Половина моей души (СИ) - Порфирова Елизавета - Страница 6

Все было как обычно. Ничего не напоминало о произошедшем, кроме жгучей боли в плече. Я подняла руку и осторожно прикоснулась к тому месту, в котором особенно сильно чувствовалось жжение. Под пальцами ощущалась рваная линия, сантиметров двадцать, с запекшейся кровью. Края ее припухли и болели больше всего. Рана проходила совсем недалеко от вен на шее, и я поняла, что мне очень повезло остаться живой сегодня ночью.

Боль жгла. Я испугалась, что когти волка могли быть заражены, что в ране может оказаться какая-то инфекция. Но очень скоро поняла, что это меньшее из бед. Ведь волк был совсем не обычным.

- Это бред, - не удержавшись, произнесла я.

Впрочем, если подумать… Вовсе не бред. Мир полон таких вещей, о которых некоторые могут лишь догадываться. Кто-то о них мечтает, а кто-то всеми силами отрицает. Но эти вещи существуют, безусловно, несмотря на то что в них мало кто верит.

Магия есть. Я всегда чувствовала это, но убедилась в том, что не ошибалась, совсем недавно, когда Полина и Алиса рассказали о своих необычных способностях. Когда я узнала, то почти не удивилась, а приняла все как должное. Мне было волнительно, и я радовалась, что мои чувства не подвели меня. В этом совершенно неволшебном мире, как мне всегда казалось, непременно должно было быть что-то волшебное, что объясняло бы многое. Например, что такое интуиция или то, откуда берутся сказки и легенды.

Мало кто, наверное, получает возможность так близко познакомиться с магией. Мне просто ужасно повезло, что мой привычный мир раскрылся передо мной в новом, ярком цвете. Было только одно но, что грызло меня временами: почему так несправедливо, что необыкновенный дар достался людям, находящимся рядом со мной, а не мне. Меня же магия обошла стороной…

Но этой ночью нечто невероятное произошло и со мной. Поэтому не стоит теперь думать о том, что чего-то не может быть и что в чем-то меня кто-то обделил. Вот мое прямое столкновение. В моей квартире на втором этаже в центре города появился оборотень. Самый настоящий оборотень.

А может, все это было все-таки лишь сном? И царапину на шее оставил мне Хелсинг, а остальное придумало мое воображение?

Мысль о преданном черном псе, который так отчаянно защищал меня ночью (пусть даже и во сне), заставила встрепенуться, вскочить с кровати и выбежать в коридор.

- Хел! Хелсинг! – позвала я.

В ответ – гнетущая тишина, которую нарушил лишь резкий визг тормозов вдалеке и звук хлопнувшей подъездной двери.

- Хел! Ты где? – не сдавалась я, проходя по всей квартире и ища огромного черного пса, которому, как мне казалось, сложно было бы остаться незамеченным.

В дверном замке повернулся ключ.

«Мама, - догадалась я, прикрывая рану на плече ладонью. - Что я ей скажу?..»

Метнувшись обратно в комнату, я натянула домашнюю толстовку с вырезом под горло и вновь вышла в коридор. Мама уже стояла в квартире и собиралась закрывать дверь, но словно чего-то ждала на пороге.

- Привет! – сказала она мне, обернувшись, - А я вот сегодня раньше после смены освободилась и решила с псом погулять, пока спать не легла.

Она работала в частной школе-интернате для одаренных детей. График ее работы чередовался дневными и ночными сменами. В дневные она проводила занятия, а ночью в основном ей нужно было следить за спокойствием и порядком. Нередко ей удавалось поспать на работе, но сон этот был беспокойный, поэтому всегда, приходя с ночной смены домой, она позволяла себе пару часов отдохнуть в тихой и уютной обстановке.

Сейчас вид у нее тоже был уставший, но она как всегда приятно улыбалась мне, продолжая стоять на пороге в ожидании. Через открытую дверь ворвался черный лохматый пес. Высунув язык, он встал на задние лапы, толкнул меня в живот передними, оставив грязные пятна на толстовке, и помчался в ванную, готовый мыться после прогулки. За это время я успела заметить, что ухо у него порвано, а на шее не хватает шерсти.

