Причуды непутевой артефактницы (СИ) - Фролова Мария - Страница 73

И снова ожесточенно-ироничный взгляд на меня.

- Мальчик Тео много знал, так много умел, что легко ветви с родового древа убрал. Месть хороша, правда?

Беловолосый смотрел на меня.

- Артефакторы не мстят! тихо, но твердо сказала я.

- Ну да, ну да, - старательно закивал маг. В общем, встал наш мальчик Тео во главе своего сильно поредевшего, но очень древнего рода. Годы шли, а вместе с ними и боль от утраты любимой. Уже, можно сказать, что наш мальчик Тео стал мужчиной. Освоился с делами и трудами, и при дворе стал своим. И в паре воин успел поучаствовать. Но, надо ж - маг изобразил на лице задумчивое выражение. Дважды мужчина Тео успел жениться, и дважды полюбить, и женился, вроде бы, даже на своих. На артефактницах, стало быть а они все ушли к Богам. Не помогли ни талант Тео, не дарования его избранниц, ни слуги, ни стражи Шли годы его одиночества, и новые встречи с девицами, и венчальные обряды, а итог один погребальные костры.

За годы эти и младший брат нашего героя успел жениться. И вот прибыл в родовое гнездо наш герой, уже аж с шестой женой. Встречает брата и его супругу. Идиллия, семья. Только, кто-то травит молодую жену нашего героя. И надо же такому случиться, рядом с ней оказывается первая супруга младшего брата. Наш герой ее пытать. Она кричит, что не она убила! Но, разве это нашего героя будет волновать, после всего того, что уже с ним произошло?

Входит в комнату младший брат и застает картину. Как думаешь, что сделал младший брат нашего героя? Нет, он не стал убивать свою кровь. Он поступил умнее. Увез супругу из родового гнезда. Она, правда, позже умерла кто ж выдержит пытки, когда пытает очень талантливый Тео? Младший брат замыслил чудо из чудес создал артефакт, способный усмирить дар собственной крови. Он его брату преподнес и наш герой перестал быть артефактором, стал просто магом. Наш мальчик Тео умер скоро, - скорбно склонив голову, проговорил беловолосый, - ибо обратился к запретной магии, а там все так зыбко и шатко, что один неверный пас рукой и все, голову долой. Младший брат тогда стер его имя без следа. Не было на свете мальчика Тео, не стало и его грехов. Пропали его труды, его опыты и артефакты. Ибо, мальчик Тео уж очень заигрался с запретами, пытаясь вернуть свой дар Много зла и крови уже миру принесли его творения, потому-то младший брат сокрыл его проклятые арты, чтобы реки крови не вернуть

Танар встал и прошел ко мне. Осмотрел руку. Одним резким движением убрал наложенный раствор. Больно от его прикосновений уже не было. Потом опустился на корточки передо мной, положил ладонь на рану - и только тут началась магия. Я знала, что это целительные потоки, но еще никогда таких не видела. Я даже не смогла понять: какое именно заклятье использовал маг, только сообразила что это что-то из разряда высшей целительской ступени.

- А ты не хочешь у меня кое-что спросить?

Я оторвалась от созерцания непрозрачных переливов магических потоков и посмотрела на мага. Какой же у него все-таки красивый, необычный рисунок в глазу.

- Как звали этого артефактора?

Маг ухмыльнулся.

- А ты все-таки догадливая. Теодор-Нисаригаль Ратри.

Я окаменела.

- Да-да, твой дядюшка, самый старший братик твоего дедули.

Какое-то время в комнате было тихо. Я просто не знала, как реагировать на эту новость, потому что еще никогда не слышала, что у Синего Дракона имелся родной брат с таким именем. Эмоций было слишком много. Мы так и сидели: я, побелевшая от ужаса, и маг на корточках. Я даже не могла сказать, сколько прошло времени с момента активации целительства. Просто, в какой-то момент тишину нарушил тихий хлопок и сияние магии пропало. Я изумленно посмотрела на свою совершенно новую руку. Без намека на шрам, покраснение или новую, более светлую кожу. Все было так, будто время просто отмотали назад.

Медленно перевела взгляд на танара.

- А вы не маг хрона? спросила я.

Беловолосый устало и тепло улыбнулся, уголками губ и поднялся.

- Нет, лура Ристит, я не маг хрона.

Маг оперся обеими руками о столик.

- Знаешь, почему я тебе рассказал эту историю, юная лура?

