Экс. Дилогия (СИ) - Ганжа Павел Александрович - Страница 191

  И значит, не станет суицидальным поступком открытое объявление о смене "царя горы" на Лауре. Впрочем, с громкими выступлениями полковник торопиться не стал. По въевшейся в кровь привычке. Основываясь на постулате: "подвернется случай - сделаем". А пока Смит встретился с остальными участниками заговора полковников и изложил им свое видение ситуации. И встретил понимание. Полковники решили, что пора выходить из тени. Постепенно, поступательно, методично.

  Договорились о создании временной управляющей структуры. Так ее и назвали - временный комитет управления. ВКУ. В него: помимо Смита, Томаса и Вильмотса, включили Мишеля Анри и первого секретаря Канцелярии Наместника Ласло Федорычева. Последнего - по настоянию Смита.

  Беглый инквизитор давно подцепил высокопоставленного чиновника на крючок. А затем сделал сторонником, психологически обработав и дав информацию о существовании на планетах Федерации враждебной силы - "демонов". Обратно получал сведения из недр Канцелярии, но нигде персону Федорычева не светил. О нем знал только Радулеску. А теперь полковник пропихнул Ласло в управляющий орган заговорщиков, дабы обеспечить себе большинство при голосованиях в будущем.

  Сейчас подобного не требовалось. Решения рождались в результате общего согласия, инициатором и неформальным лидером заговора являлся Смит, и его идеи и предложения принимались. И исполнялись. Однако полковник всегда заглядывал вперед. Да, ныне проблем нет, но кто даст гарантию, что впоследствии они не появятся, наряду с противоречиями в позициях руководителей заговора. Консенсус штука хлипкая. Еще вчера есть, а завтра исчезнет.

  Не факт, конечно, что противоречия появятся. Томас и Вильмотс, мягко выражаясь, прислушивались к мнению Смита. И чем дальше - тем больше, нередко уже фактически выполняя приказы, оформленные в виде предложений. И поводов думать об изменении статус кво полковники не давали, но натура тертого инквизитора брала свое. И он, как водится, перестраховывался.

  А пока все решалось в текущем режиме. На базе Пятой, Седьмой бригад и подконтрольных Смиту отрядов образовали силы планетарной самообороны. О чем подписали соответствующий меморандум. Понятно, что формально. Никакого реального слияния военизированных подразделений не предполагалось. В настоящий момент, по крайней мере. Предыстория отношений не позволяла делать это сразу. Столько лет колониальная пехота мятежникам по лесам гоняла, а те на конвои с воларитом нападали, а тут одним росчерком пера - или тремя, есть соблюдать предельную точность - армейцев и сепаратистов на одну сторону перевели. Командиры-то сговорились, но инерцию мышления рядовых бойцов никто не отменял. Тяжело привыкнуть к тому, что бывший враг становится твоим соратником. Хотя теперь колониалы, принимавшие участие в акциях Смита, а таких было немало, по факту тоже являлись сепаратистами.

  На уровне отдельных групп взаимодействие уже имело место, и довольно успешно, но о создании единого формирования речи быть не могло. Потому полковники определись практику взаимодействия расширять. Распространять и углублять. А пока подписать меморандум.

  Тем же самым меморандумом отстранили от командования Седьмой бригадой генерал-майора Уильямса. Просто закрепив реальное положение дел - вечно нетрезвого генерала видели в расположении части по большим праздникам. А также сместили командующего планетарными вооруженными силами генерал-лейтенанта О'Генри. Приятеля и собутыльника Уильямса. Должность командующего упразднили, передав все полномочия ВКУ.

  То же самое сделали в отношении должности федерального наместника. Отдельным меморандумом. Переименовав канцелярию наместника в гражданскую администрацию и передав ее подчинение Ласло Федорычева.

  При всей декларативности данных документов, Смит прекрасно понимал их значение. И скрытые возможности. Старый аппаратный зубр не единожды убеждался на собственном опыте, что формальные акты обладают существенной силой. Главное - уметь этой силой пользоваться. А Смит умел.

  Кроме того, Вильмотс вызвался провести переговоры со старшими офицерами Первой и Третьей бригад по поводу присоединения к мятежу. Предварительные контакты с ними были, материалы по "демонам" передавались, агитация проводилась, но конкретика не обсуждалась. Не говоря уже о каких-либо антиправительственных акциях.

  Да и понятно. Тот же Вильмотс еще пару недель назад был готов максимум на нейтралитет и невмешательство. Затем речь пошла об обеспечении безопасности космопорта и защиту его силами Пятой бригады от вероятной атаки других федеральных частей. А ныне полковник вполне себе освоился в роли одного из руководителей заговора и откровенного мятежника. События развивались стремительно, и Вильмотсу пришлось под них подстраиваться.

  Смит надеялся, что и старшие офицеры Первой и Третьей бригад тоже подстроятся. Пусть эти части располагались не в окрестностях Монтевиля, но с ними рано или поздно утрясать вопросы придется. И лучше, чтобы они присоединились к мятежным подразделениям. Вторая Этанская и Шестая Этанская интересовали Смита гораздо меньше, поскольку дислоцировались на другом конце материка, в тысячах миль от космопорта. А Четвертой не существовало в природе - когда-то так называлась Шестая бригада.

  К переговорам с офицерами колониальной пехоты бывший инквизитор планировал подключиться позднее. Точно также как и громогласно заявлять о независимости планеты. Это нужно делать в подходящий момент.

  А пока на повестке дня стоял вопрос о приеме инспекции Бюро. О направлении на Лауру специальной комиссии БФБ Смит узнал за пару дней до ее прилета. Хотя событие было ожидаемым. Не мог центральный аппарат Бюро оставить без внимания два серьезных инцидента на важной сырьевой планете. И полковник начал готовиться к прибытию "стервятников" сразу после "диверсии". Другое дело сроки и состав инспекции. Сведения об этом бывший инквизитор получил, когда корабль с инспекцией на борту уже достиг системы Стеллы. В узел связи поступило короткое уведомление центрального аппарата БФБ, отправленное с суперкрейсера. Уведомление содержало два файла: приказ о создании комиссии и списочный состав. Ничего более, но для полковника хватило.

  Выбора у заговорщиков не было. Комиссию нужно было нейтрализовать. И тот факт, что ее возглавлял давний знакомый Смита полковник Робертс, облегчал прогнозирование, но кардинально ситуацию не менял. Физическая ликвидация членов инспекционной группы и их прикрытия в планы Смита не входила. Лишней крови не хотелось, да и по части информации конторских следовало подоить. Потому полковник решил под предлогом усиления мер безопасности после диверсии и орбитальной бомбардировки космопорта, изолировать всех прибывших. Якобы для проверки личностей и полномочий. А затем разбираться с каждым в отдельности. А если отстреливаться кто решит - то будет уничтожен, тут вариантов нет. Или надумай пилоты челнока бузить - придется подавлять огнем, портить ценное имущество. Впрочем, Смит надеялся провести прием гостей без крайностей.

  В Бюро, как правило, служили люди благоразумные и осторожные, а семи пядей во лбу для осознания, что шансов уцелеть в зоне поражения автоматических систем ведения огня на взлетно-посадочном поле ноль, не требовалось. Как и для понимания того, что и челнок также под прицелом, и скрыться в нем или на нем не удастся.

  Надежды оправдались. Робертс проявил здравомыслие, экипаж шаттла - тоже, и при задержании эксцессов не случилось.

  О том, что в составе инспекции на Лауру прилетел Ветров, полковник узнал из упомянутого короткого уведомления. А когда компьютер в диспетчерской проанализировал картинку с взлетно-посадочного поля, информация получила подтверждение. Программа опознала семь человек из состава комиссии и двух офицеров из группы прикрытия. И одним из опознанных оказался Антон.

  Его Смит отправился встречать лично. Ланге отвел Ветрова в отдаленный ангар, подальше от глаз, ушей и камер слежения. Помещение поначалу хотели использовать в качества допросной, отгородили угол, расчистили, занесли столы и кое-какие приспособления. Однако потом Смит посчитал, что настолько далеко от центральных зданий размещать допросную смысла нет. Неудобно. Чтобы до основных корпусов добраться, нужно кучу времени потратить, петляя между строениями. Даже на каре долго. Хотя место уединенное, и граница космопорта под рукой. Можно оперативно кого-то провести из-за пределов периметра. Или вывести. Для встречи и беседы с Антоном - самое то.