Ведьмовская триада (СИ) - Плесси Марьяна дю - Страница 37

      — Вот ваш ключ. Извините, что вмешиваюсь, но он вас бил? — она наверняка приняла меня за очередную жертву домашнего тирана.

      — Это не вашего ума дело, — грубо оборвала я её, забирая из скользких и холодных рук ключи. Она лишь растерянно мне улыбнулась.

      Номер я нашла быстро. Все выдержано в одном стиле, цвета спокойные, все вылизано. Это и бесило. Хотелось крушить, ломать, сжигать! Но я лишь сбросила ботинки около порога и бросилась в душ.

      Так и есть, падение на лестнице оставило свои следы. На щеке расплывался огромный синяк. Губы обветрились и были все искусаны, ещё и кровь в уголках рта запеклась.

      Я сбросила одежду и включила горячий душ. Сил ни на что не было. Лишь намочив волосы, я тут же вышла из-под горячей струи воды и переползла в кровать. В горле першило, голова, как и щека, болела. Руки и ноги были холоднее трупа.А ещё я не могла нормально колдовать.

      Волшебные светлячки, как только воспаряли к потолку, там же и распадались, осыпая меня снопом искр.

      Я закрыла глаза и провалилась в крепкие объятья Морфея.

Глава двадцать пятая. Психованная ревнивая истеричка

Демоны, если судить по мифам — это воины, готовые на все ради своих принципов и целей. У демонов есть три стадии превращения.

      Первая стадия: человеческий вид. Максимум, что может измениться в демоне в этой стадии — это рога, которые могут появиться внезапно, или же цвет глаз.

      Вторая стадия: частичное превращение. Тут у демона кроме рогов и цвета глаз могут появиться копыта, когти или же хвост.

      Третья стадия: полное превращение. Демон полностью видоизменяется, обращаясь «чудовищем» из сказок и мифов. То есть демон резко увеличивается в росте, становясь в два-три раза выше и сильнее. Так же цвет кожи тоже видоизменяется, лицо окрашивается черным либо красным. Также рога становятся массивней. У более взрослых демонов появляется шерсть.

Отрывок из книги «Демоны. Почему их не стоит вызывать».

***

      Глаза не открывались, я еле могла поднять голову с подушки.

      Такое чувство, что я вчера пила, а не дралась с собственной триадой. Голова словно была сделана из свинца. Губы, похоже, вообще слиплись, становясь одной сплошной линией. Я села на кровати и протерла лицо руками. В горле неистово саднило, а магия так и не вернулась. Я встала и чуть не упала на ковер, пытаясь добраться до ванной.

      С третьей попытки получилось.

      В зеркале я увидела некое привидение, а не себя. Впалые щеки, бледный вид, огромные синяки под глазами, абсолютно белые губы и звериная тоска во взгляде.

      Я повернула кран на себя и сполоснула лицо. Почистив зубы, я заплела волосы в хвост и начала одеваться. Хоть никуда выходить и не хотелось, мне надо было сходить за лекарствами, нормально поесть и вообще привести себя в божеский вид.

      Улица встретила теплой безветренной погодой и солнцем, которое скалилось с абсолютно синего неба.

      До ближайшей аптеки нужно было плестись около десяти минут. Закупившись лекарствами и едой, я вернулась в номер. Девушка за ресепшеном была другая.

      Как сводить синяк, не имея при себе магии? Не мазаться же мне постоянно тональным кремом, черт возьми. Телевизор не показывал ровным счетом ничего, и я вышла в магическую сеть.

      Афиши пестрели моими фотками, конкуренцию им составляла только обложка «Красной Искры». Я поморщилась и вчиталась в текст. Ищут меня. Полудурки.

      Горькое на вкус зелье принесло долгожданное облегчение. Голова перестала болеть, а синяк, щедро намазанный мазью, стал уменьшаться в размерах, что меня радовало.

      Солнце светило в окно, и я уже подумывала закрыть шторы. О том, что было вчера, я старалась не думать, просматривая очередное видео на Ютубе.

      Сейчас… Сейчас мне нужен отдых, нормальная еда и здоровый сон.

      А потом будь что будет.

***

      На третий день моего самовольного заточения я начала гнить от скуки. На улицу я старалась не выходить, питаясь едой, которую мне приносила горничная. Синяк практически прошел, лишь небольшое покраснение говорило о том, что со мной что-то было.

      Горло только сегодня успокоилось, перестав першить. Да и температура спала. Синяки тоже пропали, как и необычайно нездоровая бледность.

      Я буквально дышала здоровьем, мне хотелось позаниматься с лордом директором, отбить пару-тройку атак. Статьи из волшебной сети наводили на мысли о том, что я скучаю по учебе. Но возвращаться туда, где меня предали, я не собиралась. Пусть ищут, сколько хотят — вернусь тогда, когда посчитаю нужным. К концу дня я сдалась.

      Три кофты грели, как и нормальная обувь. Сумка с вещами неприятно оттягивала плечо, и я собиралась вернуться в Академию. И навсегда покончить с тем, что я называла своим счастливым настоящим.

      Небольшой телепортационный ключ, зажатый в руке, неприятно холодил руку без перчаток. Я все не решалась произнести заклятье и вернуться. На улице нестерпимо пахло помоями, маковыми булочками и корицей.

      Я глубоко вздохнула, сжала ключ в руке и сплошной скороговоркой выговорила заклятье.

      Очутилась я в сугробе перед административным корпусом. Натянув на лицо шарф, я бодрым шагом устремилась к главной двери, намереваясь переговорить с директором, который наверняка меня ищет. Винтовая лестница показалась сущим адом после холодной улицы и промозглого ветра. Конец февраля, как-никак. Три коротких стука и раздраженное «войдите». Я повернула ручку двери и жалко улыбнулась.

      В кабинете лорд директор был не один. Марк что-то яростно писал на листе, чуть ли не кромсая его своими когтями.