Ремесленный квартал (СИ) - Кошовец Павел Владимирович - Страница 63

— Начнём? — вопросительно оглядел сидящих за столом маркиз и остановился на Гарче, серьёзно посмотрел в его холодные, непроницаемые, как зимняя ночь, глаза — в уголке губ едва обозначилась морщинка, намёк на дружескую улыбку. — Барон РоПеруци, вам слово.

Гарч поморщился как всегда при упоминании титула — в силу каких-то, не до конца ему понятных причин тот предпочитал оставаться просто фигурой под известным всем именем. Остальные присутствовавшие не удивились — маркиз их уже просветил по поводу истинного статуса хозяина безымянного двора, как вассала семьи Западного предела, так и положения правой руки начальника тайной службы.

— Итак, — Гарч положил руки с крупными и мозолистыми, похожими на корни дерева ладонями на стол — к вину он не притронулся, фрукты, ягоды и сыр проигнорировал и, втупив немигающий отстранённый взгляд над плечом графа в окно, начал. — Я проинспектировал склады ремесленников и купцов и должен сказать, что оружия у нас достаточно: от пехотных коротких мечей до копий, щиты и шлемы есть в наличии. Вот с доспехами хуже, но хватает кирас, кольчуг и простых защитных кожаных курток, укреплённых металлическими вставками. С продовольствием такое положение: с учётом уже накопленных мною запасов, продуктовые лавки и пекарня обещали прокормить район в течение двух недель без особой экономии и в течение месяца при жёстком контроле… и полной осаде.

— Нужна охрана, — прогудел граф, только Гарч сделал паузу. — Склады продовольствия — первейшие цели для диверсий. И в случае голода среди населения.

— Сделано уже, — Гарч качнул головой и посмотрел на графа вроде как одобрительно. — Есть две проблемы. Нехватка людских ресурсов, особенно профессиональных солдат — вооружить мужское население можем, но насколько подобное ополчение будет эффективно против регулярных войск, вы знаете сами. Десяток стражников, находившихся на территории района на момент бунта проблему не решают — при том, что в их лояльности я уверен. И вторая: недостаточная крепость внешней защитной линии. Напоминаю, что пост на мосту, самом слабом и явном месте для атаки — это несерьёзно. А канал преодолеть хорошо подготовленному отряду не составит никакого труда. При этом практически открыт подход района со стороны притока. Да, течение сильное, но подойти в шлюпках с корабля по течению — не проблема. Только за границу с Гномьей слободой мы можем быть более-менее спокойны. «Светлые», кстати, обещали поставить до десятка лёгких стреломётов и несколько тяжёлых катапульт.

— Ух ты, — оживилась Лидия, до этого мрачно слушавшая Гарча.

— Возвращаюсь к вопросу о слабой защите. Сегодня я с инженерами и каменщиками обошли квартал, и к утру они представят свои идеи. Но уже сейчас ясно, что идущие вдоль канала дома жильцам придётся покинуть, окна как минимум первых этажей блокировать, проходы баррикадировать. А также будет формироваться вторая линия обороны по улице Горшечников. На всякий случай. Для этого тоже нужен народ. Опять же обещали помочь гномы — со времён последнего погрома слобода стала очень хорошо укреплена.

— Не поверю, — бросил граф, — что это за просто так. Гномы — и такой альтруизм…

— У нас есть определённые договорённости. При том, что они заинтересованы в крепком соседе — строго говоря, граница с нами у них самая слабая, ибо испокон веков повелось помогать друг другу. И да, именно ремесленники укрыли «светлых» тридцать лет назад во время печально известных погромов и охоты за носителями Дара, когда гномы шли за компанию, — он поджал губы, несколько мгновений изучая графа. — Но да: пришлось кое-что пообещать. Точно также, как и владельцам лавок, мастерских и простым жителям, — он перевёл внимательный взгляд на принцессу, как бы говоря, что это её тоже касается.

Лидия поняла всё правильно и твёрдо ответила:

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы компенсировать траты… — и запнулась.

Повисла пауза, ибо всем и так было понятна недоговорённость: для того, чтобы выполнить обещание, нужно не только выжить, но и сесть на трон.