Я сглотнула, а маг снова улыбнулся, только еще более устало, как могут улыбаться только очень древние существа, которые тысячелетиями видят глупость, и одни и те же ошибки разумных. Наверное, так могла бы улыбнуться и Милостивая Астарта, если бы имела материальное тело и сама бы наставляла своих детей.

- Долг, честь, талант все это важно. И все это уже есть почти что в каждом, но все это пепел, если не иметь стержня благородства, юная лура. От боли, страха и гнева легко, мгновенно, любое достоинство превращается в недостаток. А благородство не даруется Богами. Оно воспитывается, взращивается на силе духа. Если разумный не взращивает в себе стержень, то всегда неизбежен один конец падение в бездну смертей и чужой крови.

Маг выпрямился и чуть пританцовывающей походкой темного эльфа двинулся к двери. Уже взявшись за ручку, маг замер, словно вспомнив что-то и чуть обернулся:

- Да, и вот еще, а как ты думаешь, юная лура, кто же все все-таки убил родителей мальчика Тео? И вообще, стоял ли кто-то за смертями в древнем роду, а точнее, в родах?

Маг шагнул за порог.

- И что ты можешь противопоставить им, если не умеешь, даже выносить боль? Что ты, вообще, сможешь, если появится еще один безумный мальчик Тео и захочет отнять у тебя любимых?

Маг бросил на меня уничтожающий взгляд и захлопнул дверь.

Глава 9. В буре с бурей.

9. В буре с бурей.

Я мыслю - значит существую,

а вот обратное - не факт!

(Юмор)

Танар, маг, мэтр, мастер, милорд, кажется, где-то сир, и еще с десяток титулов, Гадриэль Дэиваар прошел по длинному, тускло освещенному коридору артефакторов, почти машинально, стирая следы своего пребывания здесь. Вышел на крыльцо и поднял лицо к небу.

Сразу над крышей общежития чуть подергивала дымка защитного купола. Само здание и небольшая площадка с фонтаном перед главным входом были прикрыты простым куполом от непогоды. В небе бесновались молнии и тучи, скрывая за собой свет лун. Мужчина всей грудью втянул в себя освежающий влажный воздух, наслаждаясь стихией.

На несколько ударов собственного сердца он забыл обо всем, предвкушая встречу с бурей, наслаждаясь ожиданием. Так думал бы гурман перед поглощением редкого вина. Потом медленно опустил голову, оглядел пустынную, мощеную площадку и спокойно сказал:

- Выходи, нет смысла прятаться.

Из постамента с большим вазоном цветов, немного в стороне от входа, и почти что у границы купола, выплыл вампир. Гадриэль внимательно проследил за тем, чтобы Даремор выбрался весь. Дворецкий учтиво поклонился, приложив пальцы правой руки к левому плечу. Вампир был все так же безукоризненно чист и опрятен. Маг почувствовал легкий укол собственной брезгливости. Сейчас мужчина не мог похвастаться элегантностью.

Маг улыбнулся:

- Скажи, а сколько перчаток ты в день меняешь, еще не разорился?

Вампир, словно только этого и ждал. Поднял голову и посмотрел на мага.

- Доброй бури, танар Дэиваар, - прозвучал тихий голос вампира. - Благодарю, но мой хозяин обеспечивает все мои потребности.

Гадриэль рассмеялся.

- Кто бы усомнился! Ниаль всегда отличался редкой ответственностью и добрым сердцем по отношению к тем, с кем связала связь.

Вампир снова учтиво склонил голову.

- Нет, все-таки я никогда к этому не привыкну. Странные у вас отношения, - разводя руками, заметил маг и начал спускаться по ступеням. Ты один из его нитей. И при этом, ты же ему и служишь.

- Если мне будет позволено заметить: я не нахожу в этом ничего «странного».

- И в этом твоем ответе я не сомневался, - Гадриэль снова рассмеялся. Сколько мы же не виделись вот так, просто? Как твои дела?

- Мне лестен ваш интерес, едва заметно улыбнулся вампир. Смею заверить, что все, как нельзя лучше.

На предпоследней ступеньке маг сделал более широкий шаг, чем требовалось - и оступился. Едва успел облокотиться на перила. Вампир в то же мгновение оказался рядом и протянул руку, чтобы поддержать мага. Гадриэль сквозь мутную пелену рассмотрел белоснежную перчатку - и усмехнулся. Выпрямился и снова улыбнулся, только уже более приветливо.