — отозвался Финн, — а теперь пошли. Спокойно и без шума.

И Финн подтолкнул Ли к выходу.

На стене в свете лампы виднелись наши четыре тени. И еще одна — пятая! Он вернулся! Тень, помоги! Надо как-то отвлечь Лайма.

— Лайм, слушай, — начала я, — ты утверждал, что ты был намного моложе других учеников, когда попал на Авалон.

— Это имеет отношение к вашему внезапному появлению в библиотеке? — бросил Лайм.

Никакого. Просто мне приходится что-то придумывать на ходу.

— Как же Мерлин тебя нашел?

У Лайма дрогнул угол рта. Ли подал голос:

— Он — преемник Мерлина. Когда-нибудь Лайм станет ректором школы и войдет в Королевский совет. Ходят слухи, что Мерлин — его отец.

Пальцы Лайма впились мне в локоть. Я вздрогнула от боли. Финн толкнул Ли в плечо:

— Помолчи!

Ли с издевкой ухмыльнулся, глядя на Финна сверху вниз.

— Во время последней нашей встречи ты был гораздо любезнее, — заметила я, — какая муха тебя укусила?

— Ты назвала меня геем, прежде чем растворилась в воздухе, забыла? — упрекнул Финн.

Да ты что? Правда? И как это произошло? Мы пили шампанское, праздновали его двадцативосьмилетие. Очнулась я уже в Версале.

«Прости, Финн», — готова была произнести я, но силуэт на стене подал мне знак, указав сначала на Лайма, потом на Финна. Судя по всему, Тень намекал на то, что Лайм и Финн… Не может быть! Они!.. Они…

Я резко остановилась и взглянула на Лайма.

— Ладно тебе, — заговорил он, — дурочку из себя не строй.

— Я не строю… — прошелестела я, не сводя с него глаз.

Лайм, без сомнения, красивейший из мужчин, которых я встречала, даже Ли не красивее его. Не будь он студентом на Авалоне, не сходил бы с рекламных постеров и экранов. Мне бы в голову не пришло, что он не по женской части. Но Тень просто так не стал бы намекать.

— Я-то не строю, в отличие от тебя.

— Фелисити! — предупредил Ли, и в голосе у него прозвучали ревнивые нотки.

— Вы с Финном пара! — воскликнула я.

Теперь на месте застыли все. Замерли как громом пораженные.

— Ты бредишь, Фелисити, — проговорил Лайм, — но это неважно. Лучше придумай, как объяснить Мерлину ваш визит сюда. Прямо сейчас!

И он с силой потащил меня за собой.

Финн изменился в лице. Он уставился на меня, потом перевел взгляд на стену… Ли воспользовался этим моментом. Он с силой отпихнул Финна в сторону и схватил Лайма за воротник. Лайм не отпускал моей руки, так что Ли вместе с Лаймом трепал и меня. Я задела ногой библиотечную стремянку, она с грохотом рухнула на пол и вдребезги разбила лампу. Стало совершенно темно. Я упала на четвереньки. Где-то рядом метался Ли. Видимо, искал выход из библиотеки. И нашел! Он подхватил меня и повлек за собой, и мы очутились в туннеле. Проход снова сузился, пришлось продираться наружу через узкое отверстие. Ли подпихивал меня сзади, не слишком церемонясь: нам было не до того. Лайм и Финн вслепую искали нас где-то позади. Очевидно, они так же плохо видят в темноте, как я. На наше счастье.

Спустя секунду все звуки смолкли. Я пролезла еще немного вперед и попыталась подняться с колен, при этом пребольно саданувшись головой.

Ай! Разве тоннель не успел расшириться и увеличиться?

— Фей?

— Ли!

Слава богу. Он рядом. Где-то у меня за спиной.

— Не бойся, Фей, я здесь! Подожди, попробую зажечь свет. Черт, я потерял фонарик в библиотеке!

И я тоже.

— Здесь что-то есть, — сообщил Ли.

Замерцал свет — на стене зажегся факел. Мы были в каком-то подвале, где-то наподобие хозяйственного чулана у нас в Хортон-Колледже. Это точно не тот туннель, по которому мы сюда пришли. Неужели мы опять прыгнули во времени?

— Где это мы?

— Понятия не имею, — признался Ли, — а о чем ты только что подумала?

— Я? Ни о чем?