Гарч согласно кивнул.

— Я так и объясняю. Но, учитывая, что население не знает, что вы здесь, обещания беру на себя. Мне пока верят. Да и с пониманием в Ремесленном квартале всё в порядке. Так, дальше…

Маркиз слушал доклад Гарча и думал, что любопытно так идёт совет — фактически говорит один человек, который проделал огромную работу и просто доводит до сведения высокопоставленных дворян (а по сути гостей, нашедших приют здесь во время бегства) состояние дел. Мало того, присутствие этих людей только ухудшает положение района, ибо мародёры уйдут, а им на смену может прийти новая власть, которую нельзя будет сюда пустить. Что ж, теперь и остальным нужно разделить ответственность и включиться в работу, которую так хорошо начал барон.

— Последнее время доходят неприятные вести о каких-то непонятных бесчинствующих отрядах, продвигающихся в нашу сторону. По описанию они напоминают морских разбойников. Но точных сведений к сожалению нет: их количество, цели, к какому анклаву относятся — это всё пока вопросы без ответов…

— Это точно пираты, а не «тёмные»? — неожиданно задал вопрос граф.

Гарч без удивления посмотрел на него, словно ожидал услышать подобное.

— Не точно к сожалению. Сведения предоставлены беженцами, которые, как вы сами понимаете, убегая в страхе, не могут адекватно соображать, даже если бы и смогли отличить урука от корсара. Но отсутствие ягиров, которых не заметить не возможно — а мы знаем наверняка и от вас в том числе, что в городе действуют именно наездники, а также яркий внешний вид, который никак не может соответствовать одежде «тёмных» воинов, дают возможность сделать такой вывод, — маркизу показалось, что в прежде ровном голосе представителя тайной службы мелькнули сарказм и раздражение.

— Я к чему говорю, — невозмутимо продолжил граф, — может, мы решим проблему с потенциальными шпионами в самом районе? — на нём скрестились два озадаченных и один понимающий взгляды. — «Тёмные», — развёл руками, словно показывая, что и так всё понятно. — Давайте избавимся от них.

— Причины? — холодно уточнил Гарч.

— Да потому что они «тёмные», и гарантировать их верность не сможет никто. И потом, их вызывающее поведение — это верх неприличия, а такое положение вещей возможно в самом скором времени может вылиться настоящей бедой. Вот пример: мой племянник, сэр РоАйруци постоянно жалуется на гоблина. Я его понимаю и делаю скидку на возраст, он молод и горяч и пока на мир смотрит с большими заявками, но… Он говорит, что после каждой случайной, — подчеркнул это слово встречи с зеленокожим чувствует себя… плохо. И, соответственно, не может адекватно выполнять функции командира и инструктора ополчения…

— Да это просто случайность, — не выдержал РоПеруши, хотя у него и мелькнуло определённое подозрение.

— Ваша милость, — вступил в разговор барон, — не переживайте, выздоровеет ваш племянник, — твёрдо сказал он. — Я решу эту проблему, — граф недоумённо посмотрел на него — и в самом деле слова Гарча прозвучали несколько двусмысленно.

— Мы не будем избавляться от них, — непреклонно заявил маркиз, перевёл взгляд на невозмутимую Лидию, отвернувшегося Гарча, а потом на прищурившегося недовольно графа. Распространяться о том, что эти «тёмные» спасли ему жизнь он посчитал лишним, как и о данных когда-то дней десять назад обещаниях о крове и покровительстве.

— Я не предлагаю их умертвить, — прогудел граф, — давайте их просто выставим из района, — он доброжелательно посмотрел на Фиори. — Чем плохой выход? Пока не началось укрепление района и полной мобилизации населения — пока эти данные не известны этой парочке…

Наступила неприятная тишина. Маркиз озабоченно посмотрел на принцессу, но та молчала, о чём-то напряжённо думая.

— Выгнать из квартала «тёмных» — это верная для них смерть.

— Не факт. Вон уруки преспокойно себе действуют в столице, и скорее они сеют смерть, чем кто-то пытается от них избавиться. От них одни неприятности — вон и с наёмниками Её Высочества поцапались.