Ремесленный квартал (СИ) - Кошовец Павел Владимирович - Страница 75

— Понятно, — отец Апий предпочёл не обратить внимание на не сдержанность принцессы. Он стоял с задранным вверх лицом (капюшон вновь соскользнул) и закрытыми глазами, будто прислушиваясь к чему-то.

По инерции, следуя примеру кардинала, она тоже подняла голову… И очутилась в ином мире. Голубом, кое-где украшенном тончайшей хлопковой кисеёй. Природа, словно издеваясь, разогнала дождевые надоедливые тучи и как будто специально пригласила солнце полюбоваться на неразумных существ, забывших, что жизнь — это дар.

— Эмир вступил в бой… — голос её дрогнул. — И… на них поднялась настоящая волна… из канала…

— Ничего страшного, — успокоил святой отец, — они ведь сами не на воде находятся.

Действительно вода как-то без особого азарта ударила в щиты подоспевших ополченцев, прошедших сквозь расступающиеся ряды утомлённых и израненных защитников. И кто пострадал больше — свои или чужие, трудно было определить. И особой выгоды это действие ни одной из сторон не принесло. Но вот самого эмира Лидия потеряла из виду, только его телохранитель (второй и последний), шёл вперёд, с одинаковой лёгкостью разбираясь как с низкорослыми дикарями, так и с пиратскими тяжёлыми пехотинцами… М-да, эти восточники совершенно не дорожат собственными жизнями. И, кстати, где же Берджир? Небось, по обыкновению контролирует ситуацию из укромного уголка. И бережёт силы. Тем более, он теперь, после потери пальцев на правой, стал леворуким мечником.

Плотная масса противников шатнулась в одну сторону, в другую, да так и застыла как бы на месте, продолжая перемалывать уйму народа. Это было то хрупкое равновесие, потревожить которое мог любой мельчайший камешек на одной из чаш весов. Хоть самой иди…

Она мрачно поджала губы — экая самоуверенность! Одна драконица, распушившая хвост — больше похоже на жест отчаяния. Впрочем, разве сейчас не время оного отчаяния? И надежды.

Вдруг продекламировал Руфия торжественным голосом. Святой отец бросил на неё мимолётный тёплый взгляд, и Лидия почувствовала мимолётный, едва уловимый укол зависти. Кардинал был к ней значительно стороже и… придирчивей, что ли…Но она ведь старшая, к тому же наследница трона! Тем не менее, факты таковы: Его Преосвященство относился к сестре терпимей и добрее… Как любящий… отец.

— Молодец, девочка, — проговорил он тихо — вряд ли его услышала стоявшая сзади и чуть в стороне Руфия. Сухая, неожиданно тяжёлая кисть легла Лидии на плечо. — Не переживай, дочка, хватит на твой век великих деяний. — Святой отец успокаивает её? — Но только голова на плечах поможет тебе в этом, — в голосе кардинала прозвучала толика иронии и… сочувствие, и Лидия встрепенулась, бросила взгляд на сухонького старичка. В выцветших, словно безоблачное небо, чуть разбавленное молоком солнца, была спокойная уверенность в благополучном исходе. Он утверждающе качнул головой, по лицу пробежала сеточка морщин усмешки. — Всё будет хорошо — Единый с нами.

Неожиданный окрик Тамары привлёк внимание Лидии. Она посмотрела в указанном направлении. И обомлела. С противоположной стороны канала спешила ещё одна группа пиратов с чем-то вроде лестниц. Было их до полусотни, и шли они не к мосту, а чуть правее. Быстро и слажено были проделаны все действия, и сразу же по переброшенным мосткам поспешили морские разбойники — первые цеховики, заметившие неладное были просто отброшены.

Это был удар во фланг недавно подошедшим каменщикам. АллФаррийял наконец-то увидел опасность и перенаправил часть людей навстречу. Но, — у Лидии болезненно сжалось сердце, — с какой лёгкостью пираты проходят ремесленников! Особенно привлёк её внимание шедший на острие атаки невысокий мужчина в тюрбане с двумя саблями в руках, перед которым плотная масса защитников будто расступалась, растекалась. Она увидела, как он виртуозно прошёл щитоносцев, выбив одного и тут же вклинившись на освободившееся место и тут расширяя его.

Остальные участки пока держались. На Кузнечном проспекте стояли наёмники с влившимися свежими силам графа — кстати его самого не было видно, что, впрочем, ни о чём не говорило — в том бедламе, что там происходил, легко было потерять из виду любого человека. Костяк защитников же левой улочки составляли гвардейцы, и пока что волны неприятеля, накатывающие на линию щитов, успеха не имели. Но вот этот боковой рейд резко менял всю картину.

Воин в тюрбане наконец-то остановился, часть его людей выстроилась за ним полукругом, оттягивая на себя львиную долю защитников, а часть ударила в тыл строя, перекрывающего улочку. Несколько мгновений отчаянной рубки, и пираты воссоединились…

Сопротивление не ослабло, наоборот, даже усилилось, но всё это стало казаться агонией Ремесленного квартала. Усталость скапливалась, люди падали, их постепенно оттесняли, разбивали на мелкие группки, которые проще было уничтожить.

— Ещё пираты, — тихо бросила Гилэри, и Лидия увидела ещё один компактный отряд, целенаправленно идущий к мосткам.

Теперь им точно конец… Принцесса, втянув сквозь стиснутые зубы воздух, автоматически пробежалась по одежде, коснулась сабли, надела на голову шапочку, затем кольчужный капюшон и следом сам шлем…

— Ваше Высочество, — запричитала Матильда, в мольбе складывая и заламывая руки — её б воля, она и в ноги упала, но знала, что этого не может терпеть принцесса, — что вы задумали?! Вам же нужно здесь оставаться…

— Я не собираюсь дожидаться, пока за мной придут и… Лучше погибнуть в бою, нежели пережить всех тех, кто тебе был дорог! И утащить с собой хотя бы парочку их убийц.

Она не смотрела в сторону святого отца и Руфии, но ей и им было что сказать.

— Святой отец, вам с моей сестрой нужно схорониться у верных людей. Думаю, стоит обратиться к Гарчу… — она кивнула на замерших у выхода с балкона двух весьма серьёзных мужчин в доспехах.

— О нас не беспокойся, Лидия, — принцесса вздрогнула, услышав своё имя — со времён детства оно не произносилось Верховным кардиналом, — у церкви хватает добрых прихожан.

Принцесса согласно кивнула головой, краем сознания отмечая бесконечное терпение в голосе отца Апия. Как и напряжение, поселившиеся в его глазах. И, словно заинтересовавшись происходящим на подступах к Ремесленному кварталу, отвернулась.

— Мне почему-то кажется, что эти… выходцы с Архипелага пришли не за нами, что они — обыкновенные грабители… — запнулась на мгновение. — Пусть не совсем обычные для столицы королевства, тем не менее, главное для них — нажива.

— Тебе не кажется странным, с каким упорством они стараются прорваться именно в Ремесленный квартал?

— Возможно предыдущие районы Агробара не доставили им столько хлопот, — невесело улыбнулась она. — И поэтому им кажется, что здесь есть, чем поживиться.

— Возможно. Но что-то я не припоминаю, чтобы пираты, получив ожесточённый отпор и теряя такое количество людей, — святой отец указал рукой в сторону боя, на что Лидия мысленно согласилась — на границе района полегло много морских разбойников, — продолжали настаивать на своём. Это всё может закончиться пирровой победой. Они действуют до конца в случае прямой заинтересованности кого-то из совета капитанов. Либо при обещании огромной — достойной — добычи, — многозначительно понизил голос.

Лидию прошиб озноб, ибо что может быть ценного в Ремесденном квартале, кроме неких беглецов, представителей законной королевской династии… Но это означало, что их натравили на район… А также то, что враги знают о них… Ведь так?

— Смотрите! — вдруг воскликнула Тамара, до этого также, как и принцесса вместе с Гилэри демонстративно проверявшая оружие и доспехи.

Куда смотреть, Лидия и святой отец поняли не сразу — куда ни глянь, везде, как говорится, есть, что увидеть. Но принцесса обратила внимание, как, например, перегораживается Кузнечный проспект чуть ниже линии схватки. И это делают в основном женщины и подростки, а раненые и пожилые мужчины выстраиваются в линию со щитами и оружием, пока за их спинами кипит работа. А ещё глубже выкатываются механизмы, весьма похожие на стреломёты, и здесь уже копошатся невысокие квадратные фигурки гномов. Во всём этом чувствовалась рука Гарча, в загашнике которого ещё оставались сюрпризы для врага. Наверняка и остальные улочки перекрываются подобным образом.