Правила игры (СИ) - Бурко Денис Васильевич - Страница 45

– Вот, – гном включил проектор, в воздухе повис сложный плоский чертеж, состоящий из переплетения светящихся линий, – это, структура элементарного светового пульсара. Как ты сам можешь видеть, это стандартное двумерное отображение структуры, в кристалле она неприменима.

Нажав пару кнопок на приборе, гном отобразил трехмерный шар с вписанным в него кубом, от которого отходило с десяток линий-лучей разной длинны.

– А вот это уже пространственная структура, прорисовав которую в кристалле мы получим простейший магический светильник.

– Но ведь для повсеместного использования этой технологии необходимо огромное количество драгоценного камня, откуда вы его столько берете? – удивился Одинон.

– Современная наука позволяет в кратчайшие сроки выращивать практически любые искусственные аналоги драгоценных камней. Наиболее часто в техномагических устройствах используют рубин, алмаз, хрусталь, цирконий, кварц, но некоторые артефакторы используют более дешевые материалы, самым оптимальным из которых является треллум – искусственный материал, напоминающий пластик. Устройства на основе треллума недолговечны, но зато очень дешевы. Это, пожалуй, и всё, что я могу тебе бегло рассказать о техномагии.

Одинон почесал подбородок, осмысливая всё, сказанное наставником, но так и не придя к консенсусу с самим собой спросил:

– Это всё, конечно, замечательно, но какое отношение оно имеет к этой стекляшке и моим проблемам?

– А, точно, – вспомнил Парадокс с чего начал лекцию, – этот артефакт один из образов техномагии и я хотел, чтоб ты знал принципы его работы.

– Если честно, то даже не представляю, что это такое и как оно может работать, – всё ещё недоуменно промямлил юный бог. – А главное, как это устройство может помочь лично мне?

– О, это очень-очень редкий артефакт. Он называется "Сердце феникса". Уже одно это дает ему право быть редким и уникальным. Именно этот артефакт был основной платой за обучение Леонарда, иначе бы я ни за что не согласился обучать человека.

– И что же в нем такого уникального? – скептически хмыкнул мальчик.

– В оголовье "Сердца феникса" размещен редчайший драгоценный камень – диафанит. Этот камень невозможно создать искусственно, а в природе он если и встречается, то не превышают двух карат. А этот экземпляр весом в сто пять карат просто уникален. Особенностью диафанита является его способность менять цвет при разном освещении, но для магов важно другое его свойство – этот минерал обладает самым высоким коэффициентом сжатия структур, что позволяет в такой маленький объем впихнуть просто невероятную по сложности структуру.

– Кажется, на Земле этот камень называют александритом. Он действительно очень редкий! Я так понимаю, что сейчас можно начертить в этом камне ту структуру, которая мне нужна, и избавиться от всех проблем?

– Нет, артефакт уже создан и структура в него уже вписана, но именно эта структура нам и нужна. При активации "Сердце феникса" мгновенно втягивает из окружающей среды всю ману и передает своему пользователю. Правда, для активации тебе придется пожертвовать немного крови. – С этими словами Парадокс извлек "Сердце феникса" из футляра и направился к Одинону с явным намерением получить некоторое количество красной жидкости.

– Мастер, стойте! – Закричал мальчишка. – Почему-то эта идея мне совсем даже не нравится. Раньше я думал, что должен избавляться от маны, а вовсе не получать её извне. Этот артефакт мне явно не подходит.

– Подходит, подходит, – гном двумя прыжками настиг своего ученика и ткнул в него иголкой артефакта, после чего прислонил эту иголку к глобусу и скомандовал, – твори чудо.

Сам не зная, почему подчиняется странной команде учителя, Одинон сотворил шар света и… ничего не произошло. По крайней мере, ничего не произошло внешне, но в магическом зрении мальчик успел увидеть, как вся, выпущенная на создание чуда, мана словно воронкой затягивается в "Сердце феникса", а из него перетекает в глобус. Изумлению юного бога не было предела, а поднимающаяся откуда-то изнутри волна радости готова была поглотить всё на своем пути.

