Пепельная столица (СИ) - Ишбулатов Юрий Михайлович - Страница 68

Процесс тянулся часами. Хинаринец не знал, почему разум еще мечется в опустошенном черепе, но свобода воли позволит отомстить за убитых и закончить жизнь в бою. Мысль сделала участь Хенши, сколь бы дикой она не казалась, абсолютно незначительной. Старый Страж замер, дожидаясь момента, когда тело наберет достаточную силу. Укротив панику, разум Хенши внезапно отворился и впустил поток коллективного сознания. Каждое уродливое существо, на котором старик задерживал взгляд, переставало быть безликим ловчим. На стража бурлящим потоком изливались их воспоминания, не пропуская сокровенных подробностей детства и секретов, которые не хватит духу рассказать самому близкому существу. В обмен, омут его собственной памяти стал кристально прозрачен для сверкающих фиолетовых глаз. Подобная обоюдная откровенность показала Хенши, что каждое уродливое создание тоже сохранило трезвый рассудок. Существа, ставшие в одночасье необъяснимо знакомыми, потянулись к Хенши хором успокаивающих мысленных голосов. Старик ответил враждебно и отчаянно попытался оградиться, но постепенно недоверие растаяло и ловчие стали ему роднее любого друга или кровного родственника. Хенши пошевелился и обнаружил, что, впервые за годы, способен самостоятельно подняться. Один из ловчих вышел вперед, держа руки за спиной. Костяная маска существа не выражала ничего, но Хенши чувствовал излучаемую заботу и поддержку. Старый Страж впервые видел Саарвати, но уже в деталях знал его жизнь и видел драгоценный Нар'Охай, который ловчий шутливо скрывал за спиной. Протянув вперед твердые, костяные лапы, Хенши сомкнул их на гладких ножнах и скользнул костяшками по эфесу.

— В тот момент я перестал быть стариком, доживающим последние месяцы в бессилии и слабоумии. — Тоскливо добавил Хенши, не выражая ничего костлявой оболочкой.

— Как по мне, очень трогательная история. — Ухмыльнувшись, ответил Нуаркх.

— Но в то же время довольно пугающая. — Дополнили немного взволнованные голоса Аргийцев, которые с насилием были знакомы лишь теоритически.

— Сойдемся на том, что данный рассказ удачно сочетает в себе оба качества. — Присвистывая, рассудил тоннельник и снисходительно посмотрел на потолок.

— Вы заставили Анафель прикипеть к обреченному Исполину, а потом вынудили напасть на Накрисса? — С укором просипел Леронц, а потом сгорбился и шумно выдохнул. — Не знаю, что об этом думать.

— Ей пришлось нелегко, но вас было необходимо задержать. — Хмуро признался Хенши и замолчал. Перед мысленным взором наемников возник древний храм, набитый затаившимися ловчими и освещенный тусклым пурпурным мерцанием. Из-за каменных стен доносятся приглушенные звуки яростного сражения, Хенши ощущает, как гаснут искры его семьи и нарастающую скорбь выживших. Стальные двери с резонирующим скрежетом распахиваются, Нуаркх врывается внутрь, сжимая смертоносное оружие. Копье отравляет мысли Хенши чудовищными образами одиночества и мучений. Скорбь яростно стесывает когти о своды костяного черепа и переплетенную грудную клетку, но страж не поддается и терпеливо выжидает. Черный клинок покидает ножны, и первый Мракозверь обрушивается на пол. Страж видит ярость и отчаяние, вспыхнувшие в сердце второго зверя, и проклинает неизбежность мрачного исхода…

… Хенши беспомощно дергался среди застывших мертвецов, его взгляд метался между неподвижными телам и зародышем, умиравшим от тяжелых ран. Затем копье утонуло в груди обезглавленного гиганта, и Хенши остался один в темноте осиротевшего разума. Когда Лим'нейвен с Урба заталкивал Хенши в искореженные останки шлема, апатия и отчаянье не дали стражу сопротивлялся. Он был даже рад, что ужасы Саантирских казематов испытает именно он.

— Я поделился всем, чем мог. Верните Нар'Охай. — Закончил Хенши, воспоминания застыли и постепенно погасли.

— Кажется мы квиты. — Пробормотал Леронц, с сожалением наблюдая за раздавленным ловчим.

— Вас возможно обмануть? — Обратился к Аргийцам Ноари, не спуская с Хенши внимательного взгляда.

— Сомневаемся, что возможно создать столь правдоподобную ложь. — Твердо ответил хор шелестящих голосов.

— Вернем стражу клинок, как символ нашего расположения? — Предложил синит и ответил улыбкой на утвердительный кивок Леронца.

— Но в стенах бастиона он не будет распечатан. Вы — достаточная защита. — Добавила Аркцинтри настоятельным тоном. — Леронц, проследишь чтобы не было проблем?

— Не самая плохая перспектива. Жаль нельзя отправиться в город! — Воодушевленно отозвался бледный.

— Не уверен, что состояние Саантира меня подбодрит. Удручает, что за пять столетий Верх и Низ не разорвал порочного цикла. — Мрачно возразил Хенши.

— Зато мы неплохо продвинулись в искусствах и науках. — Пожав плечами, подметил Леронц.

— И вы любите делиться своими… достижениями с другими народами. Разве это не здорово, Тингуалг? — Небрежно добавил Нуаркх.

Хенши медленно вращался над койкой, покрытой крошками древнего тела. Металлические шарниры запустили корни в его иссохшие кости, срослись с пучками металлических спиц и обрастали блестящими накладками, приняв, постепенно, форму новых конечностей. Затем темные капли масла начали плавно виться вокруг суставов и деликатных фаланг, ныряя в поскрипывающие сочленения. Аркцинтри натянула длинные перчатки и придирчиво ощупала стальной скелет, а затем приманила движением кисти рубиновые клубки Хинаринских Нитей. Тугими петлями они соединили незримую куклу и мертвую сталь, и подарили Хенши контроль над новым телом.

— Кожаные чехлы будут завтра, а пока держись подальше от песка и пыли. — Прощелкала Знающая, опуская стража на кафель. Шарниры тихо зашуршали, когда Хенши пошатнулся и сделал нерешительный шаг.

— Непривычное ощущение, правда? — Бодро поинтересовался Леронц и отложил тонкие кисточки, которыми возился в щелях собственного когтистого протеза. После бледный звонко опустил стальную стопу и, прихрамывая, поспешил помочь Хенши. Он подхватил невесомого ловчего и помог тому пересечь зал. На обратном пути Хенши ступал уже куда увереннее, а через минут твердо выпрямился.

— Есть у меня идея, как помочь наемникам к тебе привыкнуть. Но сперва надо кое-что проверить. — Поделился Леронц, осматривая правильную осанку стража, а потом внезапно бросился на Хенши. Древний Страж среагировал мгновенно и скользнул под протянувшиеся руки. Непослушный протез не позволил бледному отскочить, а здоровая нога подвернулась от резкого удара. Комната прокрутилась перед взором Леронца, холодный пол с силой врезается в спину.

— Что вы себе позволяете!? Вы представляете цену инструментов, которые можете помять глупыми головами!? — Требовательным тоном спросила встрепенувшаяся Аркцинтри.

— Прости, ничего более приемлемого в голову не пришло. Зато теперь я уверен в своем плане. — Прокашлял посиневший бледный, вставляя смешки и слова в короткие промежутки между удушающим кашлем. — Устроим вечером небольшой турнир! После всем нам не помешает немного взбодриться. Заодно наемники обвыкнуться с Хенши, проникнуться уважением к его навыкам. Как вам такая идея?

— Ребячество. Как раз то, что вам нужно. — Надменно ответила Знающая после пары минут раздумий.

— Неплохой первый шаг на пути к мирному сосуществованию. — Мысленно согласился Хенши и утвердительно кивнул. — Мы многому друг друга научим.

— Нам тоже нравиться эта идея, но необходимо добавить один небольшой штрих. — Вмешался хор Аргийцев. — Саррин Хенши, не могли бы вы сосредоточиться на собственном образе. Покажите, как вы выглядели до превращения в Стража.

— Придется к месту. Ты уродливее Нуаркха, дружище. — Добавил Леронц, подбирая себя с пола. Хенши с металлическими подушечками по кости скулы и сосредоточенно замолчал. В следующее мгновенье бугристая поверхность его отталкивающего тела закишела выпуклыми спиралями подвижных узоров. Постепенно слой иллюзии разрастался и уплотнялся. Из кипящей массы оформились черты угловатого, широкого лица. Мерцающие пурпурные искры уступили место раскосым янтарным ирисам. Светлые полосы шрамов застыли на мощном подбородке, гладко выбритой макушке и острых, немного оттопыренных, ушах. Переплетенные кости груди исчезли под набухающими мускулами.