Правила игры (СИ) - Бурко Денис Васильевич - Страница 2

– Следующего нашего участника зовут Вентар, – продолжала конферансье, не давая публике даже перевести дух. – Он стакх воздуха и, поверьте, обладает просто ураганной силой.

Парень с серыми, будто запыленными, волосами, казалось, имел только голову и кисти рук, потому как всё остальное тело окутывал густой туман. Вентар хлопнул в ладоши, и произошло нечто немыслимое. С двух сторон от сцены и, размещенной на ней, красивой поляны образовались черные столбы смерчей, которые шли друг на друга.

Столкновение. Пыль. Зловещий шелест. Тишина.

Когда воздух вновь приобрел прозрачность, члены Большого Собрания увидели первозданно чистую сцену, на которой мирно стоял Вентар. Ни статуи, ни дерева, ни травы с цветами, ни, даже, пыли на сцене не было. Стакх воздуха величественно поклонился и отошел на заранее отведенное ему место.

– Поприветствуйте, господа, стакхов стихий. – Джедаан демонстративно похлопала в ладоши, призывая к тому же остальных присутствующих. Когда шум аплодисментов стих, она продолжила представление.

– Эту девушку, несмотря на её неземную красоту, крайне редко замечают мужчины. Впрочем, женщины её тоже никогда не видят, потому что Хоркилла стакх-невидимка. – В воздухе ниоткуда появился элегантный кинжал и, проделав несколько выверенных боевых движений, исчез. Сама же владелица опасной цацки так и не появилась. – Ну вот, видели? И больше не увидите. А для представления следующего стакха мне потребуется один доброволец.

Из лож Совета Созерцателей вышел большой орк. Даже через просторный балахон были видны глыбы его мускулов. Орк был высок и широкоплеч, а благодаря серой коже казался выкованным из стали. Он уверенной походкой вышел на сцену, а на лице читалось благоговение перед Джедаан и радость, что он смог приблизиться к этому совершенству хоть на пару шагов ближе, чем остальные.

Орки среди Созерцателей встречались крайне редко, а уж этого орка знал каждый из присутствующих. Это был легендарный Торк – великий вождь орков, который смог примирить все племена своего народа и наладить торговлю с другими народами. При его правлении Орыхата – оркская империя переживала свою золотую эпоху. Он был уважаем и почитаем всеми. Торк был великим вождем, великим дипломатом и великим полководцем, который один из немногих не стал пытаться захватить мир, а увидел выгоду в мирном сосуществовании народов.

– Ну, что ж, господа, многоуважаемому Торку предстоит сразиться с очень опасным противником. Итак, представляю вам Зарха, стакха перевоплощения.

Ходячий мусорник неуклюже поклонился, чем вызвал жуткий грохочущий звук и смех в зале. Когда смех утих, и тишина была восстановлена, Зарх подошел к Торку, подпрыгнул и бесцеремонно выдернул несколько волосинок из роскошной орочей шевелюры. На пол приземлился уже не совсем Зарх. Рядом с Торком в черном балахоне Хранителя стояла его абсолютная копия, но уже в легком кожаном доспехе.

– Ну, что, уважаемый Торк, принимаете вызов? – спросила стакх надежды.

– Естественно, – сказал орк-воин, который не привык отступать ни перед кем. – Пусть выбирает оружие.

– Двуручные мечи, – произнес Зарх в обличии Торка.

В зале появились двое прислужников, которые несли два простых двуручных меча. Мечи перешли в руки бойцов и поединок начался.

Торк атаковал первым. Зарх умело отразил атаку и плавно перетек в нижнюю стойку, откуда попытался атаковать противника. Это был коронный удар великого вождя, которым тот по праву гордился и никак не ожидал, что кто-то еще сможет проделать такое с тяжелым двуручным мечем. Орк не был бы самим собой, если бы не знал контрудара против своего же приема. Он увернулся и с разворота нанес сильнейший удар по противнику. Казалось, что это однозначная победа, но меч стакха непостижимым образом остановил движение стальной смерти и тут же нанес болезненный удар рукоятью по колену. Орк устоял, но начал заметно припадать на правую ногу. Зарх встал в полный рост, и противники обменялись несколькими ударами, которые, впрочем, не нанесли вреда ни одной из сторон. В процессе обмена ударами стакх постепенно, словно нехотя, отступал от своего противника и вошедший в азарт Торк не заметил когда Зарх перехватил двуручник в левую руку, а правой нанес сильнейший апперкот в подбородок орка. Воин замешкался всего на мгновение, но этого времени стакху хватило, чтоб перегруппироваться для смертоносной связки. Удар. Скольжение. Еще удар и меч непобедимого Торка отлетает в сторону, а голова, окропляя кровью сцену, падает под ноги бойца.