Кажется, мой внешний вид насторожил маму, потому что она сказала, что я очень бледная и нездорово выгляжу, и предложила не ходить сегодня в университет. Но мне надо было обо всем рассказать! Непременно. Как можно быстрее. Поэтому, уверив маму, что все в порядке и что мне просто плохо спалось, я отправилась мыть Хелсинга, умывать себя и собираться.

Хелсинг уже ждал в ванне. Я включила душ, сполоснула ему лапы и хвост, вытерла. Чистым мокрым полотенцем промыла рану с запекшейся кровью на ухе, обработала перекисью, за что получила злой рык в ответ и предупреждающее клацанье зубов. Закончив, я аккуратно зачесала лысины и провела ладонью по черной курчавой голове Хела.

- Бедняга, - сказала я тихо, - Натерпелся сегодня.

Пес доверчиво посмотрел на меня, заскулил, а затем бросился в коридор, торопясь напиться вдоволь после прогулки. Посмотрев ему вслед, я занялась собой. Тщательно обработала и промыла свою рану, морщась от жгучей боли. Придется обратиться к врачу, чтобы наложить швы. Такая рана без специального вмешательства заживать может долго. Но пока что я просто заклеила ее, наложив бинт. Кофта надежно все скрывала.

Возвращаясь в свою комнату мимо гостиной, я заметила на растении в кадке на полу клок серой шерсти, а рядом на темном паркете – не сразу заметные следы огромных волчьих лап. Теперь точно можно сказать, что все это не было сном.

Выпив чашку чая, мама приняла душ и отправилась спать, пожелав мне хорошего дня. Вряд ли она успела заметить шерсть волка и следы – слишком устала. Я неслышно протерла пол. Уходя, взяла с собой клок шерсти, считая доказательством того, что произошло.

В университет в этом году мы поступили почти без проблем. Огорчало то, что теперь мы учились на разных факультетах и виделись реже, чем в школе. Я и Полина изучали иностранные языки, Алиса – русскую филологию, а Лада поступила на физико-математический факультет. Несмотря на то что выбор ее казался вполне осознанным с точки зрения ее интересов в школе, мы все подозревали, что есть еще причина, по которой Лада выбрала именно это направление. И эту причину, красивую, высокую, темноволосую, звали Матвей. Он учился там же, только на другой специальности. Часто все же их группы пересекались на общих лекциях.

На большой перемене мы с Полиной и Алисой отправились в корпус, где училась Лада. Мне не терпелось рассказать о том, что произошло. Мы устроились у подоконника в отдалении от других студентов. Три пары глаз внимательно глядели на меня, ожидая.

Дотянувшись рукой до плеча, я сжала ладонью царапину под кофтой и, вздохнув, рассказала свой сон и все, что произошло сегодня ночью, предоставив в качестве доказательства клок шерсти и показав царапину.

Лада взяла клок из моих рук и внимательно осмотрела.

- Немолодой волк. Шерсть скаталась, ломкая, - медленно произнесла она с удивившим нас всех знанием дела.

- И ты думаешь, что это оборотень? – серьезно поинтересовалась Полина.

Я кивнула. Тысячу раз я была благодарна им за то, что они воспринимают мои слова всерьез, как настоящие друзья. Не смеются. Или, может, так искусно притворяются. Но пусть так. Все мы знаем, что Алиса умеет летать. В этом нет никакой подделки. Это необъяснимо, но это так. Нам ли удивляться тому, что что-то необычное все же существует? Если оно существует, так почему бы нам не узнать об этом больше? Разве это не интересно?

- Можно я возьму клок себе? – попросила Лада.

- Он тебе нужен? – удивилась я

- Ну… - протянула она, не отводя взгляда от шерсти, - У меня же папа охотник. Покажу ему, может, что-нибудь еще сможет сказать.

- А как ты ему объяснишь, откуда у тебя клок волчьей шерсти?

- Так и скажу, - ответила она, пряча трофей в пенал, - На Дину напал волк в ее же квартире, оставил после себя неизгладимые впечатления и клок старой шерсти.

- Эм, - только и смогла ответить я, но против того, чтобы Лада забрала клок ничего не имела: мне он уже был не нужен.