– Что ж, раз всё настолько удачно, то пошли в кузню, – позвал за собой гном. Он выглядел не менее счастливым, чем его ученик. И не мудрено, ведь он, по сути, только что своими руками отодвинул конец света на неопределенное время.

– А что мы там забыли?

– Сделаем тебе футляр для этих артефактов. Думаю, должно получиться нечто похожее на скипетр или булаву. В навершии разместим твой чудо-глобус, а в рукоять вмонтируем "Сердце феникса". Ладно, пошли, на месте разберемся.

Однако их планам не суждено было сбыться. Стоило учителю с учеником покинуть пределы полигона, как к ним подбежал запыхавшийся Леонард.

– Мастер, – обратился он к Парадоксу, – а я вас везде ищу.

– И чем вызвана такая спешка? – недовольно уставился на него гном.

– Сработал амулет экстренного возврата, принадлежащий Ариэтти.

– Отлично! Где она? Что с ней? – забеспокоился маг.

– Я заблокировал амулет.

– Ты, что идиот? Раз она возвращается экстренным порталом, значит, что-то произошло. А вдруг она в опасности? – в гневе Парадокс был страшен как никто, разве что молнии не метал, но до этого было не далеко.

– Но ведь… – с перепугу залепетал Леонард, – но ведь вместо неё мог пройти кто-то другой.

– Так значит, ты решил свою задницу прикрыть?

– Не только свою, но и вашу, мастер, – оправдывался Леонард более умело, чем шкодил, но в данный момент гном был не в том состоянии, чтобы выслушивать бред своего непутевого ученика. Он был зол, и эта ярость требовала выхода.

– Нет, ну чему я только тебя учил? Персональный портал, он потому и называется персональным, что кроме владельца им никто не сможет воспользоваться.

– А может вы сначала откроете портал для Ариэтти? – Подал голос, молчавший до сих пор, Одинон. – А уж потом можете хоть поубивать друг друга.

– Вот видишь, кто хорошо учится? – Привел Одинона в пример маг. – А ты – бестолочь! Дай сюда амулет.

– Он в прихожей остался, – прокричал Лео, бегом направляясь к дому, – сейчас принесу. – Парадокс на эти слова лишь горько вздохнул и шагнул в локальный портал.

Глава 18. Корень бури.

Песчаный пляж. Здесь в этой маленькой затаенной бухточке царит тишина, спокойствие и уют, создаваемые этой всепоглощающей бескрайней стихией – океаном. Здесь нет суеты, шума и грязи цивилизации. Да и самой цивилизации здесь нет. Об этой маленькой бухте никто не знает и она этому рада. Она часто приходит сюда отдохнуть и понежиться на солнышке. Здесь её всегда радостно приветствуют подруги-чайки, а прибой ласково лижет её красивые стройные ноги. Никто и никогда не посмеет потревожить её в этом укромном уголке Сармонтазара. А если всё же найдется такой смельчак, то попасть в бухту будет не просто… очень не просто. Со стороны океана бухту охраняет стая свирепых акул, а с суши никого не подпустит семья львов. Лишь однажды выживший после кораблекрушения пират смог попасть сюда. Он был хорошим слугой и прекрасным любовником, но человеческий век так короток…

Глупые сухопутные сармы наверняка приняли бы хозяйку этого маленького райского уголка за какую-нибудь богиню, но она таковой не являлась. Морена была всего лишь смертной царицей народа русалок и одной из красивейших и умнейших женщин Сармонтазара. В Сармонтазаре об этом народе ходила масса легенд и мифов, но правды в них было столько, что не набралось бы и на каплю родниковой воды. Почему-то сухопутные считали русалок полулюдьми-полурыбами, и мало кто знал, что русалки такие же гуманоиды, как и остальные расы. Даже жабр, столь привычного атрибута морских обитателей, русалки не имели. Их уникальные легкие позволяли русалкам свободно дышать как на поверхности, так и под водой. Многие из народа русалок даже жили на суше, но большинство всё же предпочитало селиться в подводных городах.