В зале повисла звенящая тишина. Никто из присутствующих не верил, что великого вождя больше нет в живых. А победитель, словно в насмешку над великим мастером меча, вновь обратился в никчемного коротышку с громко гремящим хламом. Стакх перевоплощения так же неуклюже, как и в первый раз поклонился публике, но теперь в его адрес не прозвучало ни единого ехидного смешка.

– Не правда ли печальная картина? – спросила Джедаан у молчаливой публики. – Думаю, что пора представлять последнего стакха… Последнего по списку, но не по силе. Его зовут Хлюсерон. Он стакх-некромант, – веско произнесла девушка, делая ударение на последнем слове.

Стакх в сиреневом костюме подошел к телу погибшего орка и перетащил его в центр сцены. Затем он аккуратно перенес голову и приложил её туда, где ей и положено быть. Легкое движение руки и в камне сцены образовался глубокий узор идеальной октограммы. Хлюсерон сорвал со своего костюма несколько черепов и, поочередно разместив их в лишь ему известном порядке, растоптал их в пыль. Из складок своей мантии он извлек пузырек жидкости, подозрительно напоминавшей кровь, и вылил её в канавки октограммы. После недолгих приготовлений некромант стал в изголовье трупа за пределами магического рисунка. Воздев руки вверх, он что-то забормотал. Громыхнуло. Узор на полу сцены на миг озарился невыносимым алым светом, и в следующий миг пропал. На полу сцены зашевелился Торк.

– Ну, вот я, кажется, и нашел достойного противника, – произнес воскрешенный воин в гробовой тишине зала, встал и пошел на свое место в зрительном зале. По пути на свое место он остановился, повернулся лицом к Зарху, приложил сжатый кулак ко лбу, потом к сердцу и вытянул его в сторону стакха. Этот жест означал знак высшего уважения у орков. Жест подразумевал фразу "Мой разум и сердце в твоих руках".

Когда орк уселся на свое место, зал взорвался аплодисментами и радостными криками. А на сцену вновь вышла стакх надежды.

– Наше представление подошло к концу. Как вы прекрасно понимаете стакхи отнюдь не цирковые клоуны, а сильные воины и маги. Самые сильные воины и маги. Можете не волноваться, мы справимся с поставленной перед нами задачей. Передаю слово председателю Большого Собрания, многоуважаемому Хамониусу.

– Спасибо, Джедаан. Как видите, господа, стакхи-странники полностью готовы к своей миссии. Но, к сожалению, у нас произошла некоторая… кхм-кхм… заминка, и сегодня здесь не присутствует Гонзар. Но я дум…

В этот момент в центре зала появился клубок черного дыма. Стакхи расступились, а дым, растянувшись вширь и высоту, вдруг неожиданно исчез, оставив вместо себя человека. Парень стоял в трусах, с зубной щеткой во рту и ошарашено озирался вокруг. Всеобщее замешательство, казалось, может продлиться целую вечность, но через пару минут волшебная дверь в зал распахнулась и произнесла:

– Его сиятельство, светлейший князь, архимаг Лириуок из рода Черного Пламени.

Все взоры тут же обратились к входу, на пороге которого стоял эльф в сером балахоне. Как и все эльфы, Лириуок был высок и красив. По меркам людей на вид ему было не более сорока лет, однако на самом деле он был одним из самых старых эльфов. Ему было больше пяти тысяч лет. Архимаг пользовался огромным уважением в обоих Советах, и лишь по одному ему известным причинам не хотел становиться главой ни одного из них.

– Господа, – произнес Лириуок, обращаясь к залу, – прошу любить и жаловать ГОНЗАРА. – С этими словами он указал на ничего не понимающего парня. – В связи с некоторой заминкой, которую создал уважаемый Хамониус, у моего протеже не было времени на обучение. Даже персонификацию он, увы, пройти не успел. Поэтому Гонзар отправится в Сармонтазар завтра. Прошу извинить, у нас еще очень много дел. – Лириуок взял человека за руку и вывел из